Джульет Марильер – Полет ворона (ЛП) (страница 13)

— Вот, — шепнула Тали, выглянув и проверив дорогу. — Быстро.

Я знала, что бежать нельзя. Мы перебрались от ограды к дому, оттуда к деревьям, от деревьев к камням, каждый раз выжидая, пока Тали подавала знак, что все в порядке. Я слышала, как овец остановили, а потом загнали в амбар. Лай утих, собака была занята и не могла еще и вынюхивать незнакомцев. Только когда мы ушли от поселения, оказались в ущелье, я рискнула тихо сказать:

— Спасибо. Я их не заметила.

— Это моя работа. Погоди, пока я осмотрю ущелье. Мы не пойдем, пока дорога не будет чистой.

Людям от фейри передалось много разных даров. И Тали могла хорошо и далеко видеть. Я пряталась за кустами, пока она пошла вперед. Она двигалась, насмехаясь над своим обликом: каждая часть тела была напряжена, готовая ко всему. Когда мы были в Тенепаде, она рассказывала мне, что делать, если на нас нападут: держаться в стороне и не мешать ей. Бежать, пользуясь всем, что под рукой — своим посохом, ножом, даром. Я напомнила ей, что если позвать добрый народец, нас могут заметить, и слух долетит до людей короля. Она говорила, что нужно так поступить, если нужно спастись. «Ты нужна Регану. И, Нерин? Не забывай кодекс мятежников — дело превыше всего. Если можешь сбежать, делай это и без меня». У каждого был пакетик семян болиголова в одежде. После смерти брата Андры мятежники носили это при себе, чтобы легко достать. Когда Фингал дал мне пакетик, я спросила, использовал ли кто-то эти семена. Он замер. А потом сказал:

— Лучше не говорить об этом.

Тали вернулась и села рядом со мной.

— К ущелью с другой стороны идут люди. Не Силовики, люди идут пешком с детьми. А потом чисто. Мы подождем там, — она кивнула на дубы на холме за нами.

Деревья все еще были без листьев, плохо защищая, но мы нашли впадину, закрытую стволами. Там мы ждали, пользуясь шансом попить из фляг и съесть сухари Миллы. Мы не говорили. Вскоре из ущелья вышла семья: мужчина и женщина с мешками зерна, три уставших ребенка со свертками и собачка. Они шли недалеко от нас, собака насторожила уши и повернула голову к нам. Но один из мальчиков вел ее за веревку, и когда собака пошла к нам, он возмутился и повел ее за собой.

Они ушли из виду, Тали снова проверила ущелье, и теперь шел кто-то еще. Мы ждали, а мимо прошел парень с луком за плечом и парой зайцев в руке. Кто-то хорошо поест сегодня. Тали проверила третий раз и махнула мне спускаться. Путь был чистым.

— Так, — прошептала Тали. — Прямо, и если кто-то придет, мы не будем говорить, пока не понадобится. А если придется, помни об истории.

— Ты бы шла не как воин, — шепнула я. — Можешь прихрамывать?

— Не все в Олбане ползают, Нерин. И ты не хромаешь.

— Нет, но… забудь.

В ущелье было темно. Река проходила вдоль нас, разбухшая от талого снега. Мы услышали голос. Каменные стены отражали звук, шум реки. Тали ускорилась, и я следовала за ней. Я прошла и шепнула спасибо камнемону, что был где-то над нами, ведь он спас меня, когда пришли Силовики. Не по его вине меня потом нашли люди. Он ответил на мой зов, спас от пыток, порабощения, смерти.

Мы почти прошли, но Тали резко замерла, я чуть не врезалась в нее. Она вскинула руку, призывая к тишине. Сердце замирало, я заставляла себя медленно дышать. Она повернулась и губами произнесла одно слово. Силовики.

Обратного пути нет. Мы пошли вперед, где ущелье расширялось, и снова открывалась долина Раш. Я никого не видела впереди, но Тали бежала на открытую часть между тропой и рекой. Там местность пересекали развалины среди травы и странных кустов. Несколько козлов щипали траву. Вдали на востоке виднелась ферма.

— Быстро! — Тали оглянулась через плечо на дорогу. Впереди виднелась стена, что была целее остальных. — Идем, Нерин!

Мы добрались до стены, нырнули за нее, легли на землю с сумками.

— Не двигайся, — прошептала Тали. — Ни звука.

Ожидание было бесконечным. В горле пересохло, пыль попала в нос, и я боролась с желанием чихнуть. Тело болело от судорог. Но Тали научила меня терпеть. Я держалась. Я молчала. И за звуком реки услышала стук копыт на дороге из Летнего форта. Я не двигалась, слушая, а они шли к ущелью. Три всадника, а то и больше.

— Сейчас, — выдохнула Тали. Я вскочила на ноги, кривясь, когда судорогой свело ноги. Тали закинула одну сумку на плечо, я взяла другую. Пыль еще не улеглась после всадников, а мы пошли, пригибаясь, к реке. Земля была неровной. Я попала ногой в яму и чуть не свернула лодыжку. Я задыхалась, грудь болела. — Вот, — Тали протянула руку. — К тем деревьям. Пригни голову.

Мы добрались до деревьев. И тогда я увидела, что здесь можно было спрятаться. Берег реки тут был выше, между стволами была скрытая впадина, которую не было видно с дороги. Мы бросили сумки и последовали за ними. Сердце колотилось. Если бы не зрение Тали, мы все еще были бы открыты, и люди короля увидели бы нас.

— Думаю, они еще поедут обратно, — сказала Тали. — Они идут слишком легко для дальнего пути. Наверное, идут к тем фермам. Хорошо, что мы не пересеклись там.

— И нам ждать, когда они пройдут? — я тоже хотела говорить спокойно.

— Угу, — она легла так, чтобы видеть берег и дорогу, что была в двухстах шагах.

— А если нет? А если ты ошиблась, и они идут дальше?

— Вряд ли. Скажи… в эту пещеру броллахана, куда мы идем, можно попасть с берега? Жаль, что нет лодки, — она посмотрела на реку, серая вода бурлила в ней.

— Шутишь.

— Но так быстрее. Проблема в том, что нас вынесет к стражам Летнего форта.

Шутка не была смешной.

— Можно идти вдоль берега, — сказала я. — А там каменный холм, нужно забраться по нему и попасть в пещеру Пустого.

— Думаю, я запомнила место, хотя я не видела тут никакого моста, кроме королевского.

— Мост броллахана скрыт за холмом. Это лишь бревно, — хотя «лишь» не подходило к огромному стволу, что закрывал брешь между двумя камнями. — Надеюсь, Пустой сегодня в хорошем настроении.

— А если нет?

— Он любит игры. Те игры, когда кто-то может упасть.

Тали медленно улыбнулась.

— Посмотрим.

— Он друг, Тали.

— Я слышала.

* * *

Силовики вернулись поздно вечером, их не было долго, и я не знал, что они делали на тех одиноких фермах. До этого вечером столб дыма поднимался со стороны ферм. Мы с Тали молчали. Мы не слышали криков, звона оружия, лая собак. Но, может, мы были слишком далеко. Дым почти исчез, когда люди короля поехали мимо, серебро поблескивало на солнце, их кони были высокими и черными. Лица мужчин были скрыты масками Силовиков, темная ткань покрывала нос, рот и подбородок. Там не было Флинта. Я бы узнала его и в маске.

Они пропали из виду, и мы пошли. Мы следовали вдоль восточного берега Раш, прикрываясь, пока могли, но на дороге никого не было, никто не шумело, кроме птиц, летающих высоко над нами, и пары коз на полях. Я не чувствовала доброго народца поблизости. Может, оружие Тали отгоняло их.

Мы добрались до холма Пустого к сумеркам. Тали была на грани. Я попросила ее завернуть оружие, когда холм будет видно, и она безмолвно послушалась. Ее рука двигалась к поясу, но ножа нам уже не было. Холм темнел под небом, которое затянули облака. Будет дождь. Огонь Пустого будет приятным.

— Он выпрыгнет и закричит, — предупредила я Тали. — Не трогай оружие. Он знает, что я — друг. Все будет хорошо, как только он увидит меня.

— Пока он будет тебя узнавать, он оторвет нам головы.

— Я пойду первой, — я забралась на узкую тропу между камней, удерживая равновесие посохом. Свет быстро угасал. Каждый шаг я ждала вопль сверху, ведь я осмелилась ступить на мост, в тот раз Пустой пришел. Я задерживала дыхание, ожидая момента, когда его голос прозвучит с холма.

Мы шли и шли, но ничего не было. Только луна висела над горизонтом, что-то высоко пищало в небе. Мы были возле утеса, где умер Сорель, а Шалфей удерживала Силовиков, чтобы я ушла. Все еще было тихо. Неужели Пустой охранял только вход?

Мы дошли до конца тропы. Проход вел в холм. Ни следа броллахана. Я не видела света логова Пустого, сияния теплого огня.

— Позови его, — прошептала Тали.

Мне не нужно было сил, ведь можно было просто позвать друга.

— Пустой, ты здесь? Это Нерин.

Ничего. Я попыталась снова.

— Пустой! Это Нерин, подруга Шалфей. Ты помог мне прошлой осенью, когда я была в беде. Я здесь с другой женщиной. Мы можем войти?

Тишина. Я посмотрела на Тали, она — на меня. Вскоре будет слишком темно, чтобы двигаться безопасно по этим камням. Больше укрыться было негде.

— Не говори, — сказала она, ставя сумку на землю, чтобы порыться в ней, — что нужно разжечь костер без ножа, зажечь свечу и пойти в логово существа с голыми кулаками, да?

— Используй нож, но заверни, как только свеча будет гореть. Он не может уйти. Он должен охранять мост. Он бы пошел со мной и защищал, если бы не этот долг.

— Правда? — Тали умело обращалась с огнивом и ножом, у нее было немного пороха в сумке, а еще свечка на подставке. — И где он?

— Может, Спит. Или на мосту. Я не знаю.

Она молчала, пока не загорелась свеча, а ее вещи не вернулись в сумку.

— Нерин, это может быть ловушка, — она говорила шепотом. — Здесь может быть кто угодно. Нас двое, оружия под рукой нет, мы идем со светом, и нас увидят люди, это приглашение беды. Если твой друг здесь, то он уже вышел бы.

— Нам нужно войти. Может, ему плохо.