Джули Кэплин – Маленький чайный магазинчик в Токио (страница 12)
Фиона поморщилась, боль была такой же острой, как и всегда. Сэцуко вздрогнула.
– Случилось что-то плохое…
– Эви рассказала всем в школе о том, что я сделала и что Гейб меня отверг… Это было ужасно… Все надо мной смеялись… Пара учителей отнеслись к этому крайне неодобрительно. И в течение нескольких недель я старалась никому не показываться на глаза, надеясь, что все пройдет, но потом, в конце семестра, на ежегодном шоу талантов, Эви с парой других девушек исполнила ту самую песню «Аббы». На этот раз все в школе узнали.
– Ужасно… – Сэцуко положила прохладную ладонь на ее руку.
– Мои надежды на то, что все уляжется, не сбылись, девочки сделали только хуже. Я не могла ходить в школу. Меня тошнило каждый день. В конце концов я рассказала обо всем, что произошло, маме, и… она прямо помогла на славу!
Вот только на самом деле наоборот. Мама превратила все в мелодраму. Подняла шум и сказала, что ее дочь не вернется в эту школу. Она останется дома. И это было худшее, что Фиона могла сделать. Самоизолировалась.
– Я не вернулась к учебе. Не стала сдавать экзамены. Не пыталась поступить в университет. Начала проводить много времени в интернете и вести блог. И… что ж, тоже неплохо, – она пожала плечами; на развитие блога ушло много времени. – А потом, пару лет назад, мои посты начали набирать лайки, и я начала куда-то ходить и знакомиться с людьми в реальной жизни, а не только онлайн. У меня появилось несколько друзей, которые меня вдохновляют и подталкивают что-то делать. Кстати, моя подруга Аврил как раз предложила мне принять участие в конкурсе. И вот я и приехала сюда…
Губы Сэцуко сложились в красивую маленькую букву «о».
– И вы понятия не имели, что встретите Гейба-сана.
– Нет, – сказала Фиона. – Хотя он меня не узнал.
– А вы ему расскажете?
– Боже, нет! Это было бы так неловко.
– Возможно, он был бы польщен.
– Посмотрите на меня. Он общается с такими людьми, как Юми.
– Но внутри она не очень красива, – сказала Сэцуко с неожиданной суровостью. – А у тебя есть то, что мы называем
– А что это? – Фиона наклонилась, желая узнать больше о японской культуре.
– Сибуй – это простота, скромность, естественность, повседневность… Вы – это вы. Не пытаетесь быть кем-то другим, кем не являетесь. Возможно, с одной стороны, вас нельзя назвать яркой, но с другой… – она улыбнулась. – Сегодня, когда вы разговаривали, я заметила огонек в ваших глазах, особенно когда вы говорили о Гейбе. Ваша внешность ненавязчива, но волосы обладают утонченной красотой. И вы очень хорошо воспитаны. Это и есть сибуй.
Фиона улыбнулась.
– Что ж, я рада. Моей маме было бы приятно услышать, что я хорошо воспитана.
– Вот почему вы сразу понравились моей матери. Вы вежливы. Вы слушаете и проявляете уважение. Выражаете заинтересованность.
– А как же иначе? Ваша страна зачаровывает. А это… – она махнула рукой, указывая на чайную, – это такой контраст с Токио, который я видела вчера.
Сэцуко улыбнулась.
– И есть на что еще посмотреть…
Фиона почувствовала, как ее сердце внезапно расцвело, словно цветок, распускающийся из бутона.
– Есть. – Она расплылась в улыбке, глядя на свою собеседницу, понимая, что хочет знать больше: больше о городе, культуре, искусстве… Боже, так много всего!
– Спасибо, Сэцуко! Этим утром вы открыли мне глаза…
Глава 5
Оставив Сэцуко в чайном магазине, Фиона вернулась в дом, где рядом с ней засуетилась Харука, которая изысканно сервировала завтрак: крошечные квадратные тарелочки со свежими и маринованными овощами, а также маленькие мисочки с дымящимся мисо-супом и приготовленным на пару рисом.
Мгновение Фиона рассматривала, как идеально все было расставлено на столе, с вниманием к деталям, поражаясь труду, затраченному на приготовление завтрака. Это вам не «быстро перехватить миску хлопьев утром, стоя у раковины». Глядя на все эти маленькие чашечки и блюдца на красно-черном с золотом лакированном подносе, она почувствовала себя практически в ресторане – Харука явно приложила огромные усилия.
– Спасибо! – сказала она хозяйке, закусив губу, раздумывая, с чего бы начать. Харука, как неизменно щедрая и добрая хозяйка, тут же шагнула вперед и, похлопав свою гостью по плечу, села напротив.
– Это мисо-суп. Очень хорошо с него начинать день. От него приятно внутри. Согревает тело. Вот это – маринованный имбирь, а вот – салат.
– Так вкусно пахнет, – нерешительно сказала Фиона.
Суп на завтрак? Это что-то новенькое… Но всем известно, что среди японцев очень много долгожителей, и все женщины, которых видела Фиона, были исключительно подтянутыми. Здешний рацион славился сбалансированностью питательных веществ… Кто она такая, чтобы спорить? Подражая хозяйке, она взяла миску и осторожно отхлебнула горячий суп. Тем временем Харука наблюдала за ней, подобно матери, предвкушающей увидеть первые шаги своего ребенка.
– Ммм… – сказала Фиона, удивленная чистым, ярким вкусом. – Просто восхитительно!
Она сделала еще один жадный глоток ароматного супа, подумывая, что вполне могла бы привыкнуть к такой еде. Затем она взяла палочки и попыталась с их помощью зачерпнуть из миски рис, но уронила половину на стол, и Харука цокнула языком.
– Извините, – сказала Фиона.
– Вот так. – Харука еще раз показала Фионе, как правильно держать деревянные палочки: положила ее пальцы на них и пододвинула миску к ее рукам и ко рту. Это напомнило ей о том, как Гейб вчера касался ее руки, от чего у нее все внутри затрепетало.
– Ага, так гораздо проще, – сказала Фиона, стараясь не думать о Гейбе и набирая полный рот холодного клейкого риса. Хоть он и отличался от того, что они готовили дома, но у него была свежесть и ореховый привкус. Сочетание риса, супа и маринованного имбиря было легким, острым и чистым, и, хотя этот вкус был совершенно незнакомым, Фиона наслаждалась каждым кусочком. Сейчас она, как никогда, была открыта всему новому, возможно, благодаря утреннему чаепитию с Сэцуко.
В конце трапезы Харука принесла аппетитное блюдо с красиво разложенными фруктами: ломтики сочного мандарина, так тщательно очищенные от кожуры, что не осталось ни единого белого пятнышка, нарезанные сердечки ярко-красной клубники, которые выглядели слишком красиво, чтобы их можно было есть, и прозрачные тонкие ломтики дыни с медовой росой.
– Это слишком прекрасно, чтобы даже трогать, не то чтобы есть.
– Нет-нет! Ешьте! Все свежее, только сегодня с рынка!
Харука расплылась в улыбке, глядя, как гостья, вздохнув, стала наслаждаться сладостью клубники и ароматом мандаринов.
– Спасибо за такой прекрасный завтрак! Обычно я ем только тосты и хлопья. Ни то ни другое, по-моему, не особо полезно.
– В нашем рационе очень мало хлеба, – объяснила Харука. – А на Западе его едят слишком много. Это вредно для… – Она похлопала себя по животу.
– Да, вы правы. А ваш завтрак такой легкий! – Она совершенно не чувствовала, что переела, и не испытывала других неприятных ощущений.
Харука убирала посуду, настояв на том, что ей не нужна помощь, хотя Фиона предлагала. Она посмотрела на часы. Меньше чем через час за ней должен заехать Гейб. И она уже готова: через плечо перекинута сумка с камерой и блокнотом. Ей хотелось сделать в блоге что-то вроде путеводителя для туристов по Токио, и для этого она планировала записать названия станций (которые она все никак не запомнит!) и маршруты до главных достопримечательностей. Сегодня Гейб должен отвести ее в «Небесное дерево», самое высокое здание в Японии и (как накануне вечером с гордостью сказала ей Маю) самую высокую башню в мире. Фиона улыбнулась. «Все так относительно», – подумала она.
– Не возражаете, если я сделаю несколько снимков дома? – спросила она Харуку. – Я бы хотела разместить их в своем блоге и написать о том, каково это – жить в японском доме; он совершенно не похож на наш. Особенно туалет.
У нее не хватило смелости спросить хозяйку обо всех кнопках и символах на унитазе. Все казалось таким высокотехнологичным и сложным… Еще ее очаровало одно изящное решение: раковина была расположения над бачком унитаза, поэтому вода после мытья рук использовалась для слива. Просто гениально!
Только она встала, ее телефон пискнул.
Неожиданно на меня свалилось много работы, и, боюсь, сегодня я целый день буду занят в студии. Придется отложить нашу поездку. Заехать за тобой в то же время завтра?
Фиона бросила телефон на стол.
– Даже не верится! – сказала она, искренне застонав от обиды. – Гейб отменил сегодняшнюю поездку…
Харука нахмурилась.
– Это очень невежливо! Он приболел?
– Нет, написал, что ему нужно работать.
Ее рот сложился в тонкую линию, Харука выглядела крайне сердитой – настолько сердитой, насколько это было возможно с ее прекрасным безмятежным лицом.
– Вы могли бы пойти с ним на работу. Как раз была бы стажировка! Мне очень жаль…
– Все в порядке. – Фиона поморщилась. Хотя, конечно, какой уж тут порядок. Ей не терпелось начать сегодня и сделать хоть пару снимков для своей выставки.
– Нет, ничего не в порядке! – сказала Харука, быстро моргая, ее руки заерзали на столе.
Фиона коснулась взволнованной женщины и тихо произнесла:
– Вы же ни в чем не виноваты.
– Ты гость в нашей стране. Это в высшей степени невежливо и очень не похоже на Габриэля. Я в нем разочарована.