Джули Дейс – Вкус нашей ненависти (страница 4)

– Она и так взялась за нашу свадьбу только из-за Дэни.

– А вот тут по подробней, – я полностью сосредотачиваюсь на Энди.

– Они знакомы.

Брови ползут на лоб.

– Насколько хорошо они знакомы? – с трудом удаётся не цедить вопрос сквозь стиснутые зубы. Да, я напрягаюсь, узнав об этом.

– Мне нравились её работы, я очень хотела попасть к ней, но мест не было. Бекка не берёт два мероприятия, которые нужно вести с нуля одновременно. Вышло случайно. Нам уже отказали, когда она вышла из кабинета и увидела Дэни. Ближайшая дата была через четыре месяца, поэтому мы тянули.

– Они встречались? – улавливаю разочарование в собственном голосе, и его наверняка услышала Энди, которая смотрит на меня с неприкрытым замешательством.

– Это был первый вопрос, который я задала, когда вышли из офиса, – хихикнув, рассказывает она. – А ты почему так взволновался?

– Не хотелось бы, чтобы его бывшая организовывала вашу свадьбу, – выпускаю первую попавшуюся защитную реакцию. Она не может быть его бывшей. Это всё меняет. – Плохая примета, всё такое.

– С каких пор ты веришь в приметы?

– Недавно начал.

Энди выражает неприкрытый скептицизм.

– Она встречалась с Раем.

– Раем? – из меня вырывается смешок и одновременно облегчение.

– Райн, однокурсник Дэни. Он и Патрик называли его Рай.

– Вот урод, – ухмыляюсь, глазами ища Патрика, который зная Ребекку, поспорил на сотню. Хрен за воротник, а не деньги.

– Ну… я бы так не сказала, – мечтательно улыбается Энди, и я подталкиваю её бедром, чтобы вразумить. – Он симпатичный.

– Да по хрен, кем бы он ни был. Ты сейчас говоришь о каком-то чуваке, пока мы готовимся к вашей свадьбе.

– Я говорила Дэни, что Райн симпатичный, вот бы познакомить его с Ди, но у него была девушка.

– Надеюсь, он нашлёпал твою задницу после сказанного.

– Он правда хорошенький.

– Тогда я тоже хорошенький.

– Ради тебя никто не переезжал на другой конец страны.

– Мы продолжаем говорить про её бывшего или это история из сопливой мелодрамы?

– Продолжаем. Тебя это заводит.

– Меня это бесит. Мы обсуждаем какого-то симпатичного и хорошенького чувака уже дольше твоего подарка.

– Ты завёлся. Она нравится тебе.

– Сюда идёт мисс надоедалка. Я валю.

Энди хохочет, я же делаю ноги, как только Андреа ровняется с нами.

Не в силах вынести её дольше одной минуты, но даже минута даётся непостижимым трудом. Я считаю секунды. Шестьдесят секунд в обратном порядке, когда она в радиусе мили. У нас не было секса, но мозг изрядно затрахан и молит о спасении. А его, черт возьми, нет. Где вообще писано, что лучшая подружка девушки твоего друга обязательно должна быть в отношениях с тобой? В сказках? В женских сериалах? В законах лучших подруг? Мы не сойдёмся благодаря безумной любви и тем более из-за того, что это было бы охренеть, как мило и чудесно. В таком случае я сменю ориентацию и западу на Патрика.

– Джейк, вернись! – требует Энди.

– Да, когда меня переедет каток.

Хотелось бы принести задницу к Ребекке, но вокруг неё как минимум десять человек. Не хочется принимать участие в обсуждении их рабочей оргии, поэтому я направляюсь на поиски Патрика, из которого собираюсь вытянуть всю информацию, а потом надрать задницу, либо же наоборот. Не имеет значения порядок.

Без труда нахожу говнюка в компании трёх девчонок. Там, где есть женский пол – есть он. Нет ничего проще, все мы слегка подсажены на это.

Протягиваю руку по плечам друга и улыбаюсь той самой многообещающей улыбкой, которую он знает.

– Поболтаем?

– Позже, – соглашается он, тогда склоняюсь к уху и добавляю:

– Покувыркаюсь с каждой ещё до того, как мы уйдём отсюда сегодня.

Под рукой напрягается плечи, а это верный признак скорого диалога. Работает негласный договор, который мы дали, будучи в школе: никаких общих девчонок, как бы сильно ни хотелось. До сегодняшнего дня не было той девушки, которая побывала с кем-то из них, а потом со мной и наоборот. Случайность во внимание не принимается.

– Пара минут, – Патрик обращается к девушкам и улыбается. – На большее он не способен.

Я подмигиваю им и добавляю:

– Кому-то хватает пары минут, а кому-то недостаточно часа. Хотите проверить?

– Пошли уже, – ворчит он.

Патрик пытается оттолкнуть, в ответ сжимаю его шею. Мы похожи на двух болванов, возраст которых перевалил за первую четверть века, но детский азарт никуда не исчез. Мы дети в телах взрослых, когда дело касается гонки вооружения.

– Гони сотню, говнюк, – подставляю руку и шевелю пальцами.

– Спор был на то, что она отошьёт тебя, а не наоборот.

– Я ценю честный спор.

– С чего ему быть нечестным?

– С той самой минуты, как узнал, что вы знакомы.

– Мы не знакомы или были, но она не помнит меня. Виделись от силы раз и то случайно. Спрашивай Дэни, он знает её больше. Полагал, что она до сих пор встречается с Раем, поэтому сказал, что отошьёт тебя.

– Не сверну тебе шею и даже не заберу сотню, если расскажешь всё, что знаешь.

Патрик хитро прищуривается и складывает руки на груди.

– Если признаешь, что она не по зубам.

– Я вернусь к тем девчонкам, – угрожаю я.

– На свадьбе будут другие, – необдуманно отмахивается Патрик.

– Ты предпочитаешь пробить почву, а потом действовать. Не будешь тратить время на ту, у которой где-то поблизости гуляет возлюбленный, так что выкладывай.

– Они встречались несколько лет, – он закатывает глаза. – Может, года два, не знаю, мне пофиг. Она переехала сюда из Нью-Йорка.

– Держишь меня за идиота?

– Она переехала сюда из-за него, я не в курсе их отношений. Я даже не знаю, встречаются ли они сейчас или нет. Год прошёл, как виделись последний раз.

– Ни хрена ты не знаешь, – разочарованно вздыхаю я.

– Наконец-то до тебя дошло. Докопайся до Дэни, он хорошо общался с Раем. У них был общий проект и стажировка.

Патрик играет бровями, явно владея ещё некоторой информацией. Мне пригодится любая.

– В Нью-Йорке, кстати, где она жила.

Он хлопает меня по плечо и пропивает что-то вроде «удачи», прежде чем уйти.

Меня охватывает паника, когда в мысли закрадывается мысль, что она занята и от ворот поворот основан ни на чём ином, как на продолжительных отношениях. Ребекка тоже ни разу не заикнулась о существовании Райна. Она позволила нарушить личные границы, была в нескольких дюймах от моих губ.