Джули Дейс – Пять шагов навстречу (страница 29)

– Почему ты думаешь, что я хуже? – Мэйсон из тех, кто умеет улыбаться глазами.

– Ну, как минимум по причине того, что у тебя ничего не получается со мной.

– А с чего ты решила, что я пытался?

Мэйсон облизывает нижнюю губу, и мне абсолютно, совершенно не нравится это. Дерьмо, ведь мне нравится! Парень склоняется ближе, и указательным пальцем манит к себе. Я почти соглашаюсь, но ломаю собственные желания, оставаясь непреклонной.

– Ещё одна безуспешная попытка.

– Уверена? – шепчет он.

Просто. Спасите. Меня.

Я отворачиваюсь.

– Уверена, Картер.

Парень возвращается в исходное положение.

– Почему ты делаешь это снова?

– Какое тебе дело? – стараясь оставаться внешне непоколебимой и уверенной, чувствую, как угасает всё внутри.

– К чему весь этот негатив?

– Ноутбук сломался.

Мне тошно от себя, потому что на обычный вопрос выставляю колючки и грублю. Но почему-то напрягаюсь только когда дело касается Мэйсона. Да, того самого, который протянул руку помощи.

– Ты ошиблась датой, – говорит он, указывая на экран.

– Всё из учебника.

– Ты перепутала местами цифры, Трикси.

– Ладно, – признаю его правоту и меняю. – Но это не делает тебя умным, а меня глупой.

– Это банальная опрометчивость и торопливость. Ты воспринимаешь в штыки каждое слово или исключительно мои?

Почему?

Почему он не может быть каким-нибудь уродом, который издевается и насмехается, чтобы проще ненавидеть?

Нездоровое поведение списываю на страх. От одной мысли, что подпущу ближе, привыкну, влюблюсь, – бросает в жар. Я боюсь, что он станет тем, кто сломает. Я знаю, что он может. Он из тех, кто после себя оставляет пепел. Поэтому выбираю бороться с собой, нежели капитулировать и окунуться в омут.

– Мистер Картер Великолепный, какая чудесная встреча, – над нашими головами звенит голос. Это мой похоронный вальс.

– Миссис Райт Превосходная, – харизма Мэйсона, клянусь, влияет и на неё.

– Вам понравилась книга?

– Какая книга?

Вот чёрт.

– Которую вы читали вчера.

Я пропала, как и ложь во имя спасения.

Видя замешательство на лице Мэйсона, уголки губ женщины дёргаются в полуулыбке.

– Хочу побеседовать с вами.

Я в заднице.

Мэйсон поднимается и направляется вслед за женщиной, а я готова сгрызть ногти до локтя. Совсем скоро повиснет вопрос, кто видел его с книгой между стеллажами. Вчера.

Загадка, а?

Кто же это был?

Надежда лишь на то, что Картер выкрутится и спасёт нас от смерти. На девяносто девять процентов уверена, что у него получится, как получается обычно.

Мэйсон не возвращается ни через пять минут, ни через полчаса, ни через пару часов. Он ушёл. Знаю, потому что некоторые девчонки приходят посмотреть на него, а не упиваться литературой. Некоторые уже разошлись, ведь парень мечты с фамилией Картер – не тут.

День сменяется вечером, а вечер – пустотой. В зале остаюсь только я, доклад по истории, и половина от английского, который намерена доделать с первыми лучами солнца.

Я покидаю библиотеку запоздно.

Холодный ветер ударяет в лицо, как только открываю дверь и покидаю университетские стены. Благодаря спешке утром, голову не посетила умная мысль прихватить кофту, и теперь приходится стучать зубами, обнимая себя руками. Вечер выдаётся морозным. Несчастливая карта выпадает вторые сутки подряд, потому что вчера всю ночь лил дождь и, прячась под одеялом, я пыталась сомкнуть глаза. Отсутствие нормального сна, отвратительное утро и день, сделали из меня самое настоящее чучело. Прикид невесты Чаки.

Парковка пуста, лишь одна машина занимает деление и, надеюсь, что это случайное стечение обстоятельств.

Но, безусловно, не в моём случае.

– Приветик, – на горизонте появляется тот самый неприятный парень из кафе, по которому пускает слюни Кортни.

Принимаюсь за тотальное игнорирование, желая пройти мимо. У придурка другие планы. Он каждый раз заслоняет собою дорогу.

Я сжимаю кулаки.

– Отвали.

– Тебя не научили здороваться? – скалится он. Белые зубы сияют в тусклом свете фонарей.

– Тебе не говорили, что нельзя разговаривать с незнакомцами, особенно в темное время суток?

Как ни странно, но страх отсутствует. Я вовсе не шутила, когда говорила, что сломаю руки. Могу добавить звездочки над головой.

– Свали с дороги, – я скриплю зубами.

– Прокатимся?

– Прокатишься с моим парнем в его машине. И не рассчитывай на пассажирское кресло, в багажнике много места.

Он улыбается, но от фальшивого дружелюбия холодок бежит по позвоночнику. Так улыбаются те, кто склонен к удручающим поступкам.

– Садись в машину.

– Представим, что я этого не хочу и не сделаю, что тогда?

– Я помогу.

– На каждом углу камеры, кретин, делай укладку для снимка на стенд в полиции.

Я не кажусь милой, когда хлопаю его по плечу так, что могу сломать ключицу. И я всерьёз рада сбежать, потому что страх начал подавать первые тревожные сигналы, когда предложили или даже приказали сесть в машину. Так выглядит первый звоночек для подготовки к самообороне. Не знаю, для чего заикнулась о парне, ведь в состоянии дать отпор, но сработал инстинкт.

Упоминание камер всё же даёт свои плоды.

Я обхожу парня, хоть и на дрожащих коленях. Больше никогда не выйду на улицу при наступлении потёмок.

Глава 12

Мэйсон

Приглушенная музыка заполняет салон машины, в такт которой барабаню большими пальцами по рулю. Ди редко заставляет ждать, но это, чёрт возьми, так метко. Десять минут уже давно сложились дважды.

Перевожу взгляд на часы в ту самую секунду, когда цифра меняется на следующую, а дверца с пассажирской стороны распахивается. Открываю рот, но не успеваю ничего выдать, ошарашено глядя на девчонку, упавшую на соседнее кресло.