Джой Эллис – Гиблая трясина (страница 46)

– Видел новости. Все правда?

– Да, Эди. До последнего слова.

– Черт побери, дружище! Как ты там еще держишься?

– С трудом.

– Слушай, мне охрененно неудобно, но я собираюсь все сделать еще хуже. Нужно поговорить, и как можно быстрее.

Мэтт аж застонал.

– Я на работе, без вариантов. Уйти никак не смогу. А что случилось? – Он не был уверен, что хочет услышать ответ.

– По телефону не получится.

– Слушай, я знаю, что ты это место на дух не переносишь, – но, может, все-таки подъедешь?

На другом конце громко выдохнули.

– Ладно. Один разок сделаю исключение. Только найди по-настоящему уединенный уголок для разговора, я не хочу, чтобы об этом вся ваша столовка потом трепалась.

Глава 26

– Как такое вообще могло случиться? – Рой Латимер шарахнул кулаком по столу. – Как вы могли пустить к себе внутрь подобного монстра? У вас тут долбаный полицейский участок или что?

Не успели ни Джейсон, ни суперинтендант найтись с ответом, как Рой, обмякнув, наклонился вперед и спрятал лицо в ладонях.

– Это же полицейский участок, – простонал он. – Она же должна была быть в безопасности, разве нет?

– Да, должна была. И во всем остальном вы совершенно правы. Преступник не имел права сюда попасть, однако позвольте мне сказать следующее. – Суперинтендант внимательно посмотрел на Роя. – Я не хочу тратить драгоценное время, выслушивая упреки, важна каждая минута, которую можно использовать на то, чтобы она вернулась сюда в целости и сохранности, а не на то, чтобы вычислить, где мы допустили промах. Этим я обязательно займусь – позднее. Вы меня поняли?

Рой поднял голову и кивнул. В его глазах стояли слезы.

– Конечно. Я прошу прощения, просто мне страшно. И я не понимаю. Почему Джемма?

– Мы не знаем точного ответа, Рой, – сказал Джейсон. – У нас есть соображения…

– Когда ее избили, она сказала, что это были тренировки по подавлению беспорядков. Она мне соврала, да? Убийца на нее не в первый раз нападает? – Рой громко всхлипнул.

– Он ее выслеживал, но не чтобы похитить. Он хотел передать нам сообщение. – Суперинтендант говорил негромко и успокаивающе. – Джемма храбро попыталась его задержать, оттуда и синяки.

– А потом он опять стал на нее охотиться?

– Мы полагаем, что у него была другая мишень.

– Тогда зачем он ее похитил? – Рой принялся яростно грызть тщательно наманикюренный ноготь. – И другую женщину, сержанта Хэйнс? Почему?

Джейсон откинулся назад и покачал головой.

– Как я уже сказал, Рой, мы точно не знаем.

Молодой человек снял очки в черной оправе и принялся вытирать глаза тыльной стороной ладони. Потом обвиняюще уставился на полицейских.

– Это из-за него? Из-за ее босса, старшего инспектора? Преступник за ним охотится?

Суперинтендант не отвел взгляда.

– Возможно. Мы полагаем, что все это связано с давнишним расследованием, над которым старший инспектор работал в молодости, много лет назад. Он – последний из оставшихся здесь с тех времен детективов; очевидно, убийца хочет наказать его за что-то, случившееся тогда.

– Его наказать? А моя Джемма? Он ведь ее похитил, не его! Одному Богу известно, что он с ней сделал. И жива ли она еще!

– Успокойтесь, Рой. Мы полагаем, что она жива. Если бы похититель хотел с ней расправиться, это можно было сделать прямо на месте. Думаю, преступник захватил Джемму в качестве заложника, чтобы использовать для торга. Следовательно, время у нас еще есть… – Он нагнулся вперед и тронул Роя за руку. – Вы готовы нам помочь?

– Да я что угодно готов сделать, только найдите ее!

– Молодец! И мы знаем, как сильно вы ее любите, – Джейсон неуверенно улыбнулся, – потому что Джемма нам сама рассказала. Мы сделаем все, чтобы она к вам вернулась, договорились? – Рой неуверенно кивнул, и Джейсон продолжил: – Мы надеемся, что вы сможете нам кое-что рассказать о Джемме, но для начала давайте я распоряжусь насчет кофе.

Суперинтендант поднялся.

– Продолжайте здесь, инспектор, я пойду и сообщу группе, что отправляюсь на встречу с родителями Джеммы. Они уже должны были добраться до дома.

– Господи! – воскликнул Рой. – Джеймс и Линда! Я о них совсем забыл! Даже позвонить им не успел. Несчастные, наверное, места себе не находят. Суперинтендант, не могли бы вы им сказать, что я позвоню попозже, и еще… что же еще? Просто скажите, что, если я им хоть чем-то могу помочь, вообще чем угодно, пусть сразу звонят.

– С ними будет психолог, мистер Латимер, и, уверяю вас, они получают сейчас всю возможную поддержку. Но и ваше сообщение я обязательно передам. Теперь я, с вашего позволения, поеду.

За дверью допросной суперинтендант мрачно посмотрел на Джейсона.

– Организуй-ка и для него психолога. Мало того, что он сам может быть в опасности, он, по-моему, в любой момент готов сорваться.

– Обязательно, сэр. Удачи вам с родителями.

– У тебя точно не найдется местечка получше? Меня от подобных помещений в дрожь бросает, – пожаловался Эди.

– Я думал, ты тут себя как дома чувствуешь. Потом, ты просил уединенное место, а мой кабинет примерно такой же уединенный, как главная площадь Фенфлита, так что придется довольствоваться допросной. Пока горит табло «Идет допрос», сюда никто не войдет, обещаю, – откликнулся Мэтт.

Бросив на него неодобрительный взгляд, Эди извлек из-под куртки большой коричневый конверт и аккуратно положил на стол.

– Сегодня доставили. Какой-то парень на мотоцикле, на конверте было мое имя, так что я распечатал.

– Опять! – Чувство было такое, что Мэтту запустили баскетбольным мячом прямо в промежность.

– Боюсь, что не просто опять. Да ты сам посмотри.

Мэтт взял конверт, тяжелый и толстый. На этот раз явно не одно-единственное фото.

– Мотоциклиста ты раньше видел? На камеру видеонаблюдения он попал?

Эди закатил глаза к потолку и громко вздохнул.

– На какую еще камеру? Не будь наивным. Когда содержишь тихое местечко, слово «камера» считай что неприличное. Мои клиенты меня за милю обходить будут. Сам-то как думаешь, детектив?

Мэтт представил себе Лиз, как она на цыпочках поднимается в комнату по задней лестнице.

– Справедливо.

Он снова уставился на конверт. Все равно ведь придется. И высыпал содержимое на стол. По гладкой поверхности скользнул десяток черно-белых фотографий, и он сразу понял, почему Эди так осторожничал.

– Редкие кадры, приятель. Я и не подозревал, что ты такой гигант!

Мэтт лишился дара речи. Он брал в руки одну фотографию за другой и только головой качал, не веря собственным глазам.

– Как они сделаны, я уже понял – если ты, конечно, именно это хотел спросить.

Мэтт лишь молча кивнул.

– Видел заброшенную школу напротив бокового входа? Я там слегка пошарил, и, похоже, кто-то зачастил на чердак. Оттуда наблюдателю было прекрасно видно окно твоей гостиной, а поскольку я, как выяснилось, весьма кстати оборудовал ее большим зеркалом, то стоило ему воспользоваться хорошей камерой – и вуаля! Неприличные картинки прямиком из спальни!

– Они не неприличные, Эди, они… О, черт!

– Вот и я ровно то же самое сказал. Под моей собственной крышей – и такое! Я поражен до глубины души.

Мэтт понимал, что Эди пытается его развеселить, чтобы снять напряжение, однако внутри уже разгорался гнев.

– Подонок! Сукин сын!

Он быстро пересмотрел фотографии. Даже его самого поразила та самоотдача, та страсть – если угодно, та изобретательность, – с которой они занимались любовью. Снимки запечатлели мгновения столь яркого наслаждения, что он, чувствуя себя последним извращенцем, не мог оторвать от них глаз.

– Если хочешь знать, приятель, я на них не смотрел. Ну, разве что на фото-другое, когда только открыл конверт… Честно говоря, я здорово ошалел. Сразу засунул их обратно и побежал тебе звонить. – Эди уже не улыбался.