Джулиан Хитч – Эй ты, из триста седьмой! (страница 23)

— Побольше? Что ж, я согласен. Раньше я и правда не научился тому, как справляться с тем, что единственный родной человек прикован к больничной койке. Не научился, как жить в месте, где всё напоминает об этом человеке. А самое главное, как заставить себя ничего не делать и отпустить руки, оставив всё как есть! — Склонившись над бабушкой, Глеб продолжает: — Как тебе такой опыт?

В его голосе звучит неприкрытая боль, и теперь уже Бо-Бо судорожно нащупывает его пальцы. Извиняющимся тоном она произносит:

— Глеб, я не это имела в виду.

Он передёргивает плечами, ничего не отвечая. Отходит к окну, у которого молчаливо стоит Женя.

— Я все тебе объясню, — тихо обещает ей и прижимает к груди, поглаживая волосы на макушке. — Только не убегай.

Женя обнимает его, с силой вцепляясь в куртку на спине. Она верит ему, и только крепче сжимает его, давая понять, что никуда не пропадёт. Может, он и был в чём-то не прав, но Женя чувствует, он привёл её к Бо-Бо не для того, чтобы проучить бабушку или надавить на неё. Ему нужна была её — Женина поддержка, и потому она останется рядом, пока нужна ему.

— Я тебе верю. — Женя поднимает взгляд, смотря прямо ему в глаза.

Кажется, Глеб тянется к ней, но за их спинами кашляет бабушка, возвращая к реальности.

— Зачем ты привел Женю сюда? Посмотреть на немощную старуху?

— Напомнить тебе, какими вы были — ты и бабушка Марго. Пора уже оставить старые обиды, я же видел, как это мучает тебя все эти годы. А сейчас особенно.

— Вы поссорились? — спрашивает Женя, влезая в их разговор.

— А ты никогда обо мне не слышала? Она ничего не рассказывала? — Женя отрицательно качает головой. — Марго в своем репертуаре. — Бо-Бо ухмыляется, поправляя волосы. — Я и не рассчитывала, что она расскажет обо всём, что случилось. Но могла бы хоть упомянуть обо мне на старости лет.

Женя не знает, о чём идёт речь, но ей жаль Бо-Бо. Чувствуется, что её с бабушкой связывает непростое прошлое — то, что оставило шрамы на их сердцах.

— К сожалению, нет. Я о вас не слышала.

— Марго не живёт прошлым, по крайней мере, когда рядом с ней близкие. Ни за что не покажет, что ей больно. Марго… Марго…

Бо-Бо едва заметно улыбается, откидываясь на подушки. Глеб все ещё держит Женю в объятьях.

— Как она?

Бо-Бо сжимает простыню, дожидаясь ответа.

— Вся в работе. Не может оставить сад и грядки. — Женя прикрывает глаза, вспоминая участок, засаженный цветами. — Чайные розы… Они прекрасны, вы бы только видели! — Женя продолжает рассказывать, прикрыв глаза и не замечая реакции Бо-Бо и Глеба. — Иногда из лепестков роз бабушка варила варенье, но никогда не доставала его потом, говоря, что так и не научилась делать его вкусным. Всегда выбрасывала…

Глеб касается её руки, мягко произнося:

— Мне кажется, нам уже пора. На сегодня бабушке хватит событий…

Женя переводит взгляд на Бо-Бо и прикусывает губу, мысленно ругая себя. Бо-Бо выглядт бледной. Не стоило пускаться в подробный рассказ. Пусть не желая, но Женя сделала Бо-Бо больно.

Глеб перехватывает руку Жени и тянет за собой. Они успевают выйти в коридор, когда до них доносится тихий голос Бо-Бо:

— Глеб, вернись, пожалуйста…

— Я сейчас. — Он отпускает Женину руку. — Умоляю, только не уходи.

У неё и в мыслях подобного нет. Женя задумывается, откуда в Глебе эта неуверенность? Почему он так сильно цепляется за неё, боясь отпустить? Всё куда сложнее, чем просто необходимость. Слишком болезненна его реакция.

Жене по-хорошему бы отойти от двери, чтобы не подслушивать то, что не предназначено для её ушей, но после всего случившегося она решает, что имеет право остаться. Стараясь не думать о том, что Глеб знал её раньше, что Бо-Бо сразу заметила её внешнее сходство с бабушкой. И что самое удивительное — они были знакомы, но она никогда не слышала об этом. А ведь бабушка любила рассказывать истории. Может, всё это ошибка, и они никак не связаны? Только в такое уже совсем не верится.

— Глеб, что тебе сказала Марго? Ты же всё рассказал обо мне, да?

— Она не приедет, — отвечает Глеб.

Его голос звучит глухо и горько. Женя представляет, как он берёт бабушку за руку, мягко сжимая. Даёт поддержку, на какую только способен.

— Я так и думала. Всё же хорошо я знаю Марго. Ты сделал всё, что мог, не кори себя. В этой жизни мне с ней не помириться.

— Она передумает, я уверен. Ты ведь уже и сама этого хочешь.

— Конечно, хочу. Я одной ногой в могиле, и хочу закончить все свои дела, а Марго — мой хаос. — Бо-Бо произносит это со злой иронией.

— Во-первых, ты не умрёшь. Во-вторых, она будет здесь, я обещаю. Поверь мне.

— Я хочу поверить, Глеб, но не могу. — Бо-Бо замолкает, переворачиваясь на постели. — Иди к Жене. Она хорошая девушка, я не могу на тебя злиться… Я же всегда любила «Ромео и Джульетту», — Бо-Бо тихо смеётся.

— Поговорим с тобой в другой раз, ты вымотана.

Пару минут ничего не происходит, только внутри палаты слышится тяжелое дыхание, которое постепенно успокаивается, и до Женя наконец доносится звук шагов. Она остаётся на месте — делать вид, что она ничего не слышала, Женя не собирается.

— Хочешь кофе?

Глеб притягивает её к себе, и она ощущает, как её бьёт дрожь. Мелкая и противная. Но в его сильных руках Женя чувствует себя намного лучше.

— Очень хочу, если честно. — Она улыбается, стараясь сдержать подступающие слёзы.

Они спускаются на лифте молча, крепко сжимая ладони друг друга.

— Спасибо, что была со мной. — Глеб целует её в макушку и прижимает к себе.

Они оба кивают дяде Вите, проходя мимо. У машины практически сразу Женя вынимает из кармана кольцо.

— Спасибо. — Глеб надевает его и, поправив на пальце, разворачивает к себе надписью. — Это подарок твоей бабушки.

Женя встаёт на цыпочки, притягивая его к себе за шею. Поцелуй выходит скромным и трогательным. Кончиками пальцев она поглаживает его скулы, видя, как постепенно он расслабляется. Жене хочется сказать ему что-то ободряющее, но как на зло не может найти нужных слов. Но в следующее мгновение все мысли вылетают из головы. Глеб, обхватив её за талию, отрывает её от земли и усаживает на капот. Смотрит на неё пару секунд, а потом склоняется ближе. Его ладони теряются в её волосах, мягко массируя затылок и ещё больше притягивая к себе. На капоте она чуть выше, чем обычно, но Глеб всё равно нависает над ней, целуя в губы.

Его поцелуи совсем не похожи на лёгкие и невинные, как и его объятья. Правой рукой опускается на спину, приподнимая край футболки и касаясь обнажённой поясницы. Женя замирает — эти прикосновения обжигают, и это слишком для неё. Ночью в его комнате она чувствовала себя спокойно, следуя за ним. Но сейчас становится страшно. И в первые секунды этот страх иррационален, но затем приходит понимание, чего именно она боится.

— Перестань! — Женя отклоняется назад, одновременно с силой давя ему на грудь.

Глава 23

Мысль, так внезапно пришедшая в голову, словно жжёт изнутри. Женя хочет продолжения. Очень хочет. Но понимает, что внутри Глеба горит огонь, вызванный не только его чувствами по отношению к ней. Его подстёгивает ситуация с бабушкой, а она — всего лишь способ заглушить то, что мучает его уже не первый день. А Жене хочется другого: чтобы в моменты их близости он думал только о ней.

— Прости, не знаю, о чём я думал. — Глеб отступает на пару шагов, закрывая лицо руками. — Визиты к бабушке всегда даются тяжело.

Женя аккуратно слезает с капота. Коснувшись его руки Глеба, осторожно убирает её от лица.

— Это не оправдание, Женя, я это понимаю, но впервые за всё время болезни бабушки я не чувствую одиночества.

Женя понимает Глеба, но не считает его слова достаточной причиной для того, что могло бы между ними произойти, окажись они в более подходящем месте. Всю жизнь ей тоже хотелось, чтобы рядом был человек, с которым можно было разделять любые тревоги на пополам. Но не убегать вдвоём от реальности, прячась от душевных терзаний за поцелуями или постелью.

— Я понимаю, почему ты это делаешь, но это не значит, что одобряю. — Женя отпускает его руку. И, мягко улыбнувшись, добавляет: — Ты мне обещал кофе, помнишь? Пойдём, нам есть, о чём поговорить.

Глеб привлекает её к себе, обнимая за плечи.

— Но тебе ведь понравилось.

Горячее дыхание Глеба обжигает Женино лицо, а от его улыбки она краснеет. Ему хватает секунды, чтобы вновь выбить почву из-под её ног. Как и обычно. Но и она постепенно отращивает «зубки».

— Тебе больше. — Женя улыбается, опуская взгляд на его ширинку, и Глеб ухмыляется.

Женя рада этой шутливой перепалке. Они оба знают, что он всё ещё не в порядке, но так становится немного легче.

Стоит оказаться в машине, как снова становится жарко. Оба ещё не остыли после поцелуев и прикосновений — хватит одной искры, чтобы вспыхнуть заново. Женя вдыхает полной грудью, стараясь успокоиться.

— Сводишь меня с ума, — хрипло произносит Глеб, повернувшись к ней. — Не знаю, что с собой делать.

Женя отворачивается первой. Глядя в окно, кожей ощущает взгляд Глеба — полный желания. И ей хочется обернуться к нему, но ощущение того, что сначала стоит разобраться с прошлым, с каждой минутой становится только сильнее. Стараясь отвлечься, она переводит взгляд на кулон, болтающийся под зеркалом заднего вида. Женя точно его где-то видела раньше. Но где? На солнце кулон бликует — Женя щурится, и это помогает вспомнить, отправляя её к событиям семилетней давности.