Джордж Мартин – Сказки о воображаемых чудесах (страница 119)
Без сомнения, тем клоунам из нью-эйдж было бы интересно узнать, что он явился в этот мир не котенком, а половозрелой особью. И, похоже, появился он тут абсолютно неожиданно. Он почему-то всегда полагал, что в загробной жизни вам проведут какой-то вступительный курс, а потом уж одарят новой личностью. Некое божество, напоминающее Джона Денвера, в очках без оправы и футболке с логотипом «Сьерра клуб» в непринужденной беседе выяснит, в кого повелевает ему переродиться карма. По крайней мере, в этом его убеждали нью-эйджеры. Но на самом деле все оказалось вовсе не так. Вот он летел в яму для сточных вод, и через мгновение он уже мечтает о хрустящем «Вискасе». Вот так запросто. Ему стало интересно, что за разум освещал этот узкий череп до его прибытия. Скорее всего, разума этого было кот наплакал. Мозг с потребляемой мощностью как у светлячка смог бы контролировать большинство обычных процессов: еду, сон, перекусы, послеполуденную дремоту и так далее. Кстати, раз уж заговорили о еде….
В два мягких прыжка он оказался на полу и зазвенел на кухню, руководимый лимонным ароматом жидкости для мытья посуды и запахом спитого кофе. А полы неплохо бы подмести, подумал он с неудовольствием, заметив, как царапает мусор его бархатные подушечки.
Кошачья кормушка приютилась за ящиком умывальной стойки. Чего-то такого он и боялся, если учитывать склонность местных жильцов к пошлости. Две пластиковые миски, воткнутые в картонную кошачью фигурку. Она выкрашена в белый цвет и украшена мультяшной мордочкой. Если бы речь не шла о его еде, Дэнби бы спрыснул как следует эту кормушку и выразил этим свое профессиональное мнение. А так ему пришлось ограничиться гордым хмыканьем и склониться, дабы исследовать содержимое. Вода была несвежая, в ней плавали куски сухого кошачьего корма. Они что, думают, что он будет пить вот это? Возможно, ему следует опорожнить эту емкость; так они наверняка поймут намек. Да и корм явно не хранили в герметичном контейнере. Он презрительно его обнюхал: дешевая марка, в основном там просто хлопья. Наверное, ему придется выйти на улицу и убить какую-нибудь дичь хотя бы для того, чтобы желудок не слипся. Но сначала проверить кухню: вдруг есть какие-то другие варианты. Ему стоило значительных усилий оторвать от земли свое внушительное тело и приземлиться на столешницу. Секунду он шатался на краю раковины, пытаясь удержать равновесие (его колокольчик зловеще звенел), но, выпрямившись, он тут же беззаботно прошагал по столешнице с таким видом, словно его чувство собственного достоинства ни на секунду не подверглось опасности. В раковине он обнаружил две тарелки, оставшиеся после завтрака. В верхней — о, счастье! — остался застывший яичный желток и кусочки намасленного тоста. Он доел эти кусочки, дочиста вылизав остатки желтка своим шершавым языком. Он задумался о том, какую услугу оказал этим людям, помыв за ними тарелки.
Все еще стоя на раковине, он выглянул из кухонного окна: вдруг поймет, где находится. Газон за окном был густой и роскошный; рядом с низкой каменной стеной рос раскидистый дуб. Ну что ж, это точно не Альбукерке. Возможно, и не Калифорния: слишком уж хорошо выглядит трава. Может, он все еще в Мэриленде. Место действительно напоминало ему дом. Возможно, перемещение душ было ограничено географически, как вещание на АМ-волнах.
Вылизывая испачканную переднюю лапку, он немного поразмыслил, и ему пришло в голову посмотреть на телефон, что висел над столом. Цифры все еще что-то для него значили; выходит, читать он не разучился. И, конечно, код штата был 301. Он недалеко ушел от родных мест. Во всяком случае, в теории до Джайлса можно было лапой подать. Надо как следует все обдумать, вот прямо здесь, на подоконнике, где дневное солнце так ласково, так чудесно пригревает, и… хррр…
Несколькими часами позже его разбудил женский вопль, дама кричала: «Барсик! А ну слезай сию же минуту! Пусик, ты рад, что мамочка вернулась?»
Дэнби приоткрыл один глаз и бесцеремонно оглядел женщину. Барсик? Есть ли предел унижениям, которые ему приходится здесь терпеть? Свежая волна шампуня «Прелл» возвестила, что самопровозглашенная мамочка была кастеляншей этого буржуазного бунгало. И она отлично подходила на эту роль; брючный костюм из полиэстера, несколько подбородков… Она положила на столешницу сумку с покупками и груду писем и протянула к нему руки. «Мой лапуленька готов ням-ням?» — заворковала женщина.
Он одарил ее театральным зевком, а затем сверкнул на нее леденящим душу взглядом Аттилы. Но, похоже, очарованная миссис — он взглянул на стопку писем — Шеррод не замечала его враждебности. Она продолжала сиять на него такой улыбкой, словно он ластился к ее ногам. На самом же деле он так внимательно изучал адрес на конвертах с макулатурой, которая приходила на имя Шерродов, что едва взглянул на нее. Да он даже в городе том же остался! Его хвост победоносно задергался. Улица Морнинг Глори была ему незнакома, но он был готов побиться об заклад, что она находится в районе Сассекс-Гарден Эстейтс, как раз за объездной дорогой. Отсюда было буквально несколько километров до этого безобразия в стиле фахверк, которым владел Джайлс Эскеридж. В дорожном движении Дэнби разбирался, и если ему немного повезет, то он сможет добраться туда за пару часов. Если срезать через поля, то можно даже перекусить по дороге мышкой-другой.
Подгоняемый мыслями о свежем вкусном обеде, который будет умолять его о пощаде, Дэнби-Барсик рысцой пробежал к задней двери и принялся жалостно мяукать, скребя по двери так высоко, как только мог достать.
— Ну-ну, Барсик! — лукаво обратилась к нему миссис Шеррод. — Ты же прекрасно знаешь, что лоток стоит в ванной. Ты просто хочешь наружу, чтобы приударить за кошечками, да? — С этими словами она принялась разбирать покупки, фальшиво напевая себе под нос.
Дэнби пронзил ее удаляющуюся фигуру ядовитым взглядом, а потом вернулся к насущной проблеме. Такой же насущной, как хлеб. Надо приложить к этому руку, но в этом-то и была проблема.
Он прыжками помчался в сторону улицы; за спиной он слышал грустный вой: «Баааарсииииик!» Голос почти потонул в звоне этого треклятого колокольчика у него на шее.
Двадцать минут спустя Дэнби загорал на камне в каком-то заброшенном поле и отдыхал от быстрого бега, столь мало похожего на расслабленную прогулку. Издали доносился гул машин с федеральной автострады № 95; легкий ветерок овевал кота запахом бензина. Мчась по улицам, он успевал читать вывески и теперь лучше представлял себе, где находится. Виндзорский Лес, этот пафосный крошечный пригород, который Джайлс называл своим домом, был всего в нескольких километрах отсюда. Стоило пересечь автостраду — и он сможет срезать путь через лес. Он надеялся, что миссис Шеррод не предупредит все полицейские посты о пропавшем котике. Ему бы не хотелось, чтобы общество по защите домашних животных вмешивалось в его дела, когда он прибудет на место назначения. Надо бы снять ошейник, подумалось ему. Вряд ли кто-то примет его за бродячего, если под подбородком у него будет звенеть этот колокольчик.
По счастью, ошейник сидел неплотно. Возможно, из-за пуха вокруг головы шея казалась в два раза толще. Сказано — сделано: через пару минут сконцентрированных усилий он протолкнул ошейник лапами, и тот скользнул вперед, за уши. Теперь просто потрясти головой (дзззынь! дзззынь!) — и Барсика как не бывало. Интересно, сколько животных из тех, кто «однажды просто исчезли неведомо куда», на самом деле обзавелись новой личностью и отправились по срочным делам?
Он добежал до объездной дороги, когда еще не стукнуло пять, и тем самым избежал вечернего часа пик, когда все возвращаются с работы. Так как он знал правила дорожного движения, ему не составило особого труда пересечь шоссе в минуту затишья. Он не понимал, что такого сложного находят в этом опоссумы. Ну да, на белой полосе лежал зловонный серый труп, молчаливое предупреждение о том, как опасно не смотреть по сторонам, когда переходишь дорогу. Он понюхал тело на всякий случай, но жертва аварии пролежала здесь слишком долго, чтобы заинтересовать порядочного кота.
Оказавшись на той стороне дороги, Дэнби направился к полям, стараясь идти параллельно дороге, что вела в Виндзорский лес. Время от времени он отвлекался на стаю птиц над головой или на заманчивый шорох в траве (может, то была полевая мышь!), но все равно неуклонно продолжал свой путь. Если он не придет к дому Эскериджей к закату, ему придется ждать до утра, пока его заметят.