Джош Рейнольдс – Живодер (страница 75)

Фабий рассмеялся:

— Высокий мак подрезают вровень. Да. У нас на Терре была похожая поговорка. Что, боги хотят подровнять меня с остальными? И все?

— Да. И нет. — Саккара встал и принялся облачаться в простые серые одеяния. — Чем больших высот ты достигнешь, тем большая слава богам. Однако есть такие высоты, куда подниматься запрещено.

— А ты когда-нибудь спрашивал себя, почему так?

— Конечно.

— И к какому ответу пришел?

— Такова воля богов.

Фабий покачал головой.

— Банальный ответ. Ничего иного я и не ждал.

Саккара посмотрел на него:

— А какой ответ ты бы предпочел?

— Какой-то такой, который не опирается на приписывание намерений космологическим явлениям.

— Вот в этом-то и дело, ответил Саккара. — Ты противишься. Ты противишься их божественности. Ты противишься их власти. Ты отказываешь им в том, что их по праву. И все равно ты упорно противопоставляешь свою волю их воле. Вот почему они так полюбили тебя. А все, что боги любят, они стремятся уничтожить. Или сломать.

— Ты сам-то себя слышишь? — спросил Фабий.

— А ты? — переспросил Саккара. — Ты и есть тот высокий мак. Ты так настойчиво твердишь о своем превосходстве, но на самом деле ты простой мак на маковом поле. Ты никакой не особенный. Ты не выше всех. Ты такой же раб тьмы, как и любой из нас. Разница лишь в том, что ты отказываешься это признать.

— А разве раб, который отказывается признать свое рабство, уже не раб?

— Нет. Он просто еще и дурак, — ответил Саккара. Взял чашу с маслом и принялся умащивать свои доспехи. — Они предложили тебе выбор. А ты выбрал…

— Я знаю, что я выбрал. — Фабий помолчал, в голову ему пришла одна мысль. — А что случилось бы, выбери я нож?

— Это только ты можешь сказать, Патер Мутатис. Но что я знаю точно: назад дороги нет.

— И вперед тоже, — тихо сказал Фабий.

Саккара нахмурился:

— Возможно. Иногда боги хотят, чтобы мы превратились в мух, застрявших в янтаре, сохранились такими навеки, чтобы они могли наслаждаться нашей неизбывной борьбой. Возможно, такова твоя судьба.

Фабий покачал головой.

— Я слишком полезен, чтобы убивать меня… или поднять выше. — Он горько усмехнулся. — Так было всегда. Без меня Долгая война остановится, к добру или к худу. Но пока игра продолжается, я живу. Пока я живу, мои создания будут в безопасности. — Он поднял глаза, изучая незнакомые звезды над головой. — Интересно, стоял ли наш прародитель у подобного выбора? Он восседает на своем троне, застрявший между жизнью и смертью, — ради чего?

— Это другое.

— О, а я думаю, то же самое. Ибо он им полезен так же, как и я. Пока он существует, такие, как вы, обязаны бороться против него, А пока существую я, ваше число никогда не снизится до нуля, гарантируя, что война будет продолжаться. — Фабий горько рассмеялся. — Действительно, Долгая война.

— Такова воля богов, — благочестиво ответил Саккара.

Фабий фыркнул и повернулся.

— Иногда я сам удивляюсь, почему до сих пор не взорвал ту бомбу у тебя в голове.

— Ты ее не взорвал бы, даже если бы захотел. Я сумел отключить ее много лет назад. — Саккара посмотрел на него. — Пока ты был в Комморре.

Фабий нахмурился:

— Тогда почему ты все еще здесь?

Саккара улыбнулся:

— Я там, где хотят меня видеть боги.

— Знаешь, ты сошел с ума.

— Сказал один чокнутый другому.

Фабий покачал головой.

— Ну ладно. Если такова моя судьба — я приму ее с радостью. — Он подался ближе. — Я буду кормить твоих богов, пока они не лопнут, Саккара. И вы все еще скажете мне за это спасибо.

— Ересь, — ответил Саккара.

Фабий кивнул:

— Да. Думаю, да. Так ты поможешь мне или нет?

Саккара закончил умащивать свои доспехи.

— Конечно. Что тебе нужно?

— Как я уже сказал — демоны. Столько, сколько сможешь призвать.

Саккара несколько опешил:

— Я могу контролировать одновременно только нескольких.

Фабий улыбнулся:

— А про контроль я ничего не говорил.

Глава 25. РАЗБИТЫЕ ВОРОТА

Олеандр почувствовал всем телом, как орудийные системы Башни набрали заряд. Между стержнями генераторов, кольцом венчающих верхние сегменты, заметались дуги молний. Разошлись складки плоти, исторгнув огневые точки из усиленной кости под управлением развалин. Дезинтеграторы и пустотные копья загудели от разрушительной мощи, когда их расчеты приготовились к бою.

Он следил за всем этим по разнообразным голополипам, что росли вокруг него из пола. Гексахир зааплодировал, как в театре.

— Превосходно, не правда ли, Олеандр? Более тысячи орудий всех мастей, укомплектованных лучшими стрелками ковена.

— Это как раз подходящее слово, — отозвался Олеандр. На дисплеях он увидел впереди узел. Тот был укреплен, и это было как раз подходящее слово. Стены, ворота и пушки. Фабий хорошо потрудился. Очереди зенитных снарядов осветили темноту Паутины, когда Башня Плоти с грохотом поползла вперед, подгоняемая Диомоной. Та дергалась и крякала на своем троне от каждого попадания, словно Башня была просто продолжением ее тела.

Гексахир постучал по одному из полипов:

— Авара, как обстановка?

— Я разделила свои силы, как ты просил. Салар и Пешиг тоже. Мы на позициях — готовы и ждем сигнала.

— Хорошо. Вы входите после нас. Проследите, чтобы путь домой остался цел. — Гексахир повернулся: — Ждешь не дождешься, Олеандр?

— Жду не дождусь чего?

— Развязки наших приключений, — ответил гемункул. — Через пару коротких мгновений мы расколем этот жалкий бастион и выковыряем его сладкий мозг. И тогда ты исцелишься от своего недуга, а я свершу свою месть. И снова в мире станет все хорошо.

— А потом?

Маска Гексахира скривилась в улыбке.

— Это уж тебе решать. — Он снова повернулся к голополипам. — Ага, первые укрепления скоро падут. — Он повел рукой, и один из полипов расцвел, выплюнув огромное изображение. Олеандр увидел стену, увидел, как мутанты и зверье опустошают магазины боеприпасов в наступающее чудовище. Они сражались с отчаянием — и, пожалуй, с некоторой долей мужества.

А потом мелькнуло что-то серое. Олеандр чуть не повалился, шагнув вперед непослушными ногами. Наверху стены возвышалась фигура в доспехах, руководя обороной.

— Арриан, — пробормотал он. С доспехов апотекария свисали знакомые черепа.

Конечно, это Арриан. Кого еще Фабий мог поставить охранять свой порог, если не самого своего верного пса? Лучи сверкающей энергии прожигали воздух вокруг старого товарища. Крылатые развалины, выпущенные из верхних этажей Башни, пронеслись над стеной, снося на лету головы мутантам. Он увидел, как Арриан сбил одного, и картинка сместилась и раздвинулась, фокусируясь на Пожирателе Миров.