Джульетта Кросс – Волк одичал (страница 21)

Я улыбнулся.

– За то, что показала мне «Звездные войны».

– «Новую надежду»[34], – поправила Иви. Она не улыбнулась, но выражение ее лица смягчилось. – И фильм «Империя наносит ответный удар». – Она бросила взгляд на диск, который я держал в руке. – Если ты не досмотришь третью часть, мы больше не сможем быть друзьями. – Она произнесла угрозу с абсолютно серьезным лицом.

– А мы друзья?

– Конечно друзья, дурачок.

– Друзья. – Я сделал шаг назад и отпустил дверь, улыбаясь как… ну, в общем, как дурачок. – Великолепно.

– Спокойной ночи. – Закрывая дверь, она все-таки слегка улыбнулась.

– Сладких снов, Иви.

Я шел по улице и наслаждался мыслью, что Иви – мой друг. Я хотел быть больше чем друзьями, но я не доверял своему волку, поэтому не мог допустить, чтобы между нами произошло что-то большее. Не сейчас. Пока рано. Но, может быть, после того, как мы снимем заклятие и я снова смогу держать себя в руках… Может быть.

Я точно знал, что чувство эйфории, которое пульсировало внутри моих вен всю дорогу до дома и бурлило во мне до самого утра (заснуть я все равно так и не смог), не было связано с заклинанием Ауры. Оно было связано с Иви.

Глава 10

Иви

– Я сделала что-то не так?

Ложка Клары зависла над банкой открытого мороженого «Тутти Фрутти», которую она прижимала к груди. Я уставилась на сестру – на самую милую сестру на всем белом свете.

– Нет, – ответила я с раздражением.

Я старалась не капризничать как маленький ребенок, но ничего не могла с собой поделать. Я не входила в число тех людей, которые умели скрывать свои истинные эмоции. Мне неоднократно говорили, что все мои мысли и чувства написаны у меня на лице.

– Тогда почему ты на меня сердишься?

– Клара, я не сержусь на тебя. – Но голос мой звучал сердито, со стороны могло даже показаться, что я в ярости, – в итоге я зарычала на саму себя от досады.

– Вы были чем-то заняты, а я прервала вас? – Сестра приподняла темно-золотую бровь и отправила в рот полную ложку окрашенного во все цвета радуги мороженого.

– Пф-ф-ф.

Я открыла холодильник и стала изучать контейнеры с блюдами из «Котла». Джулс частенько приносила домой остатки еды, которые не разбирали работники кухни, официанты или Джей-Джей. В одном из контейнеров обнаружилось фетучини с раками – и я засунула блюдо в микроволновку.

– Да ничем мы не были заняты. Не бери в голову.

– А ты бы хотела, чтобы вы чем-то занимались? Ведь он…

– Да знаю, знаю. Он оборотень. Не надо читать мне нотации, с этим отлично справляется и Джей-Джей.

– Да нет. Я хотела сказать, что он хороший парень.

Заскользив носками по полу, я развернулась и склонила голову набок. Вот это поворот.

– Хороший?

Она улыбнулась.

– Да, очень. – Сестра покрутила ложкой в воздухе. – Единственный недостаток Матео – пугающий зверь внутри него, которого он пытается контролировать. Когда я к нему прикоснулась, то подумала, что он меня сейчас съест. – Видимо, она заметила, как мое лицо исказилось. – Я не про Матео, а про волка. А сам Матео очень милый.

– Милый.

Она съела еще ложку мороженого «Тутти Фрутти».

– Очень милый.

Я не знала, что на это ответить. Ну да. Он был милым. Очень милым. И красивым, и невероятно талантливым. А еще он не разбирался в поп-культуре – и был очарователен в своем неведении. Да кто в наше время не знает, что Дарт Вейдер – отец Люка Скайуокера? Матео. Вот кто. Это просто смешно. И ужасно мило. Признаюсь, его отвисшая челюсть – лучшее, что мне довелось увидеть за этот месяц. А может, и за этот год.

– Ты улыбаешься. Значит, ты больше не сердишься на меня?

Вытащив еду из микроволновки, я достала вилку из ящика.

– Клара, я не сержусь на тебя.

– Но ты рассердилась, когда я наложила на Матео заклятие радости. Вот, видишь, ты опять хмуришься.

Я накрутила фетучини на вилку и отправила еду в рот, лишь бы не отвечать.

– Реакция взрослого человека. – Сестра улыбнулась, кинула ложку в раковину и убрала мороженое в холодильник. – Хочешь знать, что я думаю?

Я прожевала, проглотила, а затем запихнула в рот еще одну слишком большую порцию фетучини.

– Я говодная, – пробубнила я с набитым ртом. Да, в этом была вся я. Вела себя совсем как взрослая. Заедала чувства.

– Мне кажется, тебе нравится этот оборотень.

Я хотела хмыкнуть, но вместо этого подавилась пастой. Клара забрала контейнер у меня из рук, поставила его на столешницу и принялась стучать мне по спине, пока я наконец не проглотила кусочки еды и не сделала глубокий вдох.

– И поскольку он тебе нравится, ты не хочешь, чтобы сестра помогала ему вместо тебя. Очевидно, что твой дар снимать заклятия оказывает на него такой же положительный эффект, как и моя магия. Вот поэтому-то он в тебе и нуждается. – Она погладила меня по спине. – Ты просто немного ревнуешь. Но это нормально. Он тебе нравится.

Я хотела было возразить, но потом вспомнила, с кем я разговариваю. Клара умела читать мысли людей как никто другой. Она была Аурой, и в этом заключался ее дар. Она знала, что думают и чувствуют люди, и, черт возьми, в данном случае тоже была абсолютно права. Я действительно ревновала! Это было так глупо.

– Мы просто друзья, – вкрадчиво призналась я.

– Друзья, – повторила Клара так, словно пробовала новое слово на вкус. Она вернула мне контейнер с фетучини. – Что ж, годится.

– Ты думаешь?

– Ты не хочешь быть ему другом?

– Конечно я хочу быть ему другом.

– Тогда я не вижу проблемы.

– Потому что нет никакой проблемы.

– Тогда почему ты жуешь фетучини в час ночи и рычишь на меня?

– А почему ты ешь мороженое в час ночи?

– Иви. – Клара рассмеялась так, словно я сказала какую-то глупость. Собственно, так оно и было. – Ты же знаешь, что я сластена. Я могу есть мороженое «Тутти Фрутти» или лимонные пирожные в любое время дня и ночи. На черепаховый чизкейк это правило также распространяется. Просто ем, и все. – Пожав плечами, она улыбнулась, давая понять, что это – факт. И это было так.

Это была правда. Клару всегда тянуло на сладкое. Как она при этом умудрялась оставаться такой худенькой – тайна за семью печатями. Они с Вайолет изначально были стройнее остальных сестер, поскольку фигурой пошли в отца. Неважно, сколько тортов или пирожных поглощала Клара, вес она не набирала. Меня вполне устраивала моя мягкая округлая фигура, но я точно знала – калории от фетучини добавят объема моей попе. Но это не имело значения. Углеводы мне сейчас были нужнее, чем худая пятая точка.

– Всем нужны друзья, Иви. А ему – особенно.

– Почему ему – особенно?

– К тому же из друзей получаются самые лучшие любовники. – Она чмокнула меня в щеку. – Спокойной ночи.

– С чего ты вообще завела разговор об этом?

Хихикнув, сестра закрыла дверь, а я, повысив голос, сказала:

– О любовниках и речи не было.

Я смотрела в окно, наблюдая за тем, как Клара возвращается в каретную.

В этот момент я заметила, что Зи сидит на столешнице и смотрит на меня. Подхватив его свободной рукой, я прижала тельце кота к себе, а его лапки закинула себе на плечо. Он всегда позволял брать его на руки так, как мне заблагорассудится, и ни разу не выказывал недовольства.

– Зи, я ни слова не сказала о любовниках. Да, он, конечно, очень милый и хороший. Признаю.

Зи заурчал как сломанный моторчик, и мы направились в сторону спальни: одной рукой я придерживала кота, а во второй несла полночный перекус – двойную порцию фетучини.