Джулия Кэмерон – Писать, чтобы жить. Творческие инструменты для любого пишущего. «Путь художника» за шесть недель (страница 3)
Уланд, как и я, считала, что в основе оригинальности лежит искренность, а в основе искренности – вдохновение, которое рождается из молитвы. Она верила, что стоит прислушиваться к наставлениям свыше. Гуляя, мы прочищаем каналы. Мы отчетливо слышим указания, без помех, создаваемых обстоятельствами обычной жизни. Когда мы молимся – «Прошу, наставь и направь», – нас и впрямь кто-то направляет. Идеи рождаются сами собой, а позднее, выражая их на бумаге, мы обретаем умиротворяющее ощущение правильности происходящего.
Уланд утверждает, что реализация творческого потенциала дарит здоровье. Она пишет: «Почему всем нам следует пускать в ход свои творческие возможности? Потому что ничто другое не делает человека таким щедрым, радостным, живым, храбрым и сострадательным, таким равнодушным к склокам и накоплению вещей или денег».
Духовный учитель Соня Чокетт согласна с Уланд в том, что писательство дарует здоровье. По ее мнению, мы укрепляем душу, выражая на бумаге свою правду. «За каждым словом скрывается сила, – пишет она, – и неважно, верите вы в это, или нет».
Я так скажу: верьте. Когда мы пишем о своих надеждах, мечтах и желаниях, мы даем вселенной возможность действовать от нашего лица. С нами и в самом деле «все время беседует Бог и его посланники», как утверждает Уланд.
Во время прогулок на нас снисходит вдохновение. Писатель Джон Николс, известный романом «Война на бобовом поле Милагро»
Писательница и композитор Эмма Лайвли ходит на прогулки каждый день. Шагая, она погружается в свои мысли. К ней приходят наития, догадки, вдохновение. По возвращении домой она берет ручку и бумагу и записывает явившиеся ей мелодии и сцены мюзиклов. Лайвли верит в то, о чем писала Уланд: «Воображению нужна разминка, долгое, бесполезное, радостное ничегонеделание, праздность и пустая трата времени…»
Отправившись на прогулку, я брожу по горным дорогам Санта-Фе, наблюдая, как над головой парят величественные ястребы, а внизу пересекают тропу грациозные, как танцоры, олени. Вернувшись домой, я хватаю ручку и бумагу и записываю первую мысль, что приходит мне в голову, а та влечет за собой вторую. Я целиком отдаюсь идеям, и они приходят сами собой. Все благодаря моей прогулке. Размяв тело, я раскрепостила и разум.
Дневная рабочая норма
Позвольте повторить: утренние страницы – это три исписанных от руки листа формата А4. Первую половину осилить легко. Вторую – труднее, но именно в ней содержится золотоносный песок. Ежедневное ведение страниц приносит плоды. А теперь я хочу упомянуть еще одну, не менее ценную привычку: выполнение дневной рабочей нормы.
Как и в случае с утренними страницами, первую половину дневной нормы осилить легко, а вот вторую одолеть труднее. Секрет в том, чтобы ежедневно исписывать определенное количество страниц. Скажем, три, если вы работаете над пьесой или киносценарием, и две, если вы сочиняете более плотный, прозаический текст. Если вы установите низкую планку в две-три страницы, вам не составит труда выполнять дневную норму. Вместе с ежедневно растущей стопкой исписанных листов, будет расти и ваша самооценка. Трудно остановиться? Руки чешутся продолжить? Сопротивляйтесь искушению. Дорогу осилит идущий. Действуйте по принципу «тише едешь – дальше будешь», напоминая себе, что это значит «тише едешь – большего достигнешь». На самом деле это довольно быстрый темп. Девяносто страниц сценария или шестьдесят страниц прозаического текста в месяц. Пишите ежедневно, и пусть вас воодушевляет достигнутый результат. Гордитесь своим прогрессом.
Гордитесь вниманием к своему творчеству. Работая ежедневно, мы постоянно активно черпаем из своего внутреннего источника. Не забывайте пополнять его, регулярно устраивая себе творческие свидания. Напомнить вам, что они собой представляют? Творческое свидание – это интересная одиночная вылазка с целью повеселиться, заняться тем, что вызывает у вас восторг или интерес. Это развлечение на ваш вкус, которое помогает вновь наполнить внутренний источник. Работая, вы истратили запас образов и идей. Творческие свидания помогут снова их накопить. Как показывает практика, одного творческого свидания в неделю достаточно. Но если вы чувствуете, что вам стало труднее писать и ресурсы на исходе, еще одно дополнительное свидание в неделю будет кстати.
Как и в случае с утренними страницами, главное – регулярность. Установив себе минимальную, посильную дневную норму, вы ощутите растущее чувство гордости за свое авторство. Ваше представление о себе как о профессиональном писателе упрочится. На смену тревоге о будущем вашего труда придут вера и удовлетворение. Не задирайте планку слишком высоко – так вы позволите своему воображению справляться с ежедневной задачей. По мере того как вы тратите свои идеи, им на смену будут приходить новые.
Мне часто говорят, порой даже с оттенком упрека: «Джулия, ты так много пишешь». В этих словах слышится немой вопрос: «Как тебе это удается?»
«Ключ к продуктивности – регулярность», – вот мой ответ. Поэтому я продолжаю вести утренние страницы, ходить на творческие свидания и прогулки, и выполнять дневную рабочую норму. Эту книгу я пишу медленно, но верно. Ровный темп привносит единообразие и в то, что я пишу. Изо дня в день я следую собственным советам.
Кто может писать?
Бытует распространенное представление о том, что писатели – настоящие писатели – это избранное меньшинство. Я бы хотела развенчать этот миф. Я убеждена, что писать может любой. Все дело в том, что многие боятся взяться за перо. Страх осуждения, боязнь выглядеть глупо мешают им решиться.
«Я бы рад писать, но…» – так начинается длинный перечень оправданий.
«Я бы рад писать, но мне нечего сказать». «Я бы рад писать, но мне не хватает усидчивости». «Я бы рад писать, но у меня плохо с орфографией, с пунктуацией…» «Я бы рад писать, но…»
Нет никаких «но». Мы все способны говорить, и точно так же все мы способны выражать свои мысли на бумаге. Некоторым людям это известно – они-то и называют себя писателями. Других это пугает. Для них вымолвленное слово – одно, а написанное – совсем другое. Боясь излить свои мысли на бумагу, они застывают на месте. Есть способ с этим справиться: вести утренние страницы.
Исписывая от руки три страницы, которые нельзя назвать
Это не так, мы умеем писать по-настоящему, и страницы дают нам возможность попробовать. Они не предназначены для чужих глаз. Это безопасное место, где можно высказываться, дерзать, мечтать и, разумеется, писать.
«Джулия, я начал вести утренние страницы, и благодаря этому стал прозаиком», – доводилось слышать мне. Ничего удивительного. Страницы отпирают внутри нас некую дверь. Отворяя ее, мы воплощаем свои мечты в жизнь. А многие из нас мечтают стать писателями.
«Джулия, мне всегда хотелось быть писателем, и вот я стала им. Утренние страницы придали мне смелости, чтобы взяться за книгу. Сегодня состоялась фотосессия для обложки».
«Джулия, мне семьдесят лет, и я только что закончил свою первую пьесу».
Я часто получаю подобные благодарные отзывы. Утренние страницы дарят свободу нашему внутреннему писателю. На смену фразе «я бы рад писать, но…» приходит мысль «пожалуй, я мог бы быть писателем, и…». Наши негативные представления о писательстве постепенно тускнеют в свете обретенного опыта. Фраза «я мог бы быть писателем» мало-помалу сводит на нет наш скепсис. Утренние страницы убеждают нас, что мы вправе признать свое новое амплуа. Они служат свидетельством нашего превращения из обычного человека в писателя. Мы начинаем осознавать: не что иное как писательство – сам акт писательства – и делает человека писателем. Это вовсе не кучка избранных, в число которых нам никогда не попасть; писатели – великодушные люди, и нам есть место среди них. Препятствия, некогда возвышающиеся перед нами, уже не кажутся столь огромными. Проблемы с орфографией легко решаются с помощью компьютерных программ для проверки правописания. Руководство по стилистике помогает осилить правила пунктуации.
«Пожалуй, я мог бы быть писателем», – думаем мы – поначалу с опаской, а потом все более уверенно. Постепенно избавляясь от негативных убеждений, мы признаем свое новое амплуа. Радость, которую мы испытываем, садясь писать, пересиливает страх. Да, мы любим писать.
Оберегаем своего внутреннего художника
Вот уже почти три десятилетия мы то и дело слышим разговоры о «внутреннем ребенке» – так часто, что уже надоело. Его, как известно, надлежит оберегать от травм, а если не удалось, следует дать ему возможность прийти в себя. И вот теперь я присоединяюсь к этому хору голосов: защищайте своего внутреннего ребенка, которого здесь с учетом наших целей мы будем называть внутренним писателем.