Джульет Марильер – Тенепад (ЛП) (страница 6)

Я работала и краем глаза следила за котелком с луковой похлебкой, которую уже нашли. Маленькие ручки перевернули сухарь Флинта, мохнатое существо в красном колпачке с хрустом острыми зубами откусило кусочек. И тут тоже существо с длинными пальцами, похожими на прутики, с шипением потащило сокровище к себе.

— Делись, — сказал он. — Делис-с-с-сь.

— Разломи его! — просил Красный колпак и хор голосов. Они получили по крошке. Существо с носом в форме трубы склонилось, чтобы выпить похлебку из котелка, но другое существо шлепнуло его по голове.

Самодельная припарка была готова. Я села, укутавшись в накидку Флинта, и огонь согревал мое лицо. Я обернула ноги тканью. Было неловко, не хватало бинтов, и ткань могла вот-вот развернуться. Я не шевелилась, думая, что будет, когда они покончат с моими жалкими подношениями. Они разозлятся на меня? Исчезнут без следа? Я замирала в ожидании, хоть и не знала, чего именно. Они были так близко, и это было чудесно и опасно. Я видела их тени среди деревьев, глаза в темноте. Это было моим даром и проклятием. Я слышала их жуткие голоса. Но они раньше не подходили близко. Суета из-за подношения длилась какое-то время, а потом воцарилась тишина, и она была такой внезапной, что я, хоть и не собиралась, повернула голову и посмотрела на них.

Они сидели плотным кругом, словно советовались, но каждый из них смотрел на меня. Я чувствовала вес взглядов, их глаза были бусинками, были огромными или узкими, с длинными ресницами и красивыми, они были всех цветов и формы, что только можно было представить. Самый маленький был не больше ежа размером, и как-то напоминал его. Самый большой мог бы достать мне до пояса. Еще двое доедали кусочки сухаря. Их взгляды были не то дружелюбными, не то враждебными, но точно другими.

Молчание было полно ожидания. От меня ждали речь. Мои ноги были связаны, и я чувствовала себя слабой.

— Приветствую, — мой голос нервно подрагивал. Одно дело видеть добрый народец в стороне, но совсем другое оказаться среди них и пытаться поговорить. — Боюсь, я не могу встать. У меня ноги в мозолях. Спасибо, что пустили укрыться здесь с вами. Жаль, что не могу поделиться чем-то получше.

— Похлебки хватило, — сказала женщина в одеянии цвета листьев, она вытирала губы запятнанным платком. — К тому же, эти дары не для того, чтобы питать нас, иначе наш вид давно бы вымер от голода. Это знак доверия и принятия одного духа, — она мрачно посмотрела на своих спутников. — Хотя у некоторых желание поесть затмевает разум.

— Ваши друзья могут угощаться. Но вскоре мне понадобится искать еще еды. Моих запасов надолго не хватит.

— Айе, завтра ты будешь голодной, — сказала женщина. — Ближе к озеру можно найти крапиву, и ты увидишь крошечные поганки под большими дубами. Следи за тем, что собираешь, или твои внутренности завяжутся узлом.

— Хорошо бы поймать рыбу, — добавил Красный колпак, похожий на куницу, но бодро говорящий. Голос был точно мужским, но я заметила у существа на спине перевязь, откуда смотрели маленькие глазки. — Рядом с Среброводьем за домом большого человека есть водопад, известный как Девичьи слезы, впадающий в озеро. Над ним есть пруд, где они поднимаются к лунному свету. Их плоть сделает тебя сильной. Мы покажем тебе.

Возмущенный хор высоких и низких голосов заставил мою кожу покрыться мурашками.

— Нет!

— Не покажем! Не покажем!

— Глупый Красный колпак! Чем ты думаешь, рассказывая ей об этом?

— Забудьте, — сказала я, поежившись. — Я пойду одна.

— Этого мы ждали, — существо напоминало девушку моего возраста, но ростом с ребенка, и с изящными формами. Платье струилось вокруг нее легкой тканью. Ее волосы светились серебром. Ее глаза были огромными, блестящими и недовольными. — Знаю, о чем ты думаешь, Красный колпак, и кто тебе это рассказал, — она посмотрела на женщину в зеленом, что спокойно взглянула на нее в ответ. Серебряная девушка повернулась ко мне. — Путница, не жди нашей помощи. Какие бы дары ты нам не оставляла, уже прошли времена, когда добрый народец связывался с людьми. Вы сами создаете себе проблемы.

Она выглядела хрупкой, а голос ее был сильным, как дуб, холодным, как ручей под зимним льдом. Было бесполезно возражать, что я не ждала помощи, хоть я и не мечтала, что они подойдут так близко. Было бессмысленно объяснять, что я никогда не согласилась бы, чтобы они шли со мной, ведь тогда они будут рисковать, как и я. Она верила, что я враг. Я была человеком, как и Кельдек, так что враждебность можно было понять. Было обидно. Я помнила волшебный день в саду бабушки, двух крох с корзинкой ягод.

— Тогда утром уйдешь, — заговорило существо в темном блестящем капюшоне из перьев. Тон его был ровным, но взгляд пронзал меня, изучая. Он напоминал и человека, и ворону, и это так путало, что я пыталась не смотреть.

— Да.

— Предупреждение. Красный колпак говорил о водопаде. Рыба хорошая, айе. Но если пойдешь туда, помни об уриске. Он будет просить твоей помощи. Жалобно. Постоянно. Не говори с ним, иначе он пойдет за тобой. Будет следовать за тобой. Никогда не отпустит. Это существо, снедаемое одиночеством.

— Благодарю за предупреждение, — пожалуй, я обойдусь без рыбы.

Длинные пальцы вышел из круга и посмотрел на мою обувь.

— Туфли, — отметил он. — Разбиты.

— Оставь их! — резко сказала серебряная девушка, существо отпрянуло. — Хватит. Оставьте обувь и девочку. Она никто. Странница. Мы с самого начала ошиблись.

— Не спеши с выводами, Сильвер, — хотя она говорила тихо, что-то в голосе женщины в зеленом одеянии заставило всех замереть. Словно она заставила всех глубоко вдохнуть.

— И взгляда достаточно, — у Сильвер — подходящее имя — был ледяной голос. — Слова хватит. Мы бы поняли, если бы все было, как надо. Мы бы увидели. За миг. Эта девочка не может даже туфли починить. Как она?..

И вдруг моя слабость показалась весом на плечах, вспыхнула злость.

— Я могу их починить. Мне нужна только кора бука.

Кто-то заухал от смеха, словно слова были смешными.

— Я сказала, что починю! — голос треснул, как сухая ветка. — Спасибо за ваше общество и советы о рыбе и уриске. Очевидно, что мое присутствие вносит смятение в ваши ряды, так что лучше дайте мне все делать самой. Спокойной вам ночи, — пусть сами спорят, кем я была, а кем не была, где-то еще. Было понятно, что я неприятна им.

Раздался гомон щебета и шепотов, но я не разбирала слов. В темноте круг глаз зловеще сиял, словно они принесли с собой свой свет.

Заговорила женщина в зеленом одеянии:

— И тебе одной не страшно? — спросила она.

— Конечно, страшно, — я сидела и смотрела в ее глаза. Она казалась важной, ее маленький размер не влиял на ее силу и пронзительность взгляда. Ее нос был острым клювом, а волосы — зелено-серым облаком, из которого выглядывали острые уши. Казалось, что она смотрит внутрь меня, в мои тайные мысли, и от этого стало холодно. — Время сбора, — добавила я, — и Силовики на всех дорогах, за каждой стеной, выискивают нечаянно оброненные слова. Мне не стоило говорить с вами. Стоило притвориться, что я не вижу вас.

Тишина, а потом Красный колпак отметил:

— Ты оставила нам ужин.

— Бабушка научила меня делиться, — сказала я, глаза покалывало от слез. — Хороший урок. Она сказала, что даже если кажется, что ничего нет, всегда есть что-то, что можно дать другому. Она научила меня с детства уважать вас.

Если добрый народец и стал относиться теплее ко мне, это не отразилось на их лицах. Большая часть смотрела на Сильвер, словно ждала ее ответ. И только женщина в зеленом смотрела на меня.

— Спокойной ночи, Нерин, — сказала она. — Пути без опасностей.

— И вам, — ответила я, и стало интересно, откуда она знает мое имя.

— Везде опасно, — сказала Сильвер. — И для твоего вида, и для нашего. Для всех. В этом погруженном во мрак королевстве нет света.

— Воют волки, — добавил Длинные пальцы.

— Морозят зимы, — сказал Красный колпак, и в перевязи на его спине что-то зашевелилось, словно пряталось глубже.

— У людей короля есть холодное железо, — сказало существо-ворона. — Они ищут наши укрытия.

— Знаю, и мне очень жаль. Если бы я могла помочь, я помогла бы. Но все, что я могу, это идти по своему пути.

— Тебе будет холодно.

— Одиноко.

— Голод и жажда будут с тобой на каждом шагу.

— Ветер будет пронзать тебя холодом. Ветер промочит тебя. Обувь порвется.

— Много испытаний перед тобой, — присоединилась и женщина в зеленом. — Тебя будут проверять до предела.

— Хватит! — рявкнула я. — Отец недавно умер, я потеряла всю семью, и я устала. Ужасно устала. Хватит расстраивать меня, дайте поспать.

Они исчезли, словно их и не было, исчезли среди камней и воды в темноте леса. Мне тут же стало стыдно, но когда я прошептала:

— Простите, — ответом была только ночь и крик птицы в тишине.

* * *

Мне снился круг доброго народца, и они яростно спорили.

— Ее? Девочку в дырявых туфлях? Ты не в себе!

— А как же то, как она поделилась с нами едой? Если это не Дающая рука, то я бы хотел узнать, что это! — существо напоминало кустик, видно было листики и прутики, а глаза были в глубине, похожие на наливные ягоды.

— Сорель говорит мудро, как и всегда, — сказала женщина в зеленом. — Ты почувствовал присутствие девочки, как и все мы, не отрицай. Оно было сильным. Подчиняющим. Такому притяжению даже самые сильные из нас сопротивлялись бы с трудом. И не важно, девочка ли она или старушка семидесяти семи лет.