Джулия Филлипс – Исчезающая земля (страница 13)

В метре от нее двойные двери. Рядом идет врач и молчит. В коридоре, ведущем в операционную, стоят красные контейнеры. В них… Что в них? Кровь? Марля? Удаленные опухоли? Наверняка органы и всякие ужасы. Валентина опустила взгляд на пол. В лицо ударил густой животный запах, похожий на запах земли, мусора, смерти. Она этого не заслужила. Она не готова. В ужасе пациентка снова посмотрела на контейнеры и представила себе внутренности.

Ноги сами вели ее. Она шла кое-как. Доктор Попков, важная медсестра и эта врач проложили ей путь к этим дверям, поэтому она и идет, убеждая себя в том, что так надо. Вот и конец коридора. Врач положила руки на двери и сказала:

— Валентина Николаевна. — Пациентка подняла глаза. На круглом лице-яблочке появился намек на сочувствие. — Не волнуйтесь, операция пройдет под наркозом.

Она толкнула двери. Валентина увидела группу медиков в перчатках, масках и халатах. Жизнь осталась где-то позади.

— Проходите, — пригласила врач.

Валентина совсем озябла. Запах, стоявший в коридоре, чувствовался на языке: вкус земли, крови.

Через час это закончится, подумала она. Все будет хорошо. Обязательно. Так и должно быть. Мне удалят нарост. Вырежут опухоль, если это рак — удалят с корнем. Валентина убеждала себя, что операция пройдет быстро. Когда все закончится, я никому об этом не расскажу. Ни коллегам, ни следователю, ни мужу, ни дочери. Я снова стану прежней.

ДЕКАБРЬ

Ксюша с юных лет видела, как танцуют народные танцы. Она выросла в Эссо5, где творческие коллективы давали концерты на каждый местный праздник. Однако сама она захотела заниматься ими, как только в Петропавловск переехала ее двоюродная сестра Алиса. Тут-то Ксюшу и потянуло танцевать. Алиса поступила в тот же университет, в котором Ксюша училась на четвертом курсе. Их матери решили, что девочкам лучше жить вместе: так спокойнее. Сестры сняли квартиру у подножия сопки и перевезли вещи: Ксюшин чемодан чистый, она только что из общежития, а Алисин покрыт слоем пыли после десятичасовой дороги из села.

Состояние чемоданов — не единственное, чем сестры отличались друг от друга. Алисе только исполнилось семнадцать; милое личико, волосы, выкрашенные в черный и ярко-рыжий. Она поступила на филфак, а Ксюша изучала банковское дело. За первую неделю занятий Алиса завела больше знакомств и узнала больше сплетен, чем Ксюша за три года. Иногда Алиса возвращалась домой поздно. Пару раз, не обращая никакого внимания на плакаты с фотографиями пропавших сестер, расклеенные по городу в августе, она и вовсе не приходила ночевать.

— Мне это не нравится, — как-то сказал Руслан.

Он все еще жил дома, в Эссо. За время Ксюшиной учебы они выработали свою систему общения. Возлюбленные созванивались по утрам и вечерам, а в конце каждого месяца парень приезжал навестить девушку в Петропавловск. Они придерживались этого распорядка ради гармонии в отношениях, а еще чтобы следить за Ксюшей: с тех пор, как она переехала в столицу, Руслан не уставал напоминать ей, как быстро можно поддаться соблазнам и пойти по наклонной. Когда слухи об исчезновении сестер Голосовских дошли до Эссо, Руслан стал еще чаще предостерегать любимую. Узнав о том, какую жизнь ведет Алиса, он только сильнее забеспокоился.

— Ты ее знаешь, ей можно доверять, — ответила Ксюша. Она была дома и говорила по телефону в пижаме — серые штаны и темно-синяя кофта; наступило утро, но солнце еще не светило в окно. Этот разговор состоялся в начале сентября. Осенний семестр только начался, а Руслан уже ждал подвоха.

— Алиса всегда была немного разбитной. Может, в городе ей совсем сорвало башню, — предположил он.

— Ничего ей не сорвало. Просто она очень общительная.

— Ее нет дома?

Ксюша не ответила.

— А ты где? — спросил Руслан.

— Дома. Я же тебе сказала. — Парень шумно дышал в трубку. Ксюша подошла к микроволновке, поставила таймер на одну секунду, нажала на пуск, сработал сигнал. — Слышишь?

— Хорошо. — Микроволновка, телевизор или гитара — эти звуки его успокаивали. Когда Ксюша жила в общежитии, Руслан слышал голос ее соседки и понимал, что его девушка в комнате. В начале учебного года, только заехав в новую квартиру, Ксюша привлекла Алису к телефонному разговору с Русланом, но тот не доверял ей. «Вы там тусите?» — допытывался он. Вот почему Ксюша придумала новые способы доказать ему, что она дома.

В середине сентября Алиса записалась на танцы в университетский коллектив. Сходила на одно занятие, ей понравилось, и она решила, что Ксюше тоже нужно присоединиться к ансамблю. Группа была маленькая, не то что профессиональные коллективы, которые путешествуют по стране, дают концерты и показывают камчатские танцы перед полными залами. Просто группа студентов, которые занимаются общим делом в свободное время.

— Нам надо танцевать, — настаивала Алиса. — Будем больше времени проводить вместе, отдадим дань уважения корням, ты будешь чаще выходить из дома.

— Я не умею, — ответила Ксюша. Сестры сидели на кухне и ждали, пока сварится суп. В комнате пахло капустой, щавелем, соленым маслом и куриным бульоном.

— Неправда. Хорошо, допустим, не умеешь, но это неважно. Будешь красиво стоять в центре круга. — Алиса взяла Ксюшино лицо в свои ладони. — Посмотри на себя, Ксения! Ты будущая звезда!

Сестра отпрянула.

— Ты все шутишь. — Ксюша очень похожа на бабушку, этническую эвенку. Высокие скулы, раскосые глаза с нависшими веками, еле заметные брови, вздернутый нос. Она понимала, что с таким лицом звездами не становятся, да и бедра у нее слишком широкие.

— Не шучу. — Ксюша покачала головой, Алиса тоже, а потом стала водить руками в такт движениям головы.

— Даже не знаю… Мне что-то не хочется, — ответила Ксюша и невольно улыбнулась.

— Не знаешь или не хочешь? — Алиса отстранилась, ее тонкие пальцы походили на испуганных рыбок.

— Мне такие вещи не даются.

— Мне тоже! — Лукавит. В детстве Алиса танцевала в сельском коллективе, она помнила основные движения. Однако сестра никогда не отказывалась от своих слов и если сказала, что у нее не получается, то назад сказанное не возьмет.

В ответ Ксюша лишь скорчила рожицу и попросила сестру перестать дурачиться, хотя Ксюше нравились ее проделки, упрямое тело и тонкие быстрые руки.

— В группе одни студенты. Ничего особенного. Соглашайся! Попробуй хотя бы!

Ксюша взяла половник и кивнула, вторя Алисиным движениям. Она учится четвертый год: каждый день ходит на занятия по управлению или статистике, днем пишет курсовые, в конце каждого семестра сдает устные экзамены — обязательно на высший балл, чтобы сохранить стипендию. Как она развлекается? Летом и зимой на каникулы ездит в Эссо, один раз в месяц на выходные к ней приезжает Руслан. Почему бы не попробовать что-нибудь новенькое? Однако она сказала:

— Я не пойду.

— Ты кивнула, я видела! Пойдешь!

С Алисой Ксюша стала другой. И не приглашение изменило ее, а радость, сквозившая во всех действиях и словах сестры.

— Мне Руслан не разрешит. — Ксюша сопротивлялась до последнего. Уголки Алисиных губ поползли вверх, и она поняла: отмазка не сработала.

Он ее первая и единственная любовь. По ночам перед сном Ксюша перебирала в памяти все, что ей нравится в Руслане. Голос с хрипотцой, округлые мышцы, дорожка волос под пупком, разрез глаз. Руслан старше на семь лет; он часто ходил к ним в гости, играл с ее старшим братом Чегой в видеоигры, а Ксюша садилась позади него и любовалась его спиной. Ласкала взглядом загорелую кожу на шее над мешковатой футболкой. Ксюша хотела поскорее стать взрослой, чтобы поцеловать Руслана, а когда повзрослела и поцеловала, все мечты влюбленной девушки сбылись.

В пятницу Руслан приехал в гости, и они улеглись на диване в обнимку. Вечером вернулась Алиса, развязала шнурки и прошла мимо ребят в свою комнату. Она оставила дверь приоткрытой, пока переодевалась в домашнюю одежду.

— Ксюша рассказала тебе про танцы? — спросила она из комнаты.

Руслан посмотрел на свою девушку, поджав губы в ожидании плохих новостей.

Появилась Алиса, одетая в легинсы, и объяснила, перекрикивая шум телевизора:

— В институтский ансамбль набирают девушек. Правда, Ксюша бы классно там смотрелась?

— Она не умеет танцевать, — ответил Руслан.

— Научится. Главное — прийти. Никакие выдающиеся способности не нужны. Туда берут всех.

Руслан усмехнулся:

— Что-то не припомню, чтобы в институте был ансамбль. — Он учился там пару лет, тогда они с Чегой еще играли в видеоигры, а Ксюша ходила в школу. Хотя Руслан бросил институт, так и не получив диплом, ему удалось найти приличную работу в коммунальной службе Эссо: парень чинил канализацию, менял сгнившие деревянные перекрытия на мостах над местными речками. Теперь ее родители любили его больше прежнего.

— Ансамбль существует уже давно, но туда русских не берут, — ответила Алиса. — Может, поэтому ты о нем не слышал.

— Алиса! — одернула ее Ксюша.

— Все нормально.

— Вот, значит, какой это ансамбль, — сказал Руслан. — Шкуры и бубны. — Он обнял Ксюшу за плечи, а потом встал. — Думаешь, меня не возьмут?

— Придется хорошенько загореть, — ответила Алиса.

Парень сел на корточки и вытянул руки:

— Даже если покажу, что умею? Хэй! — Он сделал выпад вперед, изображая танцы, которые видел в детстве. Руслан сжимал один кулак — в нем полагалось держать за веревки круглый бубен — и размахивал другой рукой, будто бил в этот бубен колотушкой.