Джули Кагава – Бесконечная песнь (страница 4)

Шакал был прав – уже ничего не поделаешь. Девушка ничего не значила – еще одна смерть в вечном, бесконечном списке. Кэнин уже снова шел по дороге, и мы поспешили за ним, оставив позади фургон, убитых пассажиров и еще одну частицу моей человечности.

Глава 2

Три ночи спустя мы нашли лежащее на дороге тело.

Или, точнее, разбросанное по дороге. От несчастного существа, распластавшегося в темном пятне на снегу, не осталось почти ничего, кроме обглоданных переломанных костей. Похоже, его в буквальном смысле разодрали на части и оставили разлагаться на асфальте. Мы наткнулись на еще один мертвый город – дорога шла меж рядов заросших растениями гниющих зданий с провалившимися крышами и разбитыми окнами. На углу стояла старая детская площадка: на качелях лежал сугроб, погнутая и перекрученная ржавая горка валялась на земле. Здесь было пусто, как и везде вокруг.

– Саррен? – спросила я, разглядывая обломки скелета со смесью недовольства и апатии. Это был не человек, так что еда не пропала даром, жалеть было не о чем. Но Голод все равно бесился из-за обильно пролитой крови, требуя насыщения. Теперь даже последствия насилия доводили моего внутреннего демона до безумия. Хоть бы он заткнулся.

Кэнин покачал головой.

– Нет, – прошептал он. – Саррен не стал бы утруждать себя убийством животного. Разве только чтобы оставить сообщение. К тому же останки слишком свежие. Это случилось сегодня.

– Бешеные, – догадалась я, и Кэнин мрачно кивнул. – Мы можем избежать встречи с ними?

– Можно попытаться, – ответил он, и Шакал фыркнул. – Но отклоняться от этого пути мы не можем. Мы должны добраться до Эдема как можно скорее – если не раньше Саррена, то хотя бы вовремя, чтобы помешать ему применить свой вирус. – Взгляд Кэнина обратился к горизонту. – Боюсь, что, возможно, мы уже опоздали.

Я почувствовала легкое беспокойство. В Эдеме жили те, кого я знала. Те, ради кого я рискнула всем – лишь бы доставить их в этот свободный от вампиров заповедник. Калеб, Бетани, Сайлас и Тереза. Что, если Саррен добрался до них раньше меня и выпустил свой ужасный вирус? Что, если, дойдя наконец до Эдема, я увижу, что все, кого я знала, мертвы? Или еще хуже – заражены, истекают кровью и разрывают себя на куски? Я вспомнила жизнерадостного Калеба, тихую крошку Бетани и добрую, терпеливую Терезу. Они ни о чем не подозревают. Они думают, что в Эдеме они в безопасности, а меж тем прямо к ним направляется маньяк с чудовищной болезнью.

Я вздрогнула, и тьма поднялась из глубины моей души, защищая меня. Если Саррен добрался до Эдема раньше нас, эти люди погибли. Я уже ничего не могу для них сделать, и их защита больше не моя забота. Они не имеют значения. Мне нужно лишь найти моего врага и порвать его в клочки.

Я ощутила на себе тяжелый взгляд Кэнина, мрачный, испытующий. Он как будто знал, о чем я думаю, – он всегда знал. Я посмотрела ему в глаза – на Кэнина без малейшего сожаления глянуло чудовище. Не так давно от такого взгляда я бы съежилась, ощетинилась, постаралась стать лучше. Теперь у меня не было никакого желания беспокоиться даже о том, что обо мне думает Кэнин.

Впрочем, он ничего не сказал. Лишь развернулся и тяжелой поступью двинулся на северо-восток. И мы продолжили наш путь.

Снова пошел снег – крупные белые хлопья неторопливо падали с черного неба, оседая на моей голове и на плечах. Дорога все шла между рассыпающихся строений, выпотрошенных магазинов и заправок и ржавых остовов старых машин. Деревья-скелеты пробивались сквозь тротуары и крыши домов, их ветки были голыми и холодными, их корни дробили камень, доски и бетон – природа медленно поглощала город. Возможно, еще через шестьдесят лет он исчезнет совсем. Возможно, еще через шестьдесят лет нигде не останется даже следов человеческой цивилизации.

Мы пробрались сквозь лабиринт из древних, запорошенных снегом автомобилей – некоторые из них врезались друг в друга – и вышли на перекресток.

Кэнин остановился посреди дороги и внезапно выхватил свой кинжал. Тонкое смертоносное лезвие сверкнуло в темноте, и вампир застыл. Мы с Шакалом тоже замерли на месте.

– Они идут, – тихо сказал Кэнин.

Мы без промедления вытащили свое оружие и встали рядом с ним. Бывший король мародеров достал из складок плаща стальной пожарный топор с потемневшим от крови лезвием и плавно крутанул им в воздухе. Я вытянула из ножен свою катану, подняла изогнутое, острое, как бритва, лезвие перед собой и прислушалась.

Шаги. Звук множества шаркающих по снегу шагов. Со всех сторон перекрестка. Сквозь море машин я видела движение, замечала бледные иссохшие фигуры, снующие между автомобилями. Воздух наполнился воем и сиплым шипением, скрежет когтей по металлу эхом отдавался в ночи, а ветер принес отвратительную мертвую вонь.

– Как раз вовремя, – проворчал Шакал, взмахивая топором, обнажая клыки в яростной усмешке. Его голос разнесся в темноте странным эхом, и вой вокруг стал громче. – Идите сюда, поганцы. Я как никогда готов оторвать кому-нибудь голову.

Словно в ответ на его слова тварь вскочила на крышу машины рядом с ним. Она смутно напоминала человека – волосы были всклокочены, бледная кожа туго обтягивала тощее тело – и воняла смертью. Сверкнули безумные белые глаза без радужек и зрачков, и, обнажив кривые клыки, бешеный с завыванием бросился на нас.

Он напоролся на топор Шакала – крутанувшись, вампир впечатал противника головой в дверь машины, посыпалось стекло, раздался глухой звук удара тела о металл. Темная кровь забрызгала автомобиль, и бешеный упал в снег с проломленным черепом. Шакал задрал голову и взревел, злобно и вызывающе, и тут же целая орда бледных вопящих тварей полезла на нас через крыши и капоты. Мое внутреннее чудовище взвыло в ответ, радуясь приключению, и я дала ему волю.

Бешеный прыгнул на меня, стремясь достать когтями. Как только он приземлился, я взмахнула катаной и рассекла тощее тело пополам – хлынула черная кровь. Другой бешеный выскочил из-за капота фургона – я повернулась к нему и ударом меча снесла голову с плеч. Черепушка подкатилась к моим ногам, и тут меня наполнил дикий восторг, я, скалясь, запрыгнула на крышу фургона, готовясь встречать мчащуюся на меня завывающую орду. Бешеные выпрыгивали из-за автомобилей и пытались ухватить меня за ноги, забраться ко мне, утянуть вниз. Я кружилась по металлу, почти танцуя, перепрыгивала с крыши на крышу и рассекала чудовищ, которые следовали за мной, отрубала тянущиеся ко мне руки.

Внизу Шакал и Кэнин сражались бок о бок – несмотря на свои разногласия, они составляли смертоносный дуэт. Пожарный топор Шакала рассекал воздух и обрушивался на бешеных с оглушительной силой, крушил черепа, впечатывал тварей в машины и в асфальт. Тонкий блестящий кинжал Кэнина был едва виден – он грациозно двигался среди мечущихся чудовищ, с хирургической точностью вспарывая глотки и отсекая головы. Моя помощь этим двоим не требовалась, оба справлялись отлично.

На долю секунды я отвлеклась на Кэнина и Шакала – и на крышу автомобиля рядом вскочил бешеный и замахнулся на меня. Я отпрянула, вскинула меч, чтобы разрубить его, но тут по лицу разлилась обжигающая боль – когти вспороли мою щеку.

Мир стал красным. С воплем я бросилась в самую гущу толпы и принялась махать катаной направо и налево. Отрубленные головы и конечности летели во все стороны, пока я пробиралась сквозь орду. Мой демон кайфовал от хаоса и разрушения, радостно завывал, видя очередное упавшее тело, разукрашивал снег и машины вокруг темной кровью.

На меня упала тень, и земля содрогнулась от рева. Обернувшись, я увидела громадного бешеного, больше шести футов ростом – он заполнил все поле моего зрения, а потом огромная когтистая рука ударила меня сбоку по голове – взрыв боли. Я впечаталась в машину, зазвенело разбитое

стекло, а возвышающийся над остальными бешеными гигант взревел и вновь бросился на меня.

Я нырнула вбок, и тварь ударила по автомобилю, когти заскребли по металлу, оставляя длинные борозды. Несмотря на чудовищные размеры, в моем противнике было больше костей, чем плоти. Ниже резко выступающих под бледной кожей ребер зияла впадина живота – казалось, желудок прилип к позвоночнику. Но плечи у бешеного были широкие и крепкие, деформированные руки свисали ниже колен, пальцы оканчивались серповидными когтями. Тварь с воплем прыгнула на меня, и я откатилась в сторону, вскочила на ноги и рубанула врага по животу. Катана сломала несколько ребер, и бешеный с воем завертелся на месте.

Кровь заливала мне глаза, не давая видеть. Я моргнула, тряхнула головой, стараясь сосредоточиться. Бешеный взревел и протянул ко мне свои длинные руки – я встретила противника мечом, обрушив его на предплечье твари. Клинок глубоко вонзился в жилистую конечность, но сила удара все равно отбросила меня в сторону, и я распласталась в снегу. Тварь была мощной – если я хочу прикончить ее, нужно попасть в жизненно важное место.

Не выпуская из руки оружие, я поднялась на четвереньки. Но прежде чем я успела встать, меня схватили за шею, подняли в воздух и с неимоверной силой швырнули на асфальт. Я почувствовала, как сломался нос, как треснула челюсть, в глазах потемнело от боли. Тварь еще три раза приложила меня об землю – с каждым ударом кости хрустели и крошились, – а потом развернулась и швырнула меня на капот машины. Снова зазвенело, впиваясь в мое тело, стекло, и к пульсирующей в голове мучительной боли добавилась новая. Бешеный издал победный клич, наклонился ко мне, и тут мое полуобморочное состояние внезапно обратилось всепоглощающей яростью.