Джулия Джеймс – Лучшее свидание (страница 5)

Он произнес это бесстрастно и сейчас, стоя рядом с ней, был таким же бесстрастным. Лана никак не могла отделаться от ощущения нереальности происходящего. «Брак-то не настоящий, – напоминала она себе, – поэтому реальность далеко, очень далеко».

Они стояли рядом перед чиновницей и не смотрели друг на друга. Однако Лана знала: стоит ей чуть-чуть повернуть голову, и она увидит его отчетливый профиль, чувственные губы, высокие скулы, волевой подбородок. Только все это не для нее. Потому что он не хочет большего. Она же…

Это отношения к делу не имеет. Сама суть их брака отметает прочь все пожелания. И она должна всегда помнить об этом.

Сальваторе взял меню в кожаном футляре и стал читать. Однако все его мысли были далеки от обеда.

Итак, дело сделано. Теперь он состоит в законном браке с женщиной, которая практически чужой для него человек. Но какой смысл думать об этом, ведь в брачном свидетельстве уже стоят их подписи.

Его взгляд переместился на Лану, которая сидела напротив и с преувеличенным вниманием изучала меню. Она была одета в кремовый костюм, который подчеркивал красоту ее фигуры. Собранные наверх волосы украшало некое подобие шляпки. Впечатление она производила потрясающее, но на невесту похожа была мало. Лишь помолвочное кольцо и узкая полоска обручального на пальце свидетельствовали об изменении ее статуса.

Сальваторе наблюдал, как сверкает бриллиант, и вдруг в голове возникло непрошеное воспоминание. Отец никогда не снимал обручальное кольцо, как бы он ни насмехался над своим браком.

Сальваторе прогнал эту мысль. И затолкал поглубже следующую. О том, что он тоже насмехается над тем, что олицетворяет кольцо на его пальце.

Он возразил самому себе мгновенно: нет, не насмехается. Ладно, люди обычно не женятся по той причине, по которой поженились они, но у обоих были веские основания заключить этот брак. И ожидают они от этого брака одного и того же.

В отличие от его родителей.

Сальваторе опять отогнал воспоминание и опустил взгляд в меню. Сделав выбор, он заглянул в меню бара. Пора выбрать подходящее шампанское, чтобы отпраздновать событие. Как-никак сегодня день его свадьбы.

Пока сидевший напротив мужчина изучал список вин, Лана принялась разглядывать его. В этом очень дорогом ресторане в Найтсбридже, куда машина с шофером доставила их сразу после регистрации брака, он чувствовал себя как дома. Теперь она знала, что ООО «Лучези» является главным игроком в инвестиционном бизнесе Италии и играет эту роль почти целый век. Компанию основал дед Сальваторе, потом руководство перешло к его отцу, сын же, за которого она только что вышла замуж, расширил ее до небывалых размеров.

Как Лана прочитала в Интернете, Сальваторе не все свое время посвящал бизнесу. Она увидела множество фотографий, где он на всяких светских мероприятиях. Почти всегда его сопровождала какая-нибудь красивая блондинка.

«Теперь на этом месте буду я».

Теперь сопровождать его будет не просто красивая блондинка, напомнила себе Лана, а законная жена. Правда, выбрал он ее в жены совсем не по тем причинам, по которым женятся другие пары. Да и она тоже согласилась на брак из тех же соображений – ради денег. Сальваторе хочет освободиться от своего делового партнера, а она – от огромного долга, который взвалил на нее Малькольм.

До Ланы вдруг дошло, что тот самый мужчина, за которого она вышла замуж по меркантильным соображениям, спрашивает у нее, что она хотела бы съесть. Она уже готова была заказать то, что обычно заказывала в ресторанах: рыбу на гриле и салат без заправки, но сообразила, что впредь ей не придется участвовать в показах и прочих шоу. Она заглянула в меню, и ее взгляд упал на блюдо, которое вначале она машинально отвергла. Ее рот наполнился слюной.

Подняв голову, Лана посмотрела на подошедшего официанта.

– Куриную грудку под соусом марсала, – сказала она. – Картофель парментье и зеленую фасоль в масле.

Лана решительно закрыла меню. Она почувствовала, как у нее поднимается настроение. В том, как она поступила, есть и положительный момент, и состоит он не только в том, что она избавится от кредита, но и в том, что ей не придется постоянно придерживаться почти голодной диеты.

Официант принес шампанское, открыл бутылку, наполнил бокалы и удалился.

– За успешное партнерство, – произнес тост Сальваторе, поднимая свой бокал.

Лана чокнулась с ним и сделала глоток.

«Все это временно, не забывай», – услышала она внутренний голос.

Напоминание оказалось своевременным.

Сальваторе почувствовал, как вышло шасси, и понял, что самолет взял курс на посадочную полосу в аэропорту Фьюмичино. Рядом с ним в первом классе сидела его жена и с интересом смотрела в иллюминатор.

– Ты бывала в Риме? – спросил он. Предполагалось, что он должен знать это, представляя свою жену миру.

Настроение у него было мрачным. Скоро они приземлятся в Риме, и последствия его поступка предстанут перед ним в полный рост. Все будут воспринимать женщину, которая для него абсолютно чужая, как его жену, как ту, с кем он намерен прожить всю жизнь. Весь этот спектакль он разыгрывает только ради того, чтобы ему поверили Джаванна и Роберто – и все остальные. В том числе и его друзья. И домочадцы.

Заставить поверить Джаванну и Роберто проще, чем близких друзей. Тут придется потрудиться. Но он справится… деваться-то некуда.

– Несколько раз, – услышал он ответ. Лана повернулась к нему и продолжила: – На модных фотосессиях. Но у меня никогда не было времени, чтобы побывать в интересных местах.

– Ну, сейчас у тебя будет время, – сказал он и добавил: – Мы пробудем здесь довольно долго, ведь надо тебя всем показать. Потом я повезу тебя в Тоскану, в наше фамильное палаццо. Формально мы будем проводить там медовый месяц, так что вести светскую жизнь не понадобится.

Мысль, что в палаццо он сможет расслабиться, улучшила настроение Сальваторе. Они оба смогут расслабиться. Там они с Ланой будут вдали от всех, ничто не будет его отвлекать, и ничто не помешает ему сосредоточиться на ней и на ее удивительной красоте.

Приятная перспектива…

Мимо прошла стюардесса, проверяя, застегнуты ли ремни. А спустя несколько минут самолет уже катил по земле. Еще через некоторое время они ехали в Рим. По дороге они повторяли, что Лана должна говорить людям, когда он будет представлять ее. История их знакомства и скоропалительной женитьбы должна выглядеть убедительно.

– Сегодня вечером мы предоставлены самим себе, ведь тебе надо разобрать вещи и отдохнуть, а завтра обедаем с моими друзьями, и вот тогда я познакомлю тебя со всей компанией.

Он вкратце рассказал, с кем им предстоит встретиться, а потом перешел к другому важному вопросу.

– Тебе, как моей жене, понадобится соответствующий гардероб, так что походи по магазинам, пока мы в Риме. – Он внимательно оглядел ее. – Сегодня ты выбрала великолепный наряд.

– Спасибо, – ровным голосом поблагодарила Лана. – Кажется, он полностью отвечал всем требованиям. Я уже решила, что надену на завтрашний обед. Туалет не этого сезона – моделям такие модные вещи не отдают, – но он от одного английского модельера, так что маловероятно, что твои друзья уже видели его. Так подойдет?

– Уверен, да, – ответил Сальваторе.

Зазвонил его телефон – звонок был из Нью-Йорка, и он должен был ответить. Действительность требовала от него скорейшего решения различных деловых вопросов.

Лана с одобрением огляделась по сторонам. Апартаменты Сальваторе в историческом центре Рима были огромными: два этажа в элегантном таунхаусе XVIII века с просторным внутренним двориком. На этот дворик выходила гостиная, занимавшая почти весь первый этаж. Другой стороной гостиная выходила на мирную и уютную пьяццу, то есть площадь.

Дом был обставлен очень стильно, антикварная мебель великолепно сочеталась с современной. Однако у Ланы не было возможности все внимательно рассмотреть, так как Сальваторе повел ее к другой лестнице, не такой величественной, как парадная.

– Спальни на верхнем этаже, – сказал он. Остановившись на лестничной площадке, он открыл первую дверь справа и включил свет. – Это моя, – сообщил он. – Твоя соседняя. Так нужно, по очевидным причинам. Между спальнями есть дверь.

Он подошел к этой двери, открыл ее и жестом пригласил Лану пройти вперед. Прежде чем двинуться дальше, она оглядела спальню Сальваторе. Она впервые оказалась в его личном пространстве. Комната была обставлена массивной мебелью, и в ней доминировала старинная кровать с резными столбиками. Лане не составило труда представить Сальваторе на этой кровати, и в голове тут же завертелись соблазнительные картины.

Опомнившись, она поспешила в соседнюю спальню и восторженно вскрикнула, когда переступила порог.

– Ах, какая красота!

Эта комната кардинально отличалась от спальни Сальваторе, выдержанной в чисто мужском стиле. Она была такой же просторной, но благодаря серебристо-голубой цветовой гамме и изящной антикварной мебели выглядела легкой, воздушной.

– Это комната моей матери, – сказал Сальваторе в ответ на ее восклицание.

Лана повернулась к нему, но ничего не смогла прочесть по его лицу. Хорошо это или плохо – то, что он отдает ей комнату матери? Ответа у нее на это не было. А спрашивать она не считала нужным.