Джозеф Эдвард Дэвис – Миссия в Москву. Воспоминания доверенного лица президента Рузвельта о советской стране, ее лидерах и народе. Совершенно секретные донесения Белому дому (страница 2)
Будь читателем я, непременно захотел бы знать эти факты, чтобы оценить тот вес, который следует придать представленному материалу.
Как некогда заявил господину Сталину, главе государства Калинину и другим советским руководителям, я уж точно не коммунист. Меня называют капиталистом. Я горжусь этим, но думаю, что более подходящее определение – «индивидуалист». Капитализм с его сопутствующими правами собственности – это просто результат индивидуалистического порядка в обществе, который дает каждому из нас возможность приобретать собственность в соответствии с нашими способностями в честной конкурентной среде. Подлинным критерием индивидуализма является не собственность. Это индивидуальная свобода в мыслях и возможностях. Капитализм – это лишь одна из граней индивидуализма. На самом деле я являюсь продуктом такой индивидуалистической системы при правительстве и в обществе в нашей стране, которое является лучшим из того, что цивилизация до сих пор создала для простого человека.
Детство мое прошло на Среднем Западе; образование я получил в Висконсинском университете. В политике я был прогрессистом, верил и следовал Вудро Вильсону и «Новому курсу» Франклина Д. Рузвельта.
Согласно вере, которую воспитала во мне моя мать, я без труда принимаю идею связи с коммунизмом, когда все верующие в Христа и его учение в теории являются коммунистами, в той степени, в которой они выступают за братство людей. Вместе с тем я так же твердо убежден, что коммунизм как таковой не может работать на этой земле, с такой человеческой природой, какая она есть; и не будет работать еще целую вечность, до тех пор, пока человеческая природа не эволюционирует до такой степени, что люди будут готовы трудиться «ради одной лишь радости труда» и каждый будет жить в бескорыстном обществе. Я также твердо убежден, что если любую идею продвигать слишком быстро, то она не только не сможет излечить предполагаемые пороки, но, вероятно, вызовет пороки еще большие, чем те, которые она пытается излечить. Я твердо верю в эволюцию в противовес революции. Думаю, наша система лучше всего подходит для простого человека и работает медленнее, но с большей надежностью, потому что она стремится к прогрессу через эволюцию, а не через революцию.
Те убеждения, с которыми я отправился в Москву, не изменились и после моего отъезда. Однако я увидел и узнал многое, чего не знал раньше, увидел существующие и, по-видимому, развивающиеся силы, которые возымеют далеко идущие последствия для социальных и политических условий будущего. Это обновило мою веру в нерушимость христианской религии и в благотворность нашей собственной формы правления и нашего образа жизни[1].
ПРИЛОЖЕНИЕ № 1
к депеше № 6 от 21 июля 1938 года из посольства, Брюссель
Я так и не возвратился домой из Европы, но трепетно благодарю Бога моей матери за то, что 100 лет назад у моих предков хватило мужества, уверенности в себе и смелости перед лицом дикой природы и неизвестности переселиться в Соединенные Штаты Америки и, жертвуя собой, своим здоровьем, подарить моим детям и моим внукам возможность пользоваться благами демократической формы правления и привилегией жизни в Соединенных Штатах. Я не вернулся домой из Европы, но чувствую, насколько все-таки счастлив и благословен американский народ. Задумайтесь, чем мы обладаем и чем наслаждаемся в отличие от многих европейских стран!
У нас есть свобода – личная свобода.
У нас есть право на свободу слова.
У нас есть право на мирные собрания.
Мы имеем право свободно мыслить.
Мы имеем право почитать Господа так, как велит наша совесть.
Наша свобода, наша жизнь, наша собственность, наши права защищены даже от самого правительства.
Каждый человек – король в собственном замке.
Наши свободы и жизни защищены законами, по которым даже самое всемогущее правительство обязано доказать вину вне всяких разумных сомнений, прежде чем человек может быть наказан государством.
Что отдали бы сегодня миллионы мужчин и женщин в Европе ради того, чтобы обрести подобные блага и наслаждаться ими!
Достоинство мужского и женского начал, святость человеческой жизни и свободы, самоуважение человеческого духа – это лучшее из того, что цивилизация принесла в этот мир. В Соединенных Штатах Америки эти вещи присутствуют в такой степени, в какой не встречаются больше нигде в мире.
Мне все равно, сколько материальных благ или социальных льгот в детстве или старости могут человеку дать тоталитарные государства или диктатуры, и, если при этом в жертву должна быть принесена свобода, значит, цена ее слишком высока.
Отправляясь в Россию, я твердо решил, что поеду туда без всяких предрассудков и с открытым сердцем. Отчеты, которые я отправлял в Государственный департамент, письма, которые посылал домой, записи в моем дневнике – это честный отчет и реакция на ситуации, личности и события – такими, какими их видел я. При этом я всегда руководствовался намеренным стремлением быть справедливым, беспристрастным и объективным. Когда я покидал Россию, глава государства Калинин сказал мне, по сути, следующее: «Нам жаль, что вы уезжаете. Хотя вы и не согласны с нашими убеждениями и нашей политической идеологией, мы считаем, что вы были честны в своих оценках и видении происходящего. Худшее, что вы могли сказать, вы высказали нам, а лучшее, что могли сказать, вы высказали нашим врагам».
Один старый французский философ когда-то сказал: «Когда узнаешь человека, то не сможешь его ненавидеть». Лидеров Союза Советских Социалистических Республик я узнал. Это группа способных, сильных людей. Во многом я с ними не согласен, но все-таки отдаю им то, что отдаю себе, а именно: кредит доверия за честные убеждения и целостность целей. На мой взгляд, эти люди верят в то, что поступают правильно. Не может быть никаких сомнений в том, что, по соображениям собственной безопасности, они преданы делу мира как по идеологическим, так и по чисто практическим причинам. Я проникся глубоким уважением и симпатией к русским людям. Они обладают выдающимися качествами воображения и идеализма, которые отразили в своей литературе, музыке и искусстве. Они обладают столь же великими духовными качествами, которые воплотили в стремлении улучшать условия жизни простых людей и которые героически продемонстрировали в своей способности принести высшую жертву – саму жизнь – ради дела, в которое верят.
Покидая Москву, я подготовил депешу под названием «Краткое изложение фактов о Советском Союзе». Это попытка объективно и беспристрастно изложить факты, связанные с нынешней чрезвычайной ситуацией, как благоприятные, так и неблагоприятные, – исходя из того, что, когда факты представлены честно, выводы вытекают из них естественным образом и не нуждаются в аргументации. Данная книга является продолжением моего доклада и адресована соотечественникам-американцам.
Именно в таком контексте вы и должны читать и оценивать записи, содержащиеся в этой книге.
О книге
Книга состоит из следующих материалов: официальных отчетов, представленных мной в Государственный департамент, отправленных из посольств в Москве или Брюсселе или из тех мест, где я находился со специальными поручениями; личных писем официальным лицам или друзьям; записей из календарного дневника на одной странице; выдержек из дневника, который я вел в рабочих целях, чтобы дополнить записи в дневнике, а также комментариев или специальных заметок, которые содержат толкования некоторых фактов в тексте.
Официальные депеши говорят сами за себя и во всех существенных отношениях приводятся в «точных формулировках». И я в долгу перед Государственным департаментом за согласие, в интересах общества, на их использование. Эти депеши, конечно, являются окончательными и «лучшим доказательством» моих мнений и суждений о фактах и положении по состоянию на даты их написания. В некоторых случаях были допущены пропуски, чтобы избежать ненужных повторений. Первоначальные записи в дневнике были краткими и зашифрованными, они предназначались для того, чтобы напомнить мне о событиях и личностях и предоставить как можно меньше информации кому-либо другому на тот случай, если дневник попадет в чьи-то несанкционированные руки. Одни записи дневника, как видно из текста, были расширены для большей ясности, другие – нет. Имена людей, если это необходимо для защиты источника информации или самого человека, опущены и обозначены прочерком. Сноски или заметки неизменно помечены датами, чтобы читателю было ясно, что это записи, сделанные после того, как произошло то или иное событие. Кроме них, в этой книге нет никаких утверждений задним числом.
Материалы депеш, которые могут иметь особую ценность как первоисточники информации для учащихся или представлять определенный интерес для других читателей, но которые вместе с тем способны замедлить ход изложения событий, можно найти в приложении.
В связи с отбором из довольно большого количества материалов, которые могли быть включены в этот том, я в глубоком долгу перед моим другом, Джеем Франклином Гартером. Опыт, который он обрел на дипломатической службе за рубежом и в государственных делах, вкупе с признанным редакторским здравомыслием, оказали мне большую помощь. Я также благодарен Спенсеру Уильямсу, чьи знания и опыт работы в Советском Союзе оказались весьма полезны. Особую признательность хочу выразить Стенли Ричардсону, моему другу и бывшему секретарю, чьи великолепные способности и преданность позволили мне сохранить большую часть этих материалов. Наконец, хочу отметить огромную помощь, которую оказала мне супруга – благодаря постоянному вдохновению, энтузиазму и здравому смыслу, которые она внесла в эту, как и во все другие мои работы.