Джой Эллис – Гиблая трясина (страница 25)

– Часто здесь бываешь? – спросила Лиз.

– Нет.

– На Рождество? Ее день рождения? На годовщину свадьбы? – Лиз обвела взглядом ряды крестов, мраморных надгробий и статуй ангелов.

Мэтт обнаружил, что ответ ему дается с трудом. Он сильно нервничал и хотел поскорей попасть к могиле жены.

– Когда мне нужно, тогда и прихожу. Сказать по правде, не слишком часто.

Лиз промолчала, и он почувствовал укол вины. Быть может, ему следует почаще навещать могилу. Как и собственную мать – ту оболочку, что от нее осталась. Мэтт зашагал быстрее, словно надеясь оставить непрошеные чувства позади.

– Могила вон там, сразу за большим падубом.

– Та, вся в цветах? – не без удивления спросила Лиз. – Похоже, в отличие от тебя родственники Мэгги здесь частые гости.

У Мэтта пересохло во рту.

– Она из Канады. У нее нет здесь родственников. – Он уже бежал. – Господи! Что это?

Мэтт упал на колени рядом с мраморным надгробием. Весь участок был вскопан и плотно засажен яркими анютиными глазками. Вазу перед памятником заполняли белые лилии, любимые цветы Мэгги. Двадцать лет назад он положил на гроб такой же букет.

Из горла против воли вырвался всхлип. Что он здесь делал? Подавшись вперед, Мэтт коснулся пальцами свежевзрытой почвы. Лишь бы только он до нее не добрался… Ничего уже не соображая, Мэтт принялся копать, разрывать землю голыми руками, словно пес, ищущий припрятанную кость…

– Прекрати! Слышишь – немедленно прекрати!

Ее руки обхватили его, потянули прочь от влажной земли.

– Разве ты не понимаешь, что он делает? Это все театральные эффекты! Он пытается тебе в мозги залезть! – Обхватив его лицо ладонями, Лиз заставила смотреть себе в глаза. – Мэтти! Он ничего не сделал с могилой, но хочет тебя убедить, что сделал. Если ему удастся, он победил. Он наносит удар за ударом в каждое твое слабое место, а пока ты в таком состоянии, ты неспособен работать. Ты бесполезен! А значит, ситуацию под контролем держит он, а не ты. Понимаешь?

Мэтт опустил глаза – на свои грязные исцарапанные руки, на выдернутые растения, разбросанные лепестки. Казалось, противник добрался до самых укромных уголков его жизни, а его самого раздел догола и выставил на всеобщее обозрение.

– Я не знаю, что делаю…

Прозвучало жалко, но именно так он себя сейчас и чувствовал.

Лиз опустилась рядом с ним на колени у кромки травы, прижала к себе. Мэтт почувствовал запах ее духов и на мгновение ощутил себя в безопасности. Окруженным любовью. Почему мама никогда меня не обнимала?

Не пытаясь освободиться от объятий, он огляделся – не видит ли кто? Было очень неловко, пока он не сообразил, что с точки зрения случайного прохожего все выглядит вполне естественно. На кладбищах часто опускаются на колени. Для молитвы, или чтобы выдернуть сорняки, или чтобы успокоить безутешного родственника.

– Прости меня, Лиз. Честное слово, прости. – Мэтт отодвинулся подальше от могилы и сел на аккуратно подстриженную траву. – Так тяжело переносить, когда все на тебя одно за другим обрушивается – бац, бац, бац! – Слова он сопровождал ударами сжатого кулака в ладонь другой руки. – Стоит мне только прийти в себя после очередной пытки – и тут же новый удар. Еще немного, и я не выдержу.

Лиз села рядом.

– Послушай, ты просто обязан взять себя в руки. Никто не должен видеть тебя таким, иначе ты ведь сам знаешь, что произойдет?

– Суперинтендант снимет меня с расследования. Может, оно и к лучшему.

– Суперинтенданту придется констатировать, что твоя психика не в порядке, Мэтт. И это касается не одного-единственного расследования. Сам подумай.

Он так и поступил. Плечи его опустились, а голова упала на ладони.

– Что же нам делать? Как нам теперь продолжать?

– Для начала – вернуть старшего инспектора Балларда. Нам необходим хороший следователь, а он – лучший из всех, кого я знаю. – Лиз легонько коснулась его лица. – Понимаю, Мэтти, ты сейчас не в лучшем состоянии, но тебе нужно где-то найти силы. Ты сам знаешь, что ключ к происходящему – в твоем прошлом. Где-то там таится причина, по которой этот псих хочет, чтобы ты завершил свою карьеру полубезумной развалиной, а не всеми уважаемым офицером полиции. – Лиз бросила на него печальный взгляд. – Собери группу, вывали перед ними все как на духу и уже с этого места продолжай. Они на все ради тебя готовы, Мэтт. И что угодно ради тебя сделают, поэтому расскажи им все как есть, ладно? Не надо ничего скрывать, не надо лгать – открой правду.

Он распрямил спину. И услышал голос своего сержанта: «Поймай его ради меня».

– Ты права. Ради остальных я должен взять себя в руки.

– К черту остальных. Ты должен это сделать ради себя, Мэтт.

Он смотрел на разоренную могилу. Вся его жизнь была сейчас в точно таком же состоянии. Взгляд на мгновение остановился на ярком цветке, желтом с фиолетовым. Французское название анютиных глазок переводится как «память», говорила Мэгги. Весь его сад был полон ярких цветов, она сажала их в каждом цветочном горшке и вообще в любой банке. Внезапно его охватил гнев. Никто… никто не имеет права взять самое драгоценное, что есть в его памяти, и осквернить подобным образом. Да, Лиз совершенно права. Мне действительно нужно собраться. Поскольку, кроме меня, этого психопата никто не поймает.

Мэтт решительно расправил плечи и поглядел на женщину рядом с собой.

– Хорошо, но ведь нельзя оставить могилу Мэгги в таком состоянии!

Он опять нагнулся и начал подгребать разбросанную землю к цветам.

– С возвращением, шеф! – Улыбнувшись ему, Лиз тоже наклонилась и стала подбирать сломанные лилии. – Наверное, нужно проверить камеры видеонаблюдения, я одну заметила на парковке. Затем поговорить с тем, кто поддерживает на кладбище порядок. Здесь же есть кто-то – косильщики, смотрители, – а такое количество цветов за пять минут не… – Ее голос вдруг оборвался. – Мэтт? Что это? – Она показывала на вазу, которую он как раз безуспешно пытался оттереть от брызг грязи.

Из земли прямо перед вазой торчал кусок белого пластика. Он осторожно отгреб землю в сторону. Небольшая папка с застежкой.

– Подожди. Не трогай. – Лиз нагнулась поближе, доставая из кармана защитные перчатки. – Я возьму.

Мэтт просто смотрел, как она извлекает пластиковую папку из земли. Спрашивать, что там, не было смысла. Он и сам видел сквозь полупрозрачный пластик знакомый конверт.

– Зараза! Дерьмо! Какого хрена ему еще надо?!

Совершенно нехарактерная для Лиз и почти что комическая тирада помогла ему сохранить самообладание. Она совершенно права – нужно научиться справляться с собой. В конце концов, следовало бы уже и привыкнуть. Просто очередной конверт, один из многих.

– Интересно, какой скелет он достал из шкафа на этот раз.

– А сколько их у тебя там? – Лиз удивленно задрала брови и коротко рассмеялась.

– Похоже, многовато. – Мэтт протянул руку за папкой, однако Лиз ее не отдала.

– Что бы там ни оказалось, мы будем действовать разумно, договорились?

– Договорились.

– Вот и хорошо. Значит, что – отвезем сперва в участок? Чтобы все было аккуратно?

Баллард тоже натянул перчатки.

– Единственное, чего мы добьемся – оттянем время, чтобы подольше не заглядывать внутрь. Давай прямо здесь.

– Тогда в машине, Мэтт. – Она двинулась к парковке. – Не здесь. И еще я предлагаю позвонить Джейсону, пусть он сразу займется камерами наблюдения.

Он кивнул, вытащил телефон и набрал номер участка. К тому моменту, как Лиз открыла дверь «Ленд Крузера», Джейсон уже запустил процесс, и патрульная машина выехала к кладбищу для беседы со смотрителем.

– Хватит тянуть резину, сержант Хэйнс. Пора открывать конверт.

Она неохотно передела ему папку.

– Приступай. Только без ерунды – не проси меня выйти из машины и укрыться за ближайшим памятником.

Мэтт извлек фотографию из привычного сложенного листа безупречно белой бумаги и уставился на нее.

– Кто это? – спросила Лиз чуть ли не шепотом.

Мэтт попытался ответить, но мозги не функционировали.

– Мэтти, кто это?

– Лора.

– Твоя подружка? Которая исчезла?

Баллард молча кивнул, не отрывая взгляда от фото. Лора. Волной нахлынули воспоминания. Дело было на сборище байкеров. День тогда выдался жаркий и солнечный. Лора пришла к нему в шортах. Он рассердился и заставил ее надеть свои защитные кожаные штаны. Она весь день на него за это дулась. Снимок сделал приятель: молодой Мэтт на снимке улыбался, а Лора – нет. Казалось, все случилось буквально вчера.

Он осторожно коснулся глянцевой поверхности затянутым в перчатку пальцем. Вот же она, прямо здесь, на заднем сиденье его старого мотоцикла, недовольная, как не знаю кто. Однако его самого рядом не было. Эту часть фотографии кто-то оторвал.

Глава 18

День начался самым приятным образом. Если бы еще не новый гость… Впрочем, полного идеала никогда не бывает.

Тед рассчитывал, что мальчика можно будет и не усыплять – в конце концов, они находятся на совершеннейшем отшибе. Даже за корреспонденцией нужно самому заезжать на почту, до ближайших соседей несколько миль; опасности никакой. Однако паршивец оказался чрезвычайно голосистым, а это сильно мешало сосредоточиться, поэтому все же пришлось вколоть ему небольшую дозу весьма эффективного снотворного.