Джулиан Хитч – По тонкому льду (страница 7)

Дориан, почувствовав на себе чей-то взгляд, оборачивается и видит, что за ним идут незнакомцы. Их вид не вызывает доверия. Он понимает, что совершил ошибку, свернув в переулок, поэтому прибавляет шаг, бросая взгляды за плечо. И в один из таких моментов вписывается в чью-то грудь и почти падает на асфальт, но незнакомец крепко хватает за руку, удерживая.

– Какая у нас тут попалась пташка, а, парни, хорош?

Дориан в испуге смотрит на незнакомца, который и выше его, и старше. Он явно уже не раз в своей жизни использовал кулаки, в то время как Дориан предпочитает избегать потасовок. Он съёживается под тяжёлым взглядом мужчины, который удерживает его грязной рукой, скалясь гнилыми зубами. Дориану плевать, на кого он нарвался, хочется просто сбежать. Он делает один рывок в сторону, но сил, чтобы вырваться, не хватает.

– Да не трепыхайся ты так. Отпустим, – но громкий гогот позади не располагает к тому, чтобы поверить в эти слова. Либо же его и правда отпустят, вопрос лишь в том, в каком состоянии. И Дориан даже не знает, что его пугает больше – избиение, что может лишить возможности заниматься баскетболом, или принуждение к тому, что ему совсем не понравится. – Когда наиграемся, – между тем зловеще уточняет мужчина.

Дориан ещё раз рвётся в сторону, но в спину неожиданно упирается что-то острое, мгновенно охлаждая желание сделать что-либо ещё.

– Хороший мальчик, а теперь выворачивай карманы. Что у тебя там в пакетах, а?

По глупости Дориан хватается за пакеты, притягивая их поближе, как будто это спасёт содержимое. И это злит мужчину напротив, слишком злит.

– Пацан, не будь дураком, никакие вещи не стоят твоей жизни.

Но для Дориана это не только жизнь, для него это гордость, которая первый раз в жизни так сильно заиграла в нём. Первый раз в жизни ему кто-то помог, поверил в него так сильно, как и он сам, а Дориан не может постоять за себя, не может защитить. Хочет ли он умереть сейчас? Вряд ли. Думает только о том, что не может сделать это без боя. Толкает напавшего и тот ни секунды не мешкая, ударяет его по лицу – Дориан падает на асфальт. Чувствуя не столько боль, сколько безмерное унижение.

– Вот теперь ты меня точно разозлил. Хватайте его вещи и деньги, чтобы кровью не замазал, – у Дориана легко выхватывают пакеты из рук. К его лицу нагибается самый крупный из мужчин – тот, кто его ударил – берёт за волосы и прикладывает головой об асфальт. Дориану кажется, что он оглох или скоро оглохнет от звона в голове и от боли в районе макушки. В этот момент хочется одного, чтобы всё закончилось быстро, чтобы он не чувствовал унижения и боли, но вряд ли ему позволят это. – Ещё?

– Пожалуйста, прекратите… – шепчет Дориан и закрывает глаза.

– Поздно, малыш, поздно!

Мужчина встаёт и бьёт его ногой в живот. Дориан с хрипом выпускает весь воздух из груди и сжимается в позу эмбриона. Удары сыплются по спине, по рукам. Ему кажется, что это длится долго, на деле же проходит всего пара минут. Дориан открывает глаза и видит, как мужчина ухмыляется, разглядывая его. Начинает расстёгивать ширинку, и Дориан боится даже предположить, что ждёт его дальше.

– Пососёшь или поссать на тебя, ушлёпок?

– Пошёл… ты, – хрипит Дориан, понимая, что так унижаться ни за что не станет, что бы ни последовало дальше. Появляется уверенность, что так он хотя бы не потеряет часть себя.

– Ах ты, мразь!

Мужчина заносит ногу, чтобы ударить по колену со всей силы. Дориан закрывает глаза, понимая, что его спортивная карьера может закончиться, так и не начавшись. Но даже не пытается отклониться, к чему? Судьба словно насмехается над ним, явственно показывая, что он не достоин того, чтобы стать частью чего-то большего.

– Опусти ногу, пока я тебе не отстрелил всё к чёртовой матери, гандон.

Дориан слышит голос, что доносится из-за спины. Суть сказанного доходит не сразу. Но уже через несколько секунд в груди вспыхивает надежда, что говорящий не один из грабителей.

– А ты что за выблядок? – спрашивает мужчина, продолжая держать ногу в замахе.

– По лицу не узнаёшь? Думаю, здесь я всем должен быть знаком, не считаешь? – говорящий выходит из тени.

Дориан, обернувшись, видит молодого мужчину с тёмными волосами. Замечает пистолет, который тот уверенно держит в руке.

Дориан слышит опасливый шёпот вокруг, разбирая лишь отдельные слова, которые кажутся бредом: «…Хант…», «…Чёрная…».

– Узнал? Я что вам, наркоманам, говорил? Чтобы вы на хрен в этом районе не тусовались. Это ваш второй проёбанный шанс на жизнь. Считайте, завтра мои парни выйдут за вами. Так что сейчас съёбывайтесь отсюда, а лучше из города. Иначе будут вас собирать по кусочкам.

Мужчина ставит ногу на асфальт. Кивает своим парням, и они бегут из переулка. Самый главный же ещё секунду смотрит на Дориана и ухмыляется.

– Неужто потянуло на пацанов? – спрашивает у Ханта и сразу ныряет в тень.

– Тебе конец, Магнус. Я сам приду за тобой, – цедит сквозь зубы Хант.

Хант медленно подходит к Дориану и, наклонившись, начинает осматривать. На его лицо падает свет слабого фонаря, и Дориан замечает шрам и точки, какие остаются после снятого пирсинга. Из-под ворота выглядывает край татуировки. Дориан знает, что обязан этому человеку жизнью, но он пугает его – не своим видом, а тяжёлым взглядом.

– Чего глаза вылупил? Где спасибо-то? Подрастающее поколение из тебя дерьмовое, мягко говоря.

Дориан откидывается на асфальт, потому что кружится голова.

– Ты не очень-то похож на рыцаря, – шепчет в ответ.

– Юмор у тебя тоже дерьмовый. Не удивлюсь, если за него тебя отделали. На мне в остроумии можешь не упражняться, – Хант смотрит серьёзно. Видимо, обдумывая, что же ему делать дальше. – Встать сможешь?

– Не уверен, – Дориан снова открывает глаза и видит, как Хант массирует лоб. Словно взвешивая, стоит ему помочь или нет.

– Да в пизду! – Хант подхватывает Дориана под колени и спину и ставит рядом со стеной. Замечает пакеты рядом, подцепляет один из них носком ботинок. – Твоё добро? Решил отстаивать свои пожитки? Это же, блять, тряпки. Отдал бы барахло, так и не тронули бы тебя. Так, припугнули бы только. А теперь мне это дерьмо с ними разгребать из-за тебя. Ладно, похуй. Как тебя звать-то?

– Дориан, – тихо говорит он, откидываясь на кирпичную кладку.

– Дориан? Да повезло, ничего не скажешь. Ладно, раз остался с тобой, могу подкинуть до больницы или до дома.

– А как тебя зовут?

– Не стоит тебе этого знать, но они к тебе теперь точно не сунутся. Давай, погнали, – Хант подхватывает руку Дориана и закидывает себе на плечо. Дориан понимает, что сам бы вряд ли дошёл до дома, голова кружится так, что его даже немного мутит. – Даже, блять, не думай. Только блеванешь, получишь пулю от меня, – хмуро обещает Хант.

– Хорошо, – мямлит с улыбкой Дориан, ощущая себя в безопасности рядом с этим парнем, фамилию или кличку которого с трудом расслышал в словах нападавших.

Они подходят к мотоциклу, и Хант останавливается. Сначала помогает сесть Дориану, потом усаживается сам. Дориан обхватывает его со спины, вцепляясь в кожаную куртку.

– Полегче, парень, а то я подумаю, что ты был бы не против отсосать в переулке.

А Дориан всего лишь боится упасть. Голова так и гудит, как и рёбра. Дориан называет адрес, и они добираются до дома за пять минут. Дориан пытается слезть сам, но чуть не падает, и Хант его подхватывает.

– Осторожно, блять! До дома точно дойдёшь? – он не успевает договорить, как из дома вылетает Вивиан, а следом за ней Лео.

Часть 4

– Ты где, чёрт побери, пропадал? – спрашивает Вивиан, оказавшись рядом с братом.

К моменту появления Дориана Вивиан уже минут пятнадцать носилась по дому и не знала, кому ещё позвонить, кроме Брюса. На все попытки Лео помочь отмахивалась, как будто вовсе его не замечая. Словно он был просто чужим парнем, который проходил мимо и увидел потерянную девушку.

Лео не любит эту черту в Вивиан – неумение принять помощь. Но старается смириться с ней, каждый раз сжимая кулаки с одним желанием: проломить череп тому, кто сделал её такой. Однако отцу Виван наплевать на всё – и на дочь, и на него. Он просто не замечает ничего, кроме алкоголя.

И если раньше Лео уважал Вивиан за такую преданность родной крови, то теперь надеется, что рано или поздно, но она испарится или станет не такой всепоглощающей. И что Вивиан позволит ему стать частью её жизни, а не просто идти по кромке. Но с каждым годом Лео понимает, что его надежде не суждено сбыться. Вивиан всё больше замыкается на семье. Лео видит, что она не расслабляется ни на минуту. Ему отчаянно хочется значить для неё столько же, сколько значат брат и забулдыга-отец. Он даже ловит себя на иррациональной мысли, что готов доставить ей не меньше проблем, чем они, лишь бы Вивиан дарила ему столько же внимания, сколько дарит семье. Лео бесится от того, что ему никак не удаётся привязать её настолько, чтобы однажды она сама пришла к нему в поисках защиты и поддержки. Но похоже, что Вивиан даже и не думает о подобном шаге. Не мечтает об общем будущем, не думает о том, чтобы построить с ним семью и жить, чёрт побери, жить по-настоящему. И самое поганое: она не держит его рядом в качестве спасательного круга или жилетки, в которую можно выплакаться. Нет, она совсем не эгоистична. В глубине души Лео уверен, что Вивиан отпустит его, если он передумает и найдёт девушку получше. Более того, иногда ему кажется, что она ждёт этого момента. И это тоже бесит!