Джули Дейс – Я хочу к тебе (страница 21)
Я получаю бокал и одним махом выпиваю.
Сила супермена обжигает горло. Алкоголь делает бесстрашным любого человека.
Набираюсь сил и смелости, начиная вышивать все чувства с первой встречи с Джаредом, заканчивая ситуацией с Элис в столовой. Я не упускаю ничего: кино; лекцию, куда он завалился; тот танец, который они увидели; то, что он забирает меня с работы; ночь, когда он пришёл пьяный и ещё кучу всего, что произошло за последние несколько дней. Кажется, до недавних пор моя жизнь была такой спокойной, пока в неё не ворвался Джаред и не поставил всё вверх ногами.
Я выдыхаю, потому что всё произнесенное было на одном дыхании.
– Ты злишься?
Алекс жмёт плечами и её печальная улыбка сжимает сердце.
– Нет. Я не могу управлять твоими чувствами, хотя сейчас мне бы очень хотелось иметь такую способность.
– Я пытаюсь, Алекс, честное слово. Я всё делаю, чтобы он перестал. Уже не знаю, что сделать и как себя вести. Он не пробиваемый. Я говорю и показываю, что ничего не будет, но это… Господи, он абсолютно невыносим. Он и бесит, и сводит с ума одновременно.
– У меня также с Томом. Иногда хочется его убить, но кто ещё будет терпеть меня, кроме него.
– И меня, – я хихикаю.
– Э-эй, – оскорблено тянет она. – Ты хоть представляешь, какого это, когда твоя подруга может есть макароны с сыром и заедать джемом?!
– Это моя сверхспособность.
Алекс закатывает глаза, всем видом показывая мою неправоту. Возможно, так и есть. Мы друг друга стоим.
По двери барабанят чьи-то кулаки и мое лицо вытягивается.
– Я позвала Бекку раньше, надеюсь, ты не против, – улыбается подруга.
– Конечно, я только за.
Алекс распахивает дверь так, что волосы Бекки взмывают в воздух и снова падают на плечи девушки, из-за чего она смеётся, а следом стучит по коробке с пиццей.
– Я не одна.
– Ты изумительна! – восклицает Алекс, забирая подарки.
И это ещё не все сюрпризы на вечер. Алекс выдвигает боковой шкаф и игриво покачивает бровями, раскрывая все карты.
Три бутылки шампанского мирно пролёживали в укромном месте, пока я даже не подозревала о их наличии.
– Оказывается, я не осмотрелась тщательно.
– Не уверена, что нам будет интересен парк после них, – соглашается Бекка. – Это хороший аргумент остаться тут.
Не толкая улыбка Алекс говорит сама за себя.
– Предлагаю послать всех к чертям и устроить пижамную вечеринку. Девчачий вечер, а?
Кажется, мы обоюдно приходим к согласию.
Вечер становится намного интересней, когда мы перетираем кости всем бывшим недругам, не забывая о тех, кто приносит рвотные позывы сегодня. После чего жалуется на что-то не идеальное в собственном теле, следом выкрикиваем песни, как задыхаясь от смеха.
Всё равно до тех пор, пока из колонок не звучит Taylor Swift с песней You Belong With Me.
Зелёные глаза Алекс загораются, как звезда на елке у Рокфеллер центра.
Я и глазом моргнуть не успеваю, как получаю расческу, в которую начинаю петь со слезами на глазах от смеха.
Алкоголь бурлит в крови, а после смешивания шампанского и вина, всё медленно поплывёт перед глазами. Несмотря на это, мы продолжаем прыгать, как угорелые. Слова превращаются в истеричный смех. Когда песня подходит к завершению, я и Алекс скачем на диване, Бекка нашла неплохое место на журнальном столике.
Мы смеёмся так, что в животе покалывает до тех пор, пока с порога не раздаются аплодисменты.
Сердце стучит так, словно подлетело к горлу и барабанит дробь.
Четвёрка парней давится от смеха, загибаясь пополам. Не понимаю, как мы не заметили. Том к таким ситуациям привык, а вот для остальных мы отыграли своё лучшее шоу. Странно, но смущения отсутствует.
Мы одновременно падаем на диван, тяжело дыша, и продолжаем хохотать подобно безумцам.
– Это было супер! – выдыхает Бекка.
– Согласна, – я делаю такой кивок, что позвоночник хрустит под натиском.
– Повторим? – предлагает Алекс.
– Дай мне отдышаться, я уже не так молода, – откашливается Бекка.
Я стараюсь игнорировать знакомый взгляд. Не трудно догадаться, кому он принадлежит. И с недавних пор я отказываюсь отвечать на всё, что касается Джареда. Хватит с меня перемен его и без того отвратительного настроения.
– Вы думаете, вам стоит идти? – Том сканирует нас рентгеновским взглядом. – Вы же упились в дрова.
Секунду спустя, на его шее повисает Алекс. Вид у неё слегка потрёпанный и безумный, но он привык.
– Не будь занудой, Томми.
Сегодня я переступаю черту собственного безумия и решаюсь на нарушение закона. Спасает лишь выражение: правила созданы для того, чтобы их нарушать.
Спустя час мы бредём по тёмным тропинкам парка аттракционов. Жуткое место если приходить сюда ночью. Все аттракционы не внушают доверия, а различные рожицы с плакатов и экспонатов, наводят настоящий ужас. По спине прокатывается холодок при виде всего этого. Я едва не закрываю глаза и не вышагиваю на слух вслед за друзьями. Недавнее опьянение как рукой снимает, кто бы мог подумать.
Если нас поймают, то привлекут к уголовной ответственности за разбой, хулиганство и ещё несколько статей, и сей факт кружит голову, помогая страху отбрасывать назад все оптимистические нотки. Насколько бы сильно ни любила приключения, будет неловко начинать карьеру с подобными записями в личном деле. Но пути назад нет, надеюсь, я хотя бы бегаю быстро.
Подняв навес, Том пропускает нас вперёд в зеркальные лабиринты, которые освещают фонарики наших телефонов.
Я говорила, что на улице жутко?
Нет.
Жутко в комнате кривых зеркал ночью и в темноте.
Мозг активируется как никогда ранее, вспоминая все фильмы ужасов с подобными сценами. И вот, я уже мотаю фрагменты фильма «Оно» или серию из «Сверхъестественное». Хорошее время, чтобы умереть от страха. Потом судмедэкспертиза покажет, что я была пьяна и всё объяснят тем, что смерть – это самоубийством под дурманом. Вот чудно. Всё, как и мечтала.
Я брожу между зеркал, разглядывая собственное отражение, но фонарик не дарит так много света, как хотелось бы, поэтому процесс можно назвать, что я пытаюсь рассмотреть. В конечном счёте, понимаю, что Крис где-то затерялся с Беккой, вдали эхом звенят голоса Тома и Алекс. Вот тогда я понимаю, где нахожусь: между двух огней. Либо где-то между небом и землёй.
Взгляд находит Трента, который направляется ко мне, следом оживает Джаред. И мне всё это не нравится. Очень не нравится.
– Тут нечего делать, пошли к колесу, – предлагает последний.
Фонарик Трента уже смотрит в отражение зеркала напротив нас, в лице Джареда, тучи сгущаются.
– Идём, – соглашается Том. – Не расходитесь, чтобы не потеряться.
Я оглядываюсь и останавливаю внимание на парне рядом. От него пахнет чем-то морским, солнечным, как будто Трент представляет собой длинный, песочный пляж в самые ясные дни. От него веет теплом. Но я не сгораю под его солнцем. Это просто приятный летний день.
– Где Крис и Бекка?
– Только что вышли на улицу.
Джаред проходит мимо нас, и вот, под чьим солнцем я могу сгореть заживо, где мой прах не обнаружат. Я нехотя ловлю аромат его парфюма. Он пахнет горной свежестью, где легко затеряться или сорваться, сломав каждую косточку в теле.
Я сжимаю челюсть и задерживаю дыхание.
– Пошли, – с улыбкой, Трент кладёт ладонь на мою поясницу, подгоняя вперёд, потому что я, кажется, застыла, как олень в свете фар.
Я быстро перебираю ногами, теряя физический контакт, чему несказанно радуюсь. И на месте его руки я не представляю ладонь Джареда, это было бы слишком.
Хотя, может, на какое-то мгновение дала слабину и усугубила ситуацию.