Джульет Марильер – Зовущая (ЛП) (страница 56)

— Иди, — сказал мой самопровозглашенный дед. Он помог мне спуститься по ступеням к Белой леди и Карге. Когда мы подошли к ним, Хозяин изменил облик и стал величественным.

Я скользила взглядом по юдям, искала Флинта. Где он? Лежал где-то под грудами тел? Его отбросили в угол, в тени, потому что он был на пути?

Тали встала перед толпой с верными атаманами, и Фингал там поддерживал раненого Брасала, и всем было видно огромного Пустого, но я нигде не видела своего Флинта. Может, он упал сразу, и его растоптали. У него не было оружия. Он не собирался биться. Он мог думать, что заслужил смерть.

Всюду на поле товарищи помогали раненым, друзья смотрели в глаза павших друзей. Но многие воины просто стояли в тишине, потрясенные величиной свершившегося: мятеж, бой, потери, добрый народец, внезапное появление Стражей. Многие еще ни разу не видели добрый народец, едва верили, что они существовали не только в старых сказках. И теперь король был повержен, и все перевернулось. Двор Летнего форта был усеян мертвыми и умирающими. И всюду была магия.

Лорд севера стоял, высокий и серьезный, и смотрел на это.

— Запомните этот день, люди Олбана, — сказал он. — И пусть старую мудрость больше никогда не забывают. Пусть не отрекаются от силы древних людей. Здесь произошло много потерь, много печали. Пусть этот день исцелит людей и добрый народец. Нам нужно починить это изломанное королевство.

— Свет озаряет всех вас и поведет вас по верному пути, — Белая леди выглядела как красивая богиня, но голос ее был таким же, как раньше. — Это наше королевство, полное странного и чудесного, понимаете? Полное загадок и силы. Слушайтесь слов Лорда. Не забывайте старые традиции Олбана, истории и песни, ритуалы и молитвы. Они придают сил в тяжелые времена. Не дают отчаяться. Если вы потеряете их, вы вырвете Олбану сердце. Следуйте им, и сердце Олбана будет биться во всех вас, придавая сил и мудрости, — она повернулась ко мне, движение ее было трепетом, танцем, праздником. Она заговорила, и один кроха отделился от нее, покружил радостно над моей головой и вернулся на место. Свирель, несомненно. Я улыбалась сквозь слезы. — Малышка Нерин проделала сегодня невероятную работу, хотя не все из вас это поняли, — продолжала Леди. — Без нее не было бы сотрудничества между людьми и добрым народцем. Хоть некоторые и пришли без помощи Зовущей, айе, — она посмотрела на Шалфей и Пустого. — Нужно понять одну важную вещь. Не ошибиться. Этот бой не был бы выигран без работы этой девочки, без тех смелых людей, что были готовы пасть и не дать ему, — она посмотрела в сторону Кельдека, — разрушить и испортить землю Олбана.

— Кто вы? — пролепетал король. — Кто вы такие, что так говорите? Я — законный правитель Олбана! Я делал все, чтобы королевство было безопасным! Как вы смеете… — он замолчал, большая ладонь Постоянного оказалась вокруг его шеи.

— Если ты не знаешь, кто мы, — сказала Карга, — то и королем быть не заслужил, вот в чем правда, — она повернулась ко мне. — Поговоришь с людьми, Нерин?

Я так устала. Я хотела лечь где-то в тишине, пролить слезы и уснуть. Но я должна была сделать это.

— Давай, девочка, — сказала Белая леди. — Ты сможешь. Возможно, ты способна на все, что себе представишь.

Я выпрямила спину, вскинула голову. Дышала, как меня учили, медленно и ровно.

— Меня зовут Нерин, — я не говорила властным тоном, я будто обращалась к верным друзьям. — Я из деревни под названием Лес воронов, которую сожгли во время Сбора четыре года назад. И я Зовущая. Мой дар позволяет мне объединять для общего дела людей и добрый народец. Моя семья умерла из-за правления Кельдека. Я потеряла много друзей по пути. Но я обрела и новых друзей среди доброго народца, среди прекрасных людей Тенепада. Верных, целеустремленных, желающих свободы, — я посмотрела на Тали, а она на меня, сияя от гордости. — Реган, основавший движение мятежников, умер. Тали сегодня вела восстание и все силы отдала, чтобы этот день наступил. Человек, которого вы знаете под именем Оуэн Быстрый меч, дал мятежу разум, тело и дух, прошел сложный путь за эти долгие годы, будучи шпионом Тенепада.

— Я знала! — закричала королева Варда. — Я тебе говорила! Я говорила, что он гнилой, предатель с того момента, как он прибыл! Если бы ты слушался, если бы не был таким…

Толпа заглушила ее криками, она повернулась ко мне с таким гневом во взгляде, что он мог пронзить. Кельдек тоже смотрел на меня. Но его взгляд был другим. Гнев пропал, и в хватке Постоянного он выглядел лишенным всего. Он понял быстрее, чем его жена, что все, что они строили, пропало, что их мир уже не будет прежним.

— Мятежники приняли меня, несмотря на осторожность, — продолжала я, стараясь держать голос ровным, — и сделали меня одной из них. А мудрые Стражи, что следят за нашей землей, поделились со мной знаниями, научили использовать дар правильно. Добрый народец от мала до велика предлагал мне доверие, дружбу, советы и защиту, многие умерли ради нашего дела. Не только я теряла. Все мы горюем по семьям, друзьям, товарищам, упавшим по пути к свободе. Некоторым из вас еще трудно принять перемену, что произошла сегодня. Помните, что все мы сестры и братья под широким небом Олбана. Огонь Олбана горит в наших сердцах. Свет смелости Олбана сияет в наших душах. Каждый день мы дышим чистым воздухом надежды Олбана. А река истории Олбана течет, приносит мудрость, от которой нельзя отрекаться. Запомните этот день. Рассказывайте о нем детям и внукам. Никогда не забывайте тех, кто пал на поле боя, всех, кто погиб за годы правления Кельдека, — я ощутила слабость в коленях и села. Толпа одобрительно гудела.

— Люди Олбана, — сказал Хозяин теней, он стоял и был выше человека. — Вам многое исправлять. Постарайтесь сделать все правильно. Люди принесли зло, люди должны все вернуть на места. У вас хорошие лидеры, пусть они ведут вас. Мы уйдем и заберем свой народ с собой. Мы оставим вас, ведь у вас много работы. Но сначала нужен ответ: что станет с вашим, так называемым, королем?

Толпа закричала:

— Смерть!

— Повесить!

— Убить тирана!

Сильный голос Лэннана Долгорукого заглушил вопли.

— Даже для тиранов все совершается по процессу.

Крики стали громче в постоянном хоре:

— Смерть тирану! Смерть Кельдеку! — я видела нерешительность на лицах Телли и нескольких атаманов. Король молчал. — Смерть! Смерть! Смерть!

Я вспомнила последние вдохи брата в его четырнадцать лет. Копье Силовика торчало из его груди. Я вспомнила пылающее судно, на котором погиб мой отец, и крик Сореля, когда его обвила железная цепь, бабушку после порабощения, от которой осталась только жалкая оболочка. Голова Регана на крепости Веддерберна. Разбитый Гарвен. Маленький Дон, Бэн, Киллен погибли из-за дела. Деревни пострадали от Сбора, погибали люди, разрушались семьи. Все, кто лежал теперь на поле в крови. Заслуживал ли человек, из-за которого это произошло, милосердия?

— Милорды. Леди. Люди Олбана.

Мое сердце подскочило. Голос принадлежал Флинту. Люди пропустили его из толпы, его поддерживал человек из отряда Волка с одной стороны, а с другой каменное существо, что недавно пыталось его убить. Его глаза были красными и опухшими, на лице были следы когтя, вещи были изорваны. Но он был живым. Я зажала ладонью рот, чтобы подавить всхлип облегчения.

— Я понимаю ваше желание увидеть наказание человека, что причинил столько вреда вам и Олбану, — сказал Флинт, его голос становился сильнее. — Послушаться вас просто, как и повесить его сейчас, чтобы вы видели, как он умирает, и убеждали себя, что он ушел навеки. Не мне решать, что с ним будет. Но я прошу вас подумать: если мы удовлетворим жажду кровавой расправы, чем мы будем лучше него? — он смотрел на Кельдека, и в его глазах была не ненависть, а сострадание. — Нужно время, — продолжал он. — Время всем нам понять большие перемены, что произошли сегодня. Время всем нам подумать о верности и причинах, по которым мы порой слушались приказов, хоть и знали в душе, что они неправильные. Лэннан правильно напомнил о процессе. Король, королева и их советники будут заперты под охраной, пока не установится регентство, а потом их выслушают. Если вердиктом будет смерть, значит, так тому и быть, — пауза, все молчали. — У каждого из нас есть добро и зло, — сказал он. — В каждом есть искра для великих дел, — он посмотрел на Стражей. — Но не все из нас могут найти эту искру. Не все ее сохраняют. Но даже он, этот тиран, может измениться. Дайте ему хотя бы обдумать, какие ошибки он сделал.

Я посмотрела на Кельдека и, к своему удивлению, увидела, как по его лицу текут слезы. Варда дрожала от гнева, ее бледные щеки были в красных пятнах. Бридиан сидел, обхватив голову руками.

— Что за место сможет его сдержать? — спросил Гормал. — И кто из нас захочет держать его.

— Предоставьте это мне, — сказал Лорд севера. — В моем зале есть много комнат, и все они защищены магией. Я буду охранять его, пока вы не будете готовы.

— А королева? — спросил Лэннан.

— О, ее оставьте мне, — сказал Хозяин теней. — Мой народ будет рад такому заданию.

— Я займусь советниками и Зовущим, — предложил Несс из Корридейла.

— Этот парень мертв, — сухо сказала Шалфей, стоявшая рядом с обмякшим телом Эстена.