Джозеф Нокс – Сирены (страница 46)

Дождь моросил уже несколько часов, одежда промокла. Две девушки шли на работу, смеялись, прикрывали головы газетами. Скользнули по мне взглядами, как по пустому месту.

Я трижды стукнул в дверь. Негромко. Решил подождать минутку, потом постучать снова. Еще через минуту выбил бы окно на задворках и забрался бы в дом. Дверь почти сразу же открыла Сара Джейн. Утренний свет играл в рыжих волосах, лицо казалось бледнее обычного. На белом стуле в холле лежали одеяло и подушка. Неужели Сара Джейн так и просидела тут до утра?

– Ни Кэтрин, ни Зажим не вернулись, – сказала она.

13

Я настоял, чтобы Сара Джейн позвонила в полицию. Карвер спал наверху. Телефон Зажима был отключен. Самого Зажима никто не видел. Я велел Саре Джейн заявить об исчезновении его и Кэтрин.

– Давай я с тобой подожду.

Она с вымученной ненавистью посмотрела на меня:

– Нет уж, лучше не надо.

Я ушел. Она стояла в дверях. Я ступил на тротуар, и она что-то крикнула мне вслед, но я не обернулся. Надоело выслушивать, что обо мне думают. Я взял такси до города, до «Рубика». У клуба отыскал телефонную будку, снова позвонил Паррсу. Он не снял трубку даже после третьего гудка, и я сообразил, что дело швах. Вызов переключился на автоответчик. Опять. Я выждал несколько минут и перезвонил. На этот раз оставил сообщение.

– Пропала девушка.

В десять утра в «Рубике» уже сидели редкие посетители. Пили молча. В зале было тихо.

Веселая барменша-австралийка встретила меня вопросом:

– А чего это ты встал спозаранку?

– Еще не ложился.

– Долгий день?

Я кивнул.

– Что будешь?

Я предъявил ей удостоверение.

– Есть разговор.

– Ой. – Она сделала вид, что чем-то занята. – Не знала, что ты полицейский.

– Формально. Ты работала прошлой ночью?

Она принялась вытирать безукоризненно чистую стойку бара.

Тянула время.

– Мне наплевать на «восьмерку». У меня пропала подруга. Кэт, Кэтрин. Она была здесь около десяти вечера. Работает на Зейна Карвера. Ты ее знаешь.

Барменша отложила тряпку.

– Да, знаю. Обслуживала ее вчера вечером, а потом больше не видела. Как она?

– А ночь как прошла? Ты не заметила чего-нибудь необычного? Или кого-нибудь?

– Я…

– Это очень важно. Дальше меня не пойдет. Мне нужно ее найти.

Она пожала плечами:

– Кэт пила лимонад. Это необычно.

– И все?

– Нил заявился.

– А, бывший бармен.

Она кивнула:

– Выглядел ужасно.

– Ты с ним говорила?

– Ты знаешь Нила?

– Да, тот еще придурок.

– Вот-вот. С ним не говоришь, а только слушаешь.

– Тебя ведь зовут Мэл?

Она кивнула.

– Слышала про Изабель Росситер?

– Про дочку министра? – Она прижала руку к груди. – Ужасно.

– Нил утверждает, что провел ту ночь у тебя. Воскресенье, пятнадцатое число.

Она покраснела, кивнула:

– Он был какой-то взвинченный. Спал на диване.

– Всю ночь?

– С закрытия и до десяти-одиннадцати утра. – До нее вдруг дошло, о чем именно я спрашиваю. – Погоди, он ведь тут ни при чем…

– Верно, ни при чем, – протянул я, не скрывая разочарования.

Очевидно, бармен не спал с Изабель накануне ее смерти. И телефон ее не брал.

– А вчера еще что-нибудь случилось?

– Приходила полиция. Им сообщили про какие-то беспорядки. Ничего подозрительного не обнаружили и ушли. А, на улице была драка, как обычно. «Скорая» приехала, когда мы уже закрывались.

Значит, была машина «скорой помощи».

– И последнее: никто не забывал тут телефон? Вчера вечером или сегодня утром?

– Подожди минутку. – Она неуверенно улыбнулась и исчезла в подсобке.

Я разглядывал стариков, задумчиво сидящих над кружками пива, и вспоминал, что делал вчера утром. Будильник, душ, бритье, кофе. Встреча с суперинтендантом Паррсом.

Словно бы месяц назад.

Барменша вернулась с тремя телефонами. Один был моим. Я забрал его, включил экран. Ни сообщений, ни звонков.

– У тебя найдется чем писать?

Мэл отыскала ручку, и я накорябал на салфетке свой номер телефона.

– Если увидишь Нила или Кэтрин или если что-то случится, обязательно позвони мне. Все останется между нами.

– Хорошо, – тихо сказала она.

14

Я начал обзванивать больницы. Представлялся сотрудником полиции, просил соединить меня с отделением неотложной помощи. Сначала спрашивал о неопознанных телах. Ночь прошла спокойно, только какие-то старые бомжи умерли от переохлаждения.