Джулия Куин – Невинное развлечение (страница 67)

— Он был не со мной.

Похититель отпил из чашки.

— Я не знаю, как это сказать и при этом не оскорбить тебя, — пробормотал он, — но от тебя пахнет… как это говорится?

У Оливии было такое чувство, что он знает совершенно точно, как это выразить. И как бы это ни было унизительно, у нее не было другого выбора.

— Я была с мужчиной. Но с другим. Не с князем Алексеем.

Он явно заинтересовался.

— Вот как?

Она кивнула, но коротко, чтобы показать ему, что она не собирается развивать эту тему.

— А князь об этом знает?

— Это его не касается.

Он отпил еще глоток.

— А он согласится с этим?

— Простите?

— Может, князь Алексей подумает, что это как раз его касается? Он рассердится?

— Не знаю, — ответила Оливия, стараясь быть честной. — Он не был у меня с визитом уже больше недели.

— Неделя не такой уж большой срок.

— Он знаком с джентльменом, с которым я была, и я полагаю, он знает о моих чувствах к нему.

Он откинулся на спинку стула, оценивая новую информацию.

— Можно мне еще чаю? — спросила Оливия. Чай был отличный. А ей очень хотелось пить.

— Разумеется, — пробормотал он и опять поднес чашку к ее тубам.

— Вы мне верите? — спросила Оливия.

— Не знаю.

Она ждала, что он спросит про Гарри. Но он не спросил, и ей показалось это любопытным.

— Что вы со мной сделаете? — спросила она, надеясь, что не сморозила глупость, задавая этот вопрос.

— Это зависит…

— От чего?

— Мы посмотрим, относится л и князь к тебе по- прежнему. Я не думаю, что мы расскажем ему о твоем неблагоразумном поступке. Просто на тот случай, если он все еще надеется сделать тебя своей женой…

— Я не думаю, что он…

— Не прерывайте меня, леди Оливия, — предупредил он ее тоном, напомнившим ей, что он враг, а не друг, и что это не светский файв-о-клок.

— Извините.

— Если он все еще тебя желает, в твоих интересах, чтобы он думал, что ты девственница. Ты с этим согласна?

Оливия молчала, пока не стало очевидным, что это не просто риторический вопрос. Она кивнула.

— После того как он заплатит за тебя выкуп, ты можешь поступать, как тебе угодно. Мне это будет неинтересно. — Он понаблюдал за ней в течение нескольких секунд и сказал: — Выпей еще немного чаю, прежде чем я снова завяжу тебе рот.

— Это обязательно?

— Боюсь, что да. Ты гораздо умнее, чем я предполагал. Я не могу оставить в твоем распоряжении какое-либо оружие против меня — включая твой голос.

Оливия выпила последний глоток и закрыла глаза, пока похититель завязывал ей рот. Потом она легла на спину и стала смотреть в потолок.

— Я бы посоветовал вам отдохнуть, леди Оливия, — сказал он с порога. — Проведите это время с пользой для себя.

Оливия не повернула головы. Да он и не ожидал ответа, даже сделанного одними глазами.

Он закрыл дверь. Оливия услышала щелчок замка, и в первый раз за все время своего заточения ей захотелось заплакать. Не бороться, не беситься от злости, а просто заплакать.

Она чувствовала, как ручейки горячих слез текут по ее вискам на подушку у нее под головой. Она не могла вытереть лицо. Это почему-то показалось ей верхом унижения.

Что ей теперь делать? Лежать и ждать? Отдыхать, как посоветовал похититель? Это было невозможно. Бездействие было убийственно.

Гарри, наверное, уже понял, что она куда-то исчезла. Даже если она была без сознания всего несколько минут, он должен был заметить, что ее нигде нет. А она заперта в этой комнате уже по крайней мере час.

Но будет ли он знать, что делать? Он солдат, офицер, но сейчас это не поле боя, где четко виден враг. А если она все еще находится в резиденции посла, как он сможет кого-то опрашивать? Более половины прислуги говорят только по-русски. Гарри знает, как по-португальски будет «пожалуйста» и «спасибо», но это ему сейчас не поможет.

Ей придется спасаться самой или в крайнем случае сделать все для того, чтобы ее спас еще кто-то.

Она спустила ноги с кровати и села. Хватит себя жалеть, сказала она себе. Нельзя просто сидеть и ничего не делать.

Может быть, ей удастся что-то сделать с веревками? Они были завязаны, но не так крепко, чтобы впиваться в кожу. Надо попробовать достать руками до щиколоток.

Это будет очень сложно — ей придется отклониться назад. Но попробовать стоит.

Она легла на бок и согнула ноги за спиной.

Получилось. Это была не веревка, а, скорее, полоска материи, затянутая очень крепким узлом. Она застонала. Такой узел можно лишь разрезать ножом, а руками…

У нее никогда не хватало терпения на такие вещи. Она всегда ненавидела всякое рукоделие и старалась пропускать уроки.

Если она сумеет развязать этот узел, поклялась она себе, она выучит французский. Нет, русский. Это будет еще труднее.

Если она развяжет этот проклятый узел, она закончит читать этот дурацкий роман «Мисс Баттеруорт и безумный барон». Она даже найдет книгу о загадочном полковнике и тоже ее прочтет.

Она будет писать письма. Не только Миранде. Она будет разносить по домам благотворительные посылки, а не только укладывать вещи в картонные коробки и перевязывать их лентами. Она закончит все, что начала.

Все.

А раз уж она влюбилась в сэра Гарри Валентайна, она обязательно выйдет за него замуж.

Непременно.

Глава 23

Гарри сидел молча, пока князь Алексей опрокидывал второй стакан водки.

Но когда князь потянулся за бутылкой, чтобы налить еще…

— Хватит, — резко бросил Гарри.

— В чем дело? — удивился князь.

— Хватит пить.

— Вы говорите мне, чтобы я больше не пил? — Князь явно пришел в замешательство.

— Я говорю о том, что если нам понадобится ваша помощь в поисках Оливии, я не хочу чтобы вы спотыкались на каждом шагу.

— Уверяю вас, я никогда не спотыкаюсь.