Джули Кэплин – Маленькое кафе в Копенгагене (страница 25)
Не удержавшись, я прыснула, и Бен высоко поднял брови.
– Я не шучу.
– Прости, я не должна была смеяться. Я не знаю твою сестру, но, – я развела руками, – все это кажется немного несправедливым.
– Ты хочешь сказать, что я не кажусь тебе бесчувственным чурбаном, который заботится только о себе и своей коллекции футбольных призов.
– Ну… – Я сделала вид, что всерьез задумалась над его словами. – Призы, коллекции? Вообще-то, да. Все признаки бесчувственного чурбана налицо. – Тут я усмехнулась и добавила: – В таком случае ты виновен еще и в том, что заранее подсуетился и был отправлен в Копенгаген за казенный счет. Просто красавчик!
Он рассмеялся.
– Эми, моя сестра, именно так и думает. Она правда считает, что я это нарочно подстроил ей назло.
– Да еще и призы завоевал, не забывай. – С шутливым укором я ткнула в него пальцем.
Он снова засмеялся.
– Если что, я не ради хвастовства.
– Я так и не думала. Ох, если бы мои братцы получили приз хоть за что-нибудь, я бы ликовала. Но нет. Зато у нас в саду торчит
– Что-что? – Бен глядел на меня, как будто я окончательно выжила из ума.
– Я серьезно. Мой брат Брендон обожает фантастику и любит строить модели и макеты. Вот гляди.
Я показала ему любимое детище Брендона, его интернет-сайт с фотографиями предыдущих проектов.
– Вот черт, это… – Бен увеличил изображение на экране, – что-то сумасшедшее.
– Ага, люди часто ему так говорят.
– Нет, серьезно, детализация поражает. Он профессиональный разработчик моделей?
– А такое бывает? Нет, он работает на автомобильной свалке, какие-то машины восстанавливает, а некоторые детали, которые они продать не могут, приносит домой. Недавно он сделал этот сайт, и у него появилось множество поклонников, таких же психов, как он, – но в хорошем смысле. Все повернуты на своем деле и очень друг друга поддерживают.
– А ядерный реактор правда работает? – Мне показалось или лицо Бена оживил неподдельный интерес? Он не отрываясь разглядывал внутренности модели ТАРДИС, выполненной не то чтобы совсем в натуральную величину, но довольно близко к этому.
А вдруг наш лис и сам один из этих?
– Да, он вообще слегка помешан на «Докторе Кто», а также на «Звездных войнах», «Звездных вратах» и «Звездном пути». – Я смущенно хохотнула. – Он вообще-то довольно умный парень, и консоль ТАРДИС действительно работает, то есть там проработана механика: ходит вверх-вниз, издает какой-то странный и противный звук. Но ее, конечно, нельзя использовать так, как это делала семья Синклеров – то есть кататься в летние каникулы на Галлифрей[22] и обратно.
– Я другое имел в виду: он сам делает всю гидравлику и электричество?
– Да, во всем этом Брендон гений, зато во всем остальном полный тюфяк, – вздохнула я. – Во многих отношениях он очень умен, но не смог бы сдать экзамены на аттестат даже ради спасения собственной жизни.
– В семье вас двое?
– Нет, есть еще и старший брат, Джон. Он не такой талант, но считает себя большим умником. Впрочем… болтун он и правда талантливый, а вот как дело доходит до работы – энергии и трудолюбия у него примерно как у бастующего ленивца. Его энергия и энтузиазм улетучились сразу же после окончания школы. Сейчас он работает в универмаге «Дебенхэмс» и уверен, что делает им одолжение.
– Стало быть, ты в семье самая целеустремленная. Отличница и трудяга.
– Благодарю. Другими словами – карьеристка и упертая баба?
– Я совсем не это имел в виду.
– Наша мама так хотела, чтобы мы добились успеха. И мне, как старшей, доставалась львиная доля разговоров об этом. – Я помолчала, прежде чем буднично продолжить: – А потом она умерла. Не знаю, зачем я об этом заговорила. А ты настоящий журналист, я вижу. У тебя хорошо получается развязывать языки.
Выражение лица Бена смягчилось, он наклонил голову и сочувственно поглядел на меня.
– А я бы сказал, что это ты отлично справляешься со своим делом: выслушиваешь людей, общаешься.
По какой-то странной причине я почувствовала, что краснею, так что пришлось отвернуться.
Хорошо, что в это время появилась Ева с белой как мел Аврил, умудряющейся, несмотря ни на что, казаться утонченной и гламурной. Волосы у нее были мокрыми там, где с них, видимо, смывали кровь. Зато на одежде не было ни пятнышка. Только я одна выглядела так, будто побывала в схватке.
Я вскочила.
– Как ты себя чувствуешь?
Аврил слабо улыбнулась.
– Как побитая. – Она потрогала висок. – Настоящая боевая рана. Пять швов.
У нее блеснули глаза, и на миг она снова стала хорошо мне знакомой взбалмошной принцессой. – А врач, кстати, очень сексапильный.
– Аврил! – Мне стало смешно.
– Но это же правда. – Мы обменялись заговорщической улыбкой (чуть ли не в первый раз за все время). – Натуральный викинг, блондин, и руки такие нежные. Заставил меня чувствовать себя женщиной.
Ну а после этого она расплакалась.
Глава 15
Маленькая и беззащитная, Аврил свернулась в кожаном кресле в «Варме», сжимая в руках кружку кофе. Всю дорогу она проплакала, и эти слезы, кажется, испугали ее саму не меньше, чем удивили меня. Почему-то мне казалось, что такие суперпринцессы, как Аврил, не умеют лить слезы, как обыкновенные девушки, отдаваясь плачу всей душой, судорожно всхлипывая и сморкаясь.
Бен поскорее ретировался – отправился в отель рассказать новости остальным, а нас, девушек, Ева подхватила и повела к себе. Оказывается, мы были от ее кафе в двух шагах, и я немного испугалась, когда она его открыла (вот сейчас набегут посетители). Но Ева, надо отдать ей должное, сразу, как только мы вошли, заперла дверь изнутри, после чего принялась хлопотать вокруг нас.
– П-п-простите, мне так с-стыдно, – хрипло заговорила Аврил. Сейчас, утратив обычную самоуверенность, она стала похожа на растерянную девочку-подростка.
– Ничего страшного. – Ева потрепала ее по руке. – Вам необходимо было поплакать.
– Я… я никогда н-не плачу. – Не успев договорить, она снова разрыдалась.
Мы с Евой обменялись беспокойными взглядами, она подсела к Аврил и крепко обняла ее. Я сидела чуть поодаль, глядя на них и чувствуя неловкость оттого, что невольно стала свидетелем ее слабости.
Когда мало-помалу слезы иссякли, все лицо Аврил было в разводах от туши.
– Воображаю, как я сейчас выгляжу. – Тут Ева подхватила со стола салфетки и передала Аврил, которая неожиданно резкими движениями, почти со злостью, стала промокать глаза. – Что я за урод.
– Аврил, ты просто не можешь быть уродом, – мягко возразила я, не обращая внимания на пятна у нее на щеках. При ее нежной коже и тонком, с высокими скулами абрисе лица девушка и сейчас выглядела красавицей, пусть и слегка растрепанной. Напади на меня такой приступ плача, я бы сейчас щеголяла с заплывшими свиными глазками и опухшим носом.
– Я имела в виду внутренне.
– Вы в чужой стране, далеко от дома. Да еще после такого удара и шока. Не удивительно, что вы растерянны. – Ева протянула ей новую салфетку.
– Дело не в том. Это не случайность. Я вообще ходячее недоразумение.
– Это не так, я уверена. Вы переволновались, как и все мы.
Но в ответ на ободряющие слова Евы Аврил возмущенно запротестовала:
– Нет, это так, вы не понимаете. Вот и брак у меня трещит по швам.
Словно стыдясь этого признания, она опустила голову и прижала к груди сумочку, как щит. – Кристоферу, мужу, я больше неинтересна. Я ему надоела – я точно знаю! – Она раздраженно повысила голос, будто ждала, что Ева осмелится ей противоречить. – Он меня избегает. Я же знаю, ему противно быть со мной рядом. – И, плаксиво сморщившись, она принялась комкать зажатую в руке салфетку.
Ева выслушала ее, плотно сжав губы.
– Все же вы знаете или вам кажется?
Аврил немного растерянно пожала плечами – похоже, она не привыкла, чтобы кто-то оспаривал ее мнение.
– Он во мне разочаровался.
– С чего бы это? Ты красивая, успешная, – выпалила я и тут же забеспокоилась: а вдруг она сочтет такую характеристику поверхностной и обидится, что мне больше нечего о ней сказать. Я зря волновалась.
Надменно вздернув бровь, Аврил посмотрела прямо на меня:
– А еще капризная и с большими претензиями. – Смутившись, я открыла рот, пытаясь найти доводы, опровергающие это. – Да-да, ты, правда, этого не сказала, но большинство людей считают меня именно такой. И они правы, я такая и есть.