Джули Абэ – Тесса Мията не герой (страница 13)

– Даже не знаю, – неуверенно протянул Джин.

Кит остановился у подножия холма и зычно рявкнул:

– Эй, вы двое! У меня нет времени тут с вами рассиживаться – я чаю хочу! Вы идете или нет?

– Мы справимся. – Тесса расправила плечи. – Кит отведет нас к этому ненастоящему богу, мы найдем кого-нибудь, кто снимет мой браслет, а потом отправимся домой. Пара пустяков.

Джин подошел к Тессе:

– Ладно, давай попробуем.

Они побежали к Киту, затем все вместе поднялись на невысокий холм и остановились на вершине. Теплый ветерок трепал волосы, закрывая ими лицо и не давая рассмотреть, что там внизу. Но вот наконец он поутих, Джин и Тесса откинули волосы назад – и остолбенели от изумления.

Невзрачная тропинка, по которой они шли, превратилась в широкую мощеную мостовую, и на ней царило самое настоящее столпотворение. Но, что странно, разобрать, куда ведет мостовая, было невозможно, поскольку упиралась она в непроницаемую стену белого тумана.

Фигуры, словно сошедшие со страниц книги сказок, были одеты в роскошные кимоно или доспехи. В ресторанчиках было яблоку негде упасть: посетители ели вкуснейшие десерты, запивая их чаем. А в одном из кафе на углу официант грациозным движением сдергивал тончайшие салфетки с тарелок с яствами такими яркими и необычными, что их попросту не могло существовать в земном мире. Лавки выглядели так, будто их доставили сюда прямиком из прошлого: были среди них и лавки портного, и оружейника, и сапожника. Еще Тесса заметила арку, которая служила проходом к горячим источникам. А в конце улицы, выступая из белой дымки, высилось здание гостиницы. В толпе прохожих с радостными криками носились дети; человеческая речь текла, как бурливый животворящий ручей, услаждая слух.

Если бы Тессе сказали: выбирай, где хочешь провести каникулы, она бы не задумываясь ответила: здесь!

Джин толкнул ее в бок. Тесса повернулась к нему и увидела, что тот стоит, широко разинув рот. Джин молча показал на груду камней у начала мостовой.

Тесса пригляделась – и тут пришел ее черед раскрыть рот от изумления.

Куча булыжников оказалась… самым настоящим драконом! Он спал, свернувшись калачиком, а его толстая жемчужная чешуя была осыпана лепестками сакуры. Слева от него копошились какие-то зверьки, смахивавшие на енотов, – они забавлялись с могучей когтистой лапой. Вдруг дракон зашевелился, от мощного тела повалил жар, и воздух вокруг зверя задрожал. Тануки – так звались эти зверьки – тут же бросились врассыпную. Но вот дракон лениво приоткрыл один глаз, взглянул на испуганных малышей и снова погрузился в сон, а те начали снова подбираться к его левой лапе.

Глаза Кита заблестели в умилении.

– Я и подумать не мог, что когда-нибудь снова увижу это место.

– А где мы? – с благоговением прошептала Тесса.

Говорить громко было страшновато: вдруг чудесное видение рассеется – или дракон проснется?

– Добро пожаловать в Такамагахару! – торжественно возвестил Кит. – Самое магическое место в Токио, где обитают боги и духи! Ну или в Город легенд – кому как нравится.

10

Место действия: Город легенд, самое магическое место в Токио, где обитают боги и духи, Япония

От лепестков сакуры, кружившихся в воздухе, исходил сладчайший аромат. Тесса, Джин и Кит (который вновь удобно устроился на плече девочки) медленно шли по центральной улице, с восторгом глядя по сторонам. Через каждые два-три магазинчика попадался храм или святилище, и все они были столь невероятной красоты, что Тесса, которая терпеть не могла священные места и считала их скукой смертной, впечатлившись, пообещала себе непременно посетить все-все-все святилища и храмы в Японии.

– Ведите себя по-божественному, – шепнул Кит. – Тут сразу и не разберешь, кто из них бог, а кто дух, но вот людишек… что-то подозрительно мало.

– А как ты их отличаешь от остальных? – тихо спросил Джин.

– У них такие же выпученные глаза, как у Тессы. Благо я набросил на вас магический покров, он скрывает вашу жизненную силу, поэтому никто не догадается, что вы смертные.

Тесса скорчила рожицу и показала Киту язык. Вдруг она уловила какое-то странное, прохладное дуновение, от которого защекотало в носу.

– А это еще чем пахнет? – Джин потер ладошками лицо.

– Ага, почуял-таки! Добрый знак. Это кто-то из смертных, таких же заморышей, как вы, только что помолился. – Кит зорко огляделся по сторонам. – Подбородок выше!

– Да куда выше-то? – возмутилась Тесса.

Впрочем, опасения Кита были напрасны: боги не обращали на пришельцев никакого внимания – слишком уж были заняты покупками и поглощением чая (от аромата которого у Тессы слюнки потекли; будь ее воля – выпила бы целый чайник и еще бы попросила). Тесса внимательно рассматривала этот новый мир, стараясь сохранить его в памяти во всех подробностях, чтобы, вернувшись, рассказать о нем сестрам. А если Элисон снова с ней заговорит – то и Элисон тоже, вдруг она когда-нибудь снимет фильм про Город легенд? И конечно же, одзии-чтяну, когда будет накладывать на его бедную лодыжку оздоравливающий компресс.

Вот только никто из них ей не поверит.

Мысли Тессы вернулись к Семи Богам Счастья. Кем бы они ни были, пусть разрубят злосчастную золотую нить! Обычно ее не было видно, но стоило Киту прыгнуть в сторону, чтобы поближе рассмотреть какой-нибудь храм, как в воздухе снова вспыхивала тонкая золотая линия, тянувшаяся от Тессиного запястья к лапе кицунэ.

– Раньше в этой чайной все было по-другому. – Кит принюхался. – С каких это пор тут подают бабл-ти? Впрочем, выглядит недурно…

– Мы сюда не перекусить пришли, – шикнул на лиса Джин.

– А какая разница между храмом и святилищем? – спросила Тесса, вертя головой во все стороны.

– Святилища синтоистские, а храмы – буддистские, – объяснил Джин. – Некоторые, как мой отец, молятся и там, и там. За день до соревнований он тащит меня в синтоистское святилище, а утром – в буддийский храм, чтобы все божества разом даровали мне свое благословение.

– Это ж сколько молиться приходится…

– Ага. Особенно если соревнования у тебя, по отцовой милости, чуть ли не каждый день. – Джин покачал головой. – Я ему постоянно говорю, что время лучше тратить не на молитвы, а на тренировки, но попробуй ему что-нибудь докажи.

Тут из тумана вынырнул очередной храм с сияющей крышей из золота, а прямо напротив него, справа, рядом с лавкой, где продавались умопомрачительной красоты хаори и кимоно, возникло святилище.

– Смотрите, смотрите! – воскликнула Тесса, глаза у которой стали размером с блюдце.

Потому что это было не обычное святилище – это была самая настоящая, высоченная крепость, причем объятая пламенем! Как и в любом святилище, здесь были тории, вот только не деревянные, а из языков белого огня, края которых вспыхивали неоновыми, режущими глаз цветами. Воздух рядом со святилищем был горьким, с привкусом каких-то благовоний.

Кит задрожал: от самого черного носа до кончиков хвостов.

– Это святилище Кагуцути – бога огня. С этим парнем лучше дружить.

– Как красиво…

– Видишь свечение по контуру пламени? Это божественный огонь. – Меховое тельце прижалось к шее Тессы. – Мы, боги… мы как бы бессмертны. То есть умереть-то мы можем, но только от руки кого-то из нас. Обычно мы предпочитаем катаны или кинжалы. Ну или на крайний случай яды и заклинания… Но божественный огонь – средство куда более коварное. Его дым парализует тебя (бога, я имею в виду). Потом проникает в твое сознание, наводняя его кошмарами, и потихоньку пожирает твое тело. Часть за частью. И это, сдается мне, куда хуже, чем обыкновенная смерть.

Величественное пламя вмиг потеряло свое очарование.

– А это – святилище Семи Богов Счастья? – спросил Джин.

Тесса, с трудом оторвав взгляд от горящих тории, посмотрела туда, куда указывал Джин. Перед вратами из золота стоял огромный – нет, просто неимоверно здоровенный! – деревянный щит, размеры которого, видимо, должны были напоминать просящему, сколь ничтожен он пред ликом божественной семерки.

Эбису, Бог Процветания

Дайкокутэн, Бог Торговли и Ремесла

Бишамонтэн, Богиня Войны

Бензайтэн, Богиня Искусств

Кичиётэн, Богиня Счастья

Хотэй, Бог Удачи

Фукурокудзю, Бог Мудрости

Тесса, уверенная, что после святилища бога огня ее уже ничем не удивишь, заглянула за щит…

И потеряла дар речи. Такого она не ожидала.

Словно сомнамбула, она медленно подошла к воротам и сунула голову в просвет между прутьями решетки. Перед ее взором предстал прекрасный песчаный сад. Деревьев в нем почти не было, зато повсюду лежали огромные, поросшие мхом камни. А по периметру сада возвышались семь дворцов, каждый из которых потряс бы любое, даже самое буйное, воображение.

Кит, сидевший на плече, тыкал в каждый по очереди лапой, называя имя живущего в нем бога, но Тесса в ответ лишь сдавленно мычала.

Джин, стоявший справа от Тессы, удивленно произнес:

– Разве такое бывает? На уроках мы проходили богов, но… такого нам о них не рассказывали.

Лис деловито, как заправский гид, объяснил, что дворцы располагаются в порядке возрастания силы их владельцев: слева живет наименее влиятельный бог, справа – самый могущественный.

Святилище Фукурокудзю, Бога Мудрости, было построено… из книг! Колоннами служили необъятной толщины кисти для каллиграфии, а коврами – куски пергамента. Следующий дворец, ярко-красный с золотой росписью, принадлежал богу Хотэю, и дорожка к нему была выложена медными монетками в пять иен, которые, как считается, приносят удачу. Кичиётэн, Богиня Счастья, по-видимому, обожала драгоценные камни: стены ее трехэтажного дворца из серебра были сплошь ими усыпаны, и даже на волнистой черепице крыши сверкали бриллианты, изумруды и рубины. А вот дворец Богини Искусств Бензайтэн, построенный из белого камня, точно бы понравился Сесилии. Ее бы непременно вдохновили картины, покрывавшие колонны. Мало того что от их красоты дух захватывало, так они еще и были живые! На одной колонне был нарисован заяц, который танцевал среди снопов риса, то и дело подпрыгивая к самой луне. На другой – вздымались гигантские волны, с силой обрушиваясь на скалистый берег.