Джули Кагава – Исцеление вечности (страница 10)

– Что такое? – раздался за моей спиной самодовольный голос Шакала. – Испугалась? Хочешь, чтобы твой вампирский старший братик пошел первым?

– Заткнись.

Нахмурившись, я вытащила из ножен меч – в темноту унесся тихий металлический скрежет. Если там, внизу, на меня кто-то кинется, я хочу быть готова. Перехватив рукоятку так, что лезвие катаны прижалось к моей руке, я встала на четвереньки, как бешеный, и скользнула в дыру.

Мои пальцы коснулись камня и холодного металла, а распрямившись, я поняла, что нахожусь на верху лестницы, ведущей вниз, в неизвестность. Засыпанные землей и камнями ступеньки были металлическими, неровными и какими-то разболтанными, словно их не до конца закрепили. При желании почти можно было представить, что когда-то они двигались.

Шакал за моей спиной скользнул в дыру ногами вперед и, крякнув, приземлился на ступеньки.

– Нормально, – пробормотал он, вставая.

В отличие от меня, ему пришлось чуть пригнуться, чтобы не задеть головой потолок. Иногда быть коротышкой полезно. Расправив карту, Шакал уставился на нее в темноте.

– Так, получается, что нам надо идти по красной линии на север, и тогда мы доберемся до логова, которое будет где-то тут… – Он задумчиво ткнул в бумагу пальцем.

– А где конкретно?

– Этого здесь не сказано.

– Значит, мы пойдем вслепую. И будем искать лабораторию, которой, возможно, и нет. Посреди логова бешеных, которые с радостью нас растерзают, если мы не сможем вовремя выбраться.

– Ужасно увлекательно, правда? – Усмехнувшись, Шакал вновь сложил карту. – В такие моменты особенно ценишь бессмертие. Ты не рада, сестра? Не чувствуешь биение жизни?

– Как-нибудь обойдусь без этого. – Я убрала меч в ножны и зашагала по ступенькам вниз. – Меня вполне устроит просто найти лабораторию и вернуться целой.

Лестница привела нас в огромный сводчатый вестибюль. По обе стороны платформы шли знакомого вида рельсы – когда-то по ним сновали от станции к станции металлические вагоны, но сейчас тут было пусто. Потолок был странный – сплошь из бетонных квадратов, некоторые упали и раскололись.

Шакал подошел к краю платформы, спрыгнул на рельсы и заглянул в туннель.

– Бешеных не видно, – пробормотал он. – По крайней мере, пока. – Он обернулся ко мне: – Ты идешь?

Я приземлилась на рельсы рядом с ним и усмехнулась, желая отплатить за недавнюю подколку:

– Что такое, Шакал? Мне тебя надо за ручку держать каждый раз, когда мы идем в темноту?

К моему удивлению, он хохотнул – смех эхом отдался от высокого потолка.

– Вот за это я тебя и люблю, сестра. Мы с тобой как две капли воды.

«Я ни в чем на тебя не похожа», – подумала я, но слова Шакала еще долго не давали мне покоя.

– Ух, этот туннель вообще когда-нибудь кончится?

Я поморщилась – раздавшийся в тяжкой тишине громкий голос Шакала звуковой волной пронесся по бесконечному туннелю.

– Нельзя ли потише? – рыкнула я, прислушиваясь, не раздастся ли поблизости шарканье ног и скрежет когтей потревоженных бешеных. Нескольких тварей мы уже встретили, и у меня не было никакого желания снова прорубаться сквозь толпу врагов. Темный подземный туннель насквозь пропах ими, мерзкая вонь въелась в стены. Кроме бешеных, здесь не было никого, даже крыс. Иногда мы натыкались на мертвых тварей, разорванных на куски своими же собратьями. Один раз то, что мы приняли за мертвое тело, вскочило и с воплем кинулось на нас, размахивая единственной уцелевшей рукой. Шакалу такие столкновения, похоже, приносили удовольствие – он доставал из-под полы плаща стальной пожарный топор и, не переставая злобно усмехаться, с дикой силой обрушивал его на врагов, круша черепа и дробя кости. Меня все это радовало куда меньше. Я не хотела бродить по смертельному подземному лабиринту с вампиром, к которому не питала никаких теплых чувств и никакого доверия. Глядя, как он бросается на бешеных и с демонической ухмылкой рубит их на куски, я всякий раз невольно думала о себе. О том, что я старалась прятать в самой глубине души, о звере, пробуждавшем во мне первобытную животную ярость и жажду крови. О той причине, по которой вампиры представляют опасность для любого встреченного ими человека.

О том, почему я не могла остаться с Зиком.

Усмехнувшись мне, мой брат вскинул окровавленный топор на плечо.

– Ой, сестра. Только не говори, что испугалась парочки бешеных.

– Парочка бешеных – это одно. А огромная толпа в узком туннеле – совсем другое. И до рассвета осталась всего пара часов. – Я в отчаянии окинула взглядом осыпающуюся бетонную трубу. Вашингтонский метрополитен представлял собой бескрайний лабиринт тянущихся, изгибающихся и убегающих в темноту проходов и коридоров. Ночь была на исходе, а туннели все не кончались. Мы даже наткнулись на что-то вроде подземного торгового центра – в полуразрушенных магазинах на почти пустых полках гнили странные товары. Когда-то канализация под Нью-Ковингтоном казалась мне запутанной – в сравнении с вашингтонским метрополитеном это было ничто.

– Где эта чертова лаборатория? – пробормотала я. – Такое ощущение, что мы всю ночь ходим кругами.

Шакал хотел что-то ответить, но вдруг насторожился и слегка нахмурился.

– Ты слышала? – спросил он меня.

– Нет. Что там?

Приложив палец к губам, Шакал тихо двинулся вперед. Бетонная труба, по которой мы шли, сузилась, и тут я действительно кое-что услышала. Волосы на затылке встали дыбом. Тихий рык и шипение – и мои подозрения тут же подтвердила ползущая по трубе гнилая вонь.

С оружием наготове в мертвом молчании мы медленно пошли дальше. Впереди труба резко обрывалась и переходила в узкий ржавый мостик, который вел в пустоту. Крепче стиснув рукоять меча, я вслед за Шакалом подошла к краю и заглянула в темноту.

– Черт… – В еле слышном голосе Шакала сквозило изумление.

Мы оказались в большом круглом помещении, стены которого уходили на добрых пятнадцать футов вверх. Узкий металлический мостик тянулся к туннелю на противоположной стене – до него было по меньшей мере двести футов. Перила совершенно сгнили, металлическая сетка, по которой надо было идти, местами прохудилась, но не это тревожило меня сильнее всего.

В двадцати футах под нами бетонный пол напоминал шевелящийся ковер из бледных тел и кривых клыков. Бешеных – рычащих, шипящих, снующих туда-сюда – здесь было как муравьев в муравейнике. Сотни, возможно, тысячи – они приходили из туннелей и труб внизу. Оттуда несло кровью, гнилью, разложением и злом – зашипев, я отшатнулась.

– Ну что ж, – тихо пробормотал Шакал, с легким любопытством наблюдая за кишением бешеных. – Думаю, можно с уверенностью сказать: логово мы нашли. – Он на пробу потряс мостик. Тот заскрипел, хлопья ржавчины и металлические чешуйки посыпались на тварей. К счастью, они ничего не заметили. – Хлипковат, верно? Будет интересно.

– Ты шутишь.

– У тебя есть другие предложения? – Шакал скрестил руки на груди и игриво усмехнулся мне. – Мне казалось, ты хочешь найти лабораторию.

Я усмехнулась в ответ:

– Ладно. Тогда иди первым.

Шакал пожал плечами. Ступив на узкий мостик, он сделал пару осторожных шагов, проверяя конструкцию на прочность. Мостик заскрипел, но выдержал, и Шакал ухмыльнулся:

– Высоты боишься, сестра? Мне тебя понести?

– Давай ты прибережешь свои остроумные комментарии до тех пор, пока мы не окажемся на той стороне.

Шакал закатил глаза, повернулся и двинулся вперед с нечеловеческой грацией. Но мостик все равно жутко скрипел и стонал под его тяжестью. Конструкция тряслась и раскачивалась, и я прикусила губу, не сомневаясь, что еще мгновение – и мостик обрушится, а Шакал полетит вниз, навстречу гибели.

Бешеные внизу заметили вампира и уставились на него голодными глазами, воздух наполнился воплями и рычанием. Некоторые попытались допрыгнуть до Шакала, вытянув вверх когтистые руки, и, хотя у них ничего не вышло, кое-кто из тварей, к моему ужасу, почти достал до мостика. Через несколько долгих напряженных мгновений Шакал наконец достиг другой стороны. Крики и шипение бешеных, эхом отдающиеся от стен, сделались невыносимыми. Шакал развернулся, ухмыльнулся и жестом пригласил меня последовать его примеру.

О черт. С усилием сглотнув, я ступила на металлическую сетку и поглядела вниз. Бешеные тут же увидели меня и принялись, размахивая руками, прыгать у моего конца мостика. Стараясь не обращать на них внимания, я пошла по ветхой решетке, чувствуя, как она дрожит и трясется под ногами. Другой конец, казалось, был невозможно далеко.

Потихоньку, Элли.

Смотря прямо перед собой, я двигалась по мостику, ступая как можно осторожнее. Перил, чтобы ухватиться, не было, держать равновесие приходилось своими силами. Аккуратно перешагивая через прорехи, мало-помалу я добралась до середины – мостик раскачивался и стонал. Внизу, устремив на меня свои мертвые белые глаза и скрежеща зубами, толкались бешеные.

Я уже почти добралась до конца, стараясь идти быстрее, но не терять осторожности, когда одна из тварей подпрыгнула и врезалась в сетку – от раздавшегося скрежета у меня все внутри похолодело. Мостик качнулся, едва не сбросив меня, потом издал оглушительный стон и выгнулся, точно бумажная полоска.

Меня охватил ужас. Я бросилась к туннелю – и тут мостик переломился и обрушился на бешеных. Я уцепилась за стену в нескольких дюймах от входа в туннель, отчаянно пытаясь удержаться, но лишь тщетно скребла пальцами – стена была гладкой, и я начала сползать вниз, навстречу своей погибели.