Джулия Куин – Ее тайный дневник (страница 19)

— Нет. — Черт, теперь у нее это застряло в голове. — Это кто-то другой.

Миранда мысленно пробежала по всему списку известных ей писателей.

— Теряюсь в догадках, — пожала она плечами.

— Тернер… Как тебе такой классик?

— Кто?

— Мой брат.

Миранда резко подняла голову.

— Тернер?

Оливия вытянула шею и посмотрела куда-то мимо Миранды.

— У него очень целеустремленный вид.

Девушка бросила взгляд на свою танцевальную карточку.

— Наверное, подошло время для нашего вальса.

— Он очень красив, правда?

Миранда ничего на это не ответила и подавила вздох. Тернер действительно выглядел неотразимым до невозможности. А теперь, когда он стал вдовцом, все незамужние леди — и их маменьки — будут за ним охотиться. Как за медведем.

— Как хы думаешь, он снова женится? — спросила Оливия.

— Понятия не имею, — выдавила Миранда. — Думаю, что придется. Ты так не считаешь?

— Ну, есть еще Уинстон, чтобы обеспечить наследника. И если ты… Ох!

Миранда ущипнула Оливию, и в эту минуту около них появился Тернер. Он отвесил изысканный поклон, а подруга с чарующей улыбкой сказала:

— Как приятно тебя видеть, брат! Я уж отказалась от мысли встретиться с тобой. Где уж нам…

— Если бы я тут не появился, мама приготовила бы из меня отбивную. — Он едва заметно прищурился, но от глаз Миранды это не укрылось. — Почему подруга ткнула тебя в бок?

— Ничего подобного! — запротестовала та, но по его взгляду поняла, что он ей не поверил. — Я ее только легонько хлопнула.

— Ткнула, хлопнула… Какая интересная тема для разговора! Намного занимательнее, чем все то, что творится в зале.

— Тернер! — возмутилась Оливия.

Не обращая внимания на сестру, он повернулся к Миранде:

— Как ты думаешь, ей не нравится то, как я выражаюсь, или то, что я считаю присутствующих на этом балу гостей идиотами?

— Полагаю, в главном она с вами солидарна. Оливия тоже назвала их так.

— Я сказала несколько иначе, — вмешалась подруга. — Я только заметила, что они зануды.

— Бараны, — уточнила Миранда.

— Ослы, — добавила Оливия.

Тернер изобразил беспокойство.

— Господи, вы обе разговариваете на каком-то сленге. Это что — новая светская мода?

— Нет, мы очень точно изъясняемся, — возразила Оливия. — А ты знаешь, кому принадлежит фраза: «Отрезать нос, рассердившись на свое лицо»?

— Что-то я не улавливаю связи, — удивился Тернер.

— Во всяком случае, это не Шекспир, — сказала Миранда.

— А кто тогда? — не унималась Оливия.

— Да кто угодно из множества известных английских писателей, — заявила девушка.

— Ты поэтому ткнула Оливию в бок? — поинтересовался Тернер.

— Да! — с готовностью ухватилась за эту версию Миранда.

Но к несчастью, его сестра успела опередить ее и сказать «нет».

Тернер с улыбкой смотрел то на одну, то на другую.

— Мы говорили об Уинстоне, — пояснила Оливия.

— A-а, вот как. — Тернер оглянулся. — Его здесь нет? — Он взял из руки Миранды танцевальную карточку. — Почему брат не вписал себя? Разве вы обе не заняты устройством этого брака?

Миранда взяла себя в руки и промолчала, но Оливия не удержалась от разговора на щекотливую тему.

— Конечно, официально еще ничего не решено, но все согласны с тем, что это просто замечательная идея.

— Все? — Тернер посмотрел на Миранду.

— Да кто же станет возражать? — не унималась Оливия.

Тут оркестр настроил инструменты, и чарующие звуки вальса заполнили зал.

— Это мой танец, — объявил Тернер с ноткой торжественности.

Его глаза были прикованы к Миранде, и ее охватила дрожь.

Он протянул ей руку. Она молча кивнула — слова застряли во рту. Все-таки Тернер странно на нее действует. Она задыхается, стоит ему взглянуть на нее вот так, как сейчас, — пристально. Эти темно-голубые пронзительные глаза… Она чувствует себя под их взглядом обнаженной… ее душа трепещет. А он понятия не имеет, что с ней происходит. Он видит перед собой только ее невыразительное личико. Она подруга его сестры и, по всей вероятности, таковой навсегда для него и останется.

— Вы бросаете меня? — упрекнула их Оливия, притворившись обиженной.

— Не бойся, надолго одна ты не останешься, — заверила ее Миранда. — Твои поклонники возвращаются с лимонадом. Погляди-ка!..

Оливия скорчила недовольную гримасу:

— Тернер, ты не замечал, что у Миранды очень оригинальный юмор?

— Почему-то мне кажется, что это не комплимент, — в тон ей ответила подруга.

— Иди, иди. Желаю приятного танца с Тернером.

Тот взял Миранду за руку и вывел на середину зала.

— У тебя действительно острый язычок, — сказал он.

— Неужели?

— Да, но я больше всего люблю в тебе именно это, так что, пожалуйста, не меняйся.

Как приятно это слышать!

— Я постараюсь, милорд, — ответила она и почувствовала его руку у себя на талии.

— «Милорд»? Опять? С чего такая официальность?

— Во всем виноват Лондон. Ваша мама без конца учит меня этикету. — Миранда хитро ему улыбнулась. — Найджел.

— Кажется, я предпочту «милорда», — нарочито сердито сказал он.