Джозеф Нокс – Сирены (страница 41)

– Ну да. Значит, ты отвез ее домой. А где ты был, когда все это произошло?

– У себя дома. А ты где был?

Он вдавил нож мне в живот, пропорол рубашку.

– Вопросы здесь задаю я.

– Я нашел ее на следующий день. Вызвал полицию. Если бы я убил Изабель, с какой стати было возвращаться? – сказал я.

Поведение бармена доказывало, что он не имеет никакого отношения к смерти Изабель. Судя по всему, он был озадачен не меньше меня.

– А может, ты остался там на ночь? Или вернулся замести следы?

– Он был со мной, – сказала Кэтрин. – Мы нашли ее вместе. Честное слово.

Мне показалось, что она невольно прикрыла живот рукой.

– Кстати, неплохо бы узнать, где был ты, Нил, – продолжила Кэтрин.

Лезвие ножа оцарапало мне кожу.

– Ага, неплохо, – хохотнул он. – Я был с Мэл.

– Мэл?

Он кивнул на барменшу-австралийку.

– Эйдан спустил в унитаз кокаина на несколько тысяч фунтов. Подставил меня, – злобно процедил он. – Домой мне ходу не было, вот она и пустила меня к себе.

– Зачем Эйдану…

– Он правду говорит, – сказал я.

– Что?!

– Я хотел обезопасить Изабель…

– Чушь собачья, – заявил бармен. – Ты себя хотел обезопасить. Ваши всегда так делают.

– Что еще за «ваши»? – спросила Кэтрин.

– Объясни ей, Эйдан.

Нож впился в кожу.

– Я детектив, – сказал я.

Она посмотрела на меня, потом снова уставилась в стену и побледнела, будто ее вот-вот стошнит. Бармен не сводил с нее глаз.

– Такой вот сюрприз. А ты не знала? Эйдан подставил меня, увез Иззи домой. На следующий день она умерла. Потом откинулся молодняк на Сикамор-уэй. Зейн в полном дерьме. Вот и подумай, связана вся эта хрень между собой или нет.

Кэтрин перевела взгляд на меня, кивнула на пустое место рядом с собой:

– А это кто?

– Шелдон Уайт, – сказал бармен. – Бернсайдер. Старой закалки.

Она закрыла глаза.

– У меня же выбора не было, – продолжал он. – И с тобой, скотина, надо было счеты свести. – Он еще сильнее вдавил нож мне под ребра. Сквозь рубашку проступила кровь. – Ну я и впарил бернсайдерам, что, пока Зейн не у дел, здесь можно разгуляться. Заморочил им голову… – Его руки затряслись мелкой дрожью, и он удивленно уставился на них.

Не было смысла объяснять бармену, что это ему заморочили голову. Из его рассказа и так все было понятно. Наверное, его накачали не только кокаином, но и еще какой-то дрянью. Перепуганный недоумок, желая спасти свою шкуру, решил искать защиты у бернсайдеров. На время, пока он не придумает, как избавиться от неприятностей. А бернсайдеры подсадили его на наркоту, и он слил им всю информацию о деятельности Франшизы.

Зря я спустил товар в канализацию. Вместо того чтобы взять бармена под арест, я сдуру предпочел насладиться местью.

– Такие вот дела, – туманно произнес бармен. – Зейн понимает.

Мы сидели в тишине, пока не вернулся Шелдон с выпивкой. Огромные татуированные руки сжимали четыре стакана сразу.

– Не отвлекайтесь, не отвлекайтесь, ребятушки. – Он опустил свою ношу на стол и грузно уселся рядом с Кэтрин. Одной рукой он снова приобнял ее за плечи, другой схватил стакан. – Тебя Кэт зовут?

Она кивнула. И вдруг показалась очень юной.

Шелдон перевел взгляд на меня:

– А ты кто?

– Эйдан, – ответил я.

– Точно, точно. Эйдан Уэйтс. С Ньютон-стрит.

Я недобро покосился на бармена.

– Я этого и не скрывал. Мы что, соседи?

– Не-а, хотя жаль. Я подальше живу. В Бернсайде.

– Неплохое местечко.

– Ага. Вы с Зейном на прошлой неделе приходили к нам в гости.

– Нам столько хорошего про вас рассказывали.

Уродливые глубокие морщины прорезали его лоб тектоническим разломом.

– С ним так базарить будешь. – Шелдон кивнул на бармена. – Или с Карвером. Или вот с этой сучкой. А со мной не смей. Ясно?

Я кивнул.

– Да, Бернсайд – хорошее место, – произнес он. – Нетронутое. Вот как здесь.

Мы молчали.

– Все эти люди, – продолжил он, оглядывая бар, – все эти денежные мешки, все эти потаскухи только и мечтают поймать кайф… – Он шумно вздохнул. – А тут кайфом никто не торгует. Да это просто преступление!

– Зейн торгует, – возразила Кэтрин.

– Торговал, детка, – поправил ее Шелдон. – Был Зейн, да сплыл.

Бармен согласно закивал, будто только об этом и думал. Похоже, до него постепенно доходило, что он наделал.

– А цыпочки ему все такие же нравятся, да, детка?

Кэтрин молчала.

– Но ты, конечно, самая классная.

– Я на него работаю.

Он рассмеялся, глядя на меня.

– С этого обычно и начинается, да, Эйдан? Та шлюшка тоже на него работала.

Кэтрин ничего не сказала, и он продолжил:

– Как там ее звали?

– Джоанна, – ответила Кэтрин. Голос ее дрогнул, то ли от избытка чувств, то ли от страха.