Джорджия Кейтс – Неизбежный грех (страница 48)

- Что ж, она права.

Она улыбается и возвращается к блокноту и пишет. Когда заканчивает - показывает мне. Шоколадные печеньки.

- Понимаешь, что это?

- Да,- мой голос ломается, а глаза наполняются слезами. Я чувствую прикосновение Сина к моему плечу, которым он выражает мне свою поддержку.

Я сбита с толку, как случайная незнакомка может знать такие особенные для меня вещи.

Я не хочу верить ей, но не могу остановиться от вопроса.

- С моей мамой все хорошо?

- В противном случае я бы не смогла связаться с ней,- Мэри приподнимается со стула и берет меня за руку,- Слушай внимательно, потому что это очень важно. То, что ты планируешь, не принесет тебе счастья. Если ты не оставишься, то лишишься будущего, мужа и детей.

То, что она отговаривает меня от убийства Тана, ошеломляет меня не так сильно, как два слова, произнесенных после.

- Мужа? Детей?- шепчу я.

- Ничего из того, что ты сделаешь, не изменит того, что случилось.

Она отпускает мою руку, отчего меня начинает трясти.

- Твоя мать не хочет, чтобы ты лишилась будущего, гонясь за пустой мечтой.

Одинокая слезинка скатывается у меня по щеке, и я опускаю голову, потому что не хочу, чтобы Син видел, как я плачу.

- Спасибо, Мэри.

Мы некоторое время молча прогуливаемся по улице, когда Син нарушает тишину.

- Хочешь, пойдем, выпьем по стакану чего-то крепкого?

Лучшая идея за весь день.

- Честно говоря, я бы не отказалась от нескольких стаканов.

Глава 20

Синклер Брекенридж

Я ставлю на стол пустой стакан, чтобы официант заметил, что нам нужно повторить выпивку. Двух стаканов нам явно недостаточно. Блю кивает в согласии, и новые стаканы появляются напротив нас меньше, чем за минуту.

Ни один из нас не стал обсуждать произошедшее у медиума, но я знаю, что мы оба напуганы.

Я понимаю, что Блю не собирается начинать первой, поэтому заговариваю сам.

- Это ведь было не по-настоящему? Это, наверно, какой-то розыгрыш.

- С одной стороны мне хочется верить, что это просто уловка, но с другой… Откуда она могла знать, что мама называла меня певчей птичкой. И эти печенья… Откуда она узнала, что это было особенное занятие для нас с мамой, печь их?

- Я понятия не имею.

Поверить в то, что она по-настоящему говорит с мертвыми, означает поверить и в то, что я скоро женюсь. Странно, но слышать, что я буду счастлив с женой и детьми, никак не радует меня, ведь я знаю, что эта жизнь не будет включать в себя Блю. Мое время с ней закончится скорее, чем бы мне этого хотелось, и мне это не нравится.

- Не хочу больше думать о том, что сказала та женщина. Все, чего я хочу, это выпить много виски, а потом забрать тебя домой, в нашу постель.

Блю поднимает свой стакан.

- Согласна.

Мы чокаемся и опрокидываем в себя содержимое.

Я опять ставлю стакан на стол, а когда подходит официант, говорю, что мы возьмем бутылку.

Наполовину полная бутылка приземляется на наш стол, после чего я наполняю наши стаканы.

- Тост?

- Да.

Мы с Блю смотрим друг на друга, и я понимаю, что мы чувствуем одинаково.

- За настоящее.

Блю улыбается, но улыбка не доходит до её глаз. Она выглядит… грустной.

- За то, что происходит здесь и сейчас.

Мы целуемся, как сумасшедшие, пока я пытаюсь открыть входную дверь. Я худо-бедно справляюсь с этой задачей, и мы оба вваливаемся в дом. Она идет спиной, направляясь к дивану.

- Хочу тебя прямо сейчас.

Она падает на подушки, а я остаюсь стоять меж ее разведенных бедер. Но вот она хватает меня за затылок и тянет на себя, так что наши губы снова сливаются вместе. Она действует грубее обычного. Наверное, мне стоит поблагодарить за это алкоголь.

Она сгибает колени, оборачивая свои ноги вокруг меня. Я скольжу руками по ее бедрам, пока они не достигают их верха.

- Я люблю твою задницу, она идеальна.

Она скользит своими ногами вокруг меня так, что мой пах жестко прижимается к ее.

- Твоя тоже. Обожаю впиваться в нее своими каблуками, принуждая тебя трахать меня жестче.

Мне нравится такая Блю.

Я опускаю руки к шортам Блю, не спеша, стаскивая их. Вскоре, они падают на пол, и я откидываю их подальше, тогда как она снимает свой топ.

Я устраиваю ее на диване так, чтобы ноги свисали с края и кладу на спину, после чего становлюсь на колени и кладу ее ноги себе на плечи, раскрывая их шире.

- Ты знаешь, как поставить мужчину на колени.

Ее тело содрогается, а стон срывается с губ, когда мой язык неспешно проходит по ее центру.

- Оох.

Я двигаю языком вверх и вниз, прежде чем меняю направление к круговым движениям вокруг ее клитора, после чего добавляю пальцы, чтобы погладить ее изнутри.

Ублажение Блю заводит меня. Это иногда значит, что я не осознаю, как быстро двигаюсь. Но, в этом случае, это хорошо.

- Это ощущается… ТАК хорошо, словно крылышки бабочки. Не останавливайся.

Ни за что не остановлюсь. Мне нравится лизать Блю, пока она не кончит.

- Я близко.

Есть единственная вещь, которую я люблю больше, чем это – осознание, что я единственный, с кем она когда-либо такое переживала.

Я несколько раз всасываю и отпускаю ее клитор, пока она полностью не откидывается на спину и кричит.

- О Боже! Именно здесь.

И незамедлительно чувствую, как она начинает сокращаться вокруг моих пальцев и выкрикивает мое имя.

- Ох, Син!

Ее ноги напрягаются на моих плечах, а ступнями она немного отталкивает меня от себя.

Когда она расслабляется, я понимаю, что она все еще отходит от оргазма.