Джорджетт Хейер – Бегство короля (страница 4)

– Вы меня изумляете Уилмот, честное слово! – процедил сквозь зубы Бэкингем.

– Вам не следовало бы забывать, милорд, что я на пятнадцать лет старше и опытнее вас, – парировал Уилмот.

– О, замолчите! – прервал их перебранку король. – Вам не о чем спорить, мои дорогие друзья. Решение мной принято. И теперь я в ваших руках, лорд Тэлбот.

– Мы должны известить об этом Лесли, – сказал Тэлбот и, снова подозвав к себе корнета Лейна, приказал ему скакать во весь опор по дороге и оповестить отступавших шотландцев.

Дерби произнес с явным неудовольствием:

– Ваше величество едва ли задумывались о том, что означает сей план! Переодевшись в платье простолюдина, вы будете обречены вести себя в полном несоответствии с вашим происхождением, воспитанием и высоким положением! Ваше величество не знает… и не может знать…

– Милорд, мой дорогой милорд! – прервал его король. – Мое величество вовсе не такое рафинированное, как вам кажется, поверьте.

– Сир, вы король!

– Я, может быть, и король, – ответил Карл, – но имею представление о том, как живут нищие.

При столь откровенном напоминании о финансовых затруднениях короля Дерби, дворянин старой закалки, немного напрягся.

Король попытался вглядеться в лица окружавших его людей.

– Ну, так что милорды?

Бэкингем во всеуслышание зевнул:

– Возлюбленный государь, вы сказали нам, что уже приняли решение. Мы ждем ваших приказаний.

– Мне осталось отдать лишь одно. Заботьтесь отныне только о себе. Вы более ничего не в силах для меня сделать, а за то, что уже сделано, я от души благодарю вас, милорды. Я этого не забуду.

– Тогда позвольте нам, ваше величество, сначала препроводить вас в безопасное место, а уж потом мы позаботимся и о себе, – молвил полковник Блейг.

– Но где мы найдем такое место? – спросил Бэкингем.

Дерби нерешительно произнес:

– Ежели ваше величество твердо намерены следовать принятому решению, то я знаю один дом, где вы можете по меньшей мере на день обрести надежное убежище. Он стоит особняком, и в нем живет очень порядочный человек, один из пяти братьев, которые недавно приютили меня – после разгрома моих войск под Виганом. Милорд Тэлбот, вам, должно быть, известно это место. Я говорю об охотничьем домике под названием Боскобел; он расположен в приходе Тонг, в Шропширском графстве, и принадлежит, как мне сказали, Гиффардам.

– Один из Гиффардов сейчас со мной, – сказал Тэлбот. – Но отсюда до Тонга добрых сорок миль! – усомнился он, опасаясь за короля, который с раннего утра почти весь день провел в седле.

– Меня это вполне устраивает, – решительно заявил Карл. – Вы можете проводить меня туда, лорд Дерби?

– Я бы не отважился, сир. В такой темноте только уроженец здешних мест может надеяться не сбиться с пути.

– Позовите сюда мистера Чарльза Гиффарда! – распорядился Тэлбот.

Но еще до появления мистера Гиффарда к ним подскакал Лейн в сопровождении генерала Лесли, который, судя по его голосу, был не в духе. Однако Лесли вежливо обратился к королю, предупредил его, что медлить опасно, и попросил не отставать от войска. Когда же он услышал, что Карл принял решение следовать своим путем, Лесли был сперва потрясен, а потом впал в холодное бешенство. Он в самых резких выражениях осудил взбалмошное решение короля и так язвительно отозвался о советниках, которым нельзя доверять, что в груди английских лордов всколыхнулась доселе подавляемая враждебность к чужаку, и даже те, кто горячо убеждал короля бежать в Шотландию, теперь поддержали его решение остаться в Англии.

Слушая желчную перепалку Лесли и Бакингема, король с некоторой горечью сказал лорду Тэлботу, что, когда было нужно, монарху не удалось заставить конницу Лесли схлестнуться с противником, а теперь, когда король решил отвязаться от шотландцев, это никак не получается.

У короля был звонкий голос, и поскольку он его не потрудился понизить, нелицеприятные слова немедленно дошли до ушей Лесли.

Он напряженно выпрямился в седле и молвил:

– Во всяком случае ваше величество можете быть спокойны, что мы доставим вас целым и невредимым в безопасное место!

– Я предпочел бы жить своим умом, – ответил Карл.

– Ваше величество ставит меня в крайне затруднительное положение. По долгу чести я обязан охранять вас.

На лице короля появилась грустная усмешка.

Казалось, Лесли увидел ее, несмотря на темноту, и сказал, с трудом выдавливая из себя каждое слово:

– Ваше величество винит меня в том, что никто не мог предотвратить. Если б моя смерть что-либо изменила, я бы с радостью распрощался с жизнью.

– Но толку от этого все равно не будет, – вздохнул Карл. – Я не поеду с вами в Шотландию, генерал.

– Я прошу ваше величество еще раз обдумать свое безрассудное решение. – Лесли отдал королю честь и уехал, не произнеся больше ни слова.

Король посмотрел на своих защитников: в темноте ему были видны лишь их смутные силуэты.

– Тот, кто хочет попытать счастья и намерен бежать в Шотландию, может покинуть меня и последовать за генералом Лесли, – отчетливо произнес Карл.

Никто не шелохнулся.

– Ваше величество, это ответ, – сказал Тэлбот.

Глава 2

Уайт-Ледис

В следующую минуту к дворянам подъехал корнет Лейн, за которым следовал Чарльз Гиффард. Тэлбот подозвал к себе Гиффарда и подвел его к королю. Гиффард торжественно, даже благоговейно заверил короля в своей преданности. Тэлбот вкратце рассказал ему о ближайших намерениях короля, и Гиффард после недолгого размышления пообещал выполнить роль королевского проводника.

– Вы приютите меня в своем доме? – спросил король. – Советую хорошенько подумать, я могу оказаться опасным гостем.

Это откровенное предупреждение, похоже, изумило Гиффарда.

Он опять помолчал – на сей раз, правда, лишь подыскивая слова, которые никак не подыскивались.

– Сир… все, что у меня есть… все, что мой дядя считает своей собственностью… это к услугам вашего величества. Чиллингтон… дом моего дяди конфискован, а дядя до сих пор томится в темнице, иначе я отвел бы ваше величество туда, а не в убогий охотничий домик.

– Я бы не позволил его величеству поехать в Чиллингтон, – решительно заявил Дерби. – Боскобел – гораздо большая глушь, и там, соответственно, меньше вероятность обыска. Но вы уверены, что сможете препроводить туда его величество в такой кромешной тьме?

– Да, милорд. Со мной здесь слуга Йатс, а он, смею заметить, найдет дорогу даже с завязанными глазами, ведь Йатс родом из Шропшира.

– Кто-нибудь знает, где мы сейчас находимся? – поинтересовался король.

Мистер Гиффард знал:

– Я полагаю, мы в лиге от Хартлбери, сир. Нам нужно миновать Киддерминстер и двинуться по направлению к Химли, а там, если ваше величество не возражает, мы повернем на запад и удалимся от большой дороги.

– Я не возражаю, – кивнул король. – А скажите, мистер Гиффард, каким путем намерены следовать отряды Лесли?

– Они пойдут по большой дороге, сир.

– Тогда уведите меня с нее, – приказал король, – потому что я твердо решил ускользнуть от шотландцев, пока им не взбрело в голову приставить ко мне охранников. Вы можете выполнить мое желание?

– Да, сир, – ответил Гиффард. – Но для этого Киддерминстер должен остаться слева от нас, а наш путь будет лежать не через Киддерминстер, а через Стурбридж.

– Мистер Гиффард, я ваш должник. Пойдемте!

– В добрый час! – сказал Лодердейл. – Но смотрите, больше нигде задерживаться нельзя!

– Дай бог, чтобы этот парень не завел нас неизвестно куда! – пробормотал Тэлбот, обратившись к Уилмоту, когда кавалькада двинулась в путь. – Нам еще предстоит проехать сорок миль, а ведь ночь на носу!

– Уж вы бы помолчали, – резко оборвал Тэлбота Лодердейл, который, полностью разделяя ненависть короля к партии «Ковенанта»[1], правящей в Шотландии, весьма сожалел о том, что Карл отказался пробираться к шотландской границе, и в связи с этим был очень раздражен. – Да-да, помолчите, Тэлбот, ведь это вы отдали нас во власть сих господ!

Спустя милю дорога разветвлялась, и Гиффард, который ехал вместе со своим слугой впереди короля, свернул направо. Число всадников уменьшилось, ибо некоторые из них были так тяжело ранены в последнем бою за Ворчестер, что не смогли больше держаться в седле и оказались вынуждены просить приюта в деревнях. Но, в основном, отряд сохранился, всадники держались поближе друг к другу и ехали мерной рысцой. Никто не отваживался вырываться вперед, поскольку стемнело уже настолько, что нельзя было различить круп ближайшей лошади. Слуга Гиффарда достал фонарь, и его тусклый свет лишь слегка освещал дорогу, скорее напоминая этакий буй, маячивший перед отрядом, словно неяркая путеводная звезда.

Местность была холмистой, на дороге то и дело попадались рытвины, в которых стояла грязная вода. Вокруг царила такая тишина, что цоканье лошадиных подков и часто раздававшиеся всплески воды звучали неестественно громко. Время от времени в темноте внезапно вырастали силуэты огромных деревьев, однако по большей части путь лежал через открытую местность, где постоянно дул холодный ветер, грозивший дождем и несший с собой уныние.

Уже пробило одиннадцать, когда появились первые редкие домишки, и путники поняли, что они приближаются к Стурбриджу. Лишь кое-где в окнах верхних этажей горели огни. На мгновение отряд остановился, и было решено пройти через город шагом. Всадники двинулись по спящей главной улице, стараясь идти как можно тише, чтобы никто из жителей не проснулся и, высунувшись в окно, не увидел спасающегося бегством короля.