Джордж Мартин – Пир стервятников (страница 58)
– Да… правда, он зовется не Старк, а Сноу, – вздохнул Пицель.
– Я как-то видела его в Винтерфелле, – вспомнила королева, – хотя Старки старались убрать парня с глаз долой. Он очень похож на отца. – Побочные отпрыски Роберта тоже на него походили, но он хотя бы не тащил их к себе домой. После злосчастного случая с кошкой он заговорил было о том, чтобы привезти ко двору свою незаконную дочь. «Делай как хочешь, – сказала ему Серсея, – но знай, что город – нездоровое место для подрастающей девочки». Синяк, которого стоили ей эти слова, трудно было скрывать от Джейме, но ни о какой дочке речи больше не заходило. Не будь Кейтилин Талли такой мышью, она придушила бы Джона Сноу еще в колыбели. Теперь эта грязная работа предстоит ей, Серсее. – Сноу унаследовал от лорда Эддарда склонность к измене, – сказала она. – Отец хотел вручить Станнису державу, сын раздает ему земли и замки.
– Ночной Дозор обязуется не участвовать в войнах Семи Королевств, – напомнил совету Пицель. – Уже несколько тысяч лет черные братья соблюдают эту традицию.
– До настоящего времени. В своем письме к нам бастард подтверждает, что Дозор ничьей стороны не придерживается, но дела его изобличают лживость этих слов. Он дает кров и пищу Станнису, имея при этом наглость просить у нас людей и оружия.
– Неслыханно! – воскликнул лорд Мерривезер. – Нельзя допустить, чтобы Ночной Дозор присоединился к Станнису.
– Мы должны объявить этого Сноу предателем и мятежником, – поддержал сир Харис. – Пусть черные братья низложат его.
Великий мейстер важно кивнул, соглашаясь с ними.
– Предлагаю уведомить Черный Замок, что они больше не получат людей, пока не уберут Сноу.
– Нашим новым кораблям понадобятся гребцы, – вставил Уотерс. – Пусть лорды отправляют своих воришек не на Стену, как раньше, а к нам.
Квиберн с улыбкой подался вперед.
– Ночной Дозор защищает нас всех от снарков и грамкинов. Я за то, чтобы помочь храбрым черным братьям, милорды.
– Что вы такое говорите? – уставилась на него Серсея.
– Чистую правду. Дозор уже много лет испытывает недостаток в людях. Если лорд Станнис внял их просьбе, может ли король Томмен остаться глух? Хорошо бы его величеству послать на Стену человек сто. Якобы для того, чтобы надеть черное, а на деле…
– Чтобы сместить Джона Сноу! – восторженно завершила Серсея. Нет, не зря она взяла Квиберна в свой совет. – Именно так мы и сделаем, – засмеялась она. Если этот бастард действительно сын своего отца, он ничего не заподозрит. Еще и поблагодарит ее, прежде чем получит клинок между ребер. – Здесь, конечно, нужна осторожность. Предоставьте это мне, милорды. – Королева была довольна. Так и надо расправляться с врагами – кинжалами, а не указами. – Мы славно потрудились сегодня, благодарю вас. Есть еще что-нибудь?
– Последнее, ваше величество, – извиняющимся тоном промолвил Уотерс. – Не хотелось бы занимать совет пустяками, но в гавани ходят странные слухи. Моряки с Востока говорят о драконах…
– А также о мантикорах и бородатых снарках? – усмехнулась Серсея. – Когда услышите что-то о карликах, милорд, приходите ко мне. – Она поднялась, давая понять, что заседание окончено.
На дворе дул резкий осенний ветер, и колокола Великой Септы продолжали звонить. Два десятка рыцарей, сражавшиеся с мечами и щитами, тоже производили немалый шум. Сир Борос Блаунт проводил королеву в ее покои, где леди Мерривезер смеялась чему-то вместе с Доркас и Джаселиной.
– Что вас так рассмешило?
– Близнецы Редвин, – сказала Таэна. – Они оба влюблены в леди Маргери. Раньше они дрались из-за того, кто будет лордом Бора, а теперь вознамерились оба вступить в Королевскую Гвардию, чтобы быть рядом с маленькой королевой.
– Веснушек у них всегда было больше, чем мозгов. – Впрочем, это полезно знать. Если Орясину или Боббера застукают в постели у Маргери… Любопытно, нравятся ли маленькой королеве веснушки. – Позови сюда сира Осни Кеттлблэка, Доркас.
– Слушаюсь, ваше величество, – вспыхнув, ответила девушка.
– С чего это она так раскраснелась? – полюбопытствовала Таэна Мерривезер, когда Доркас вышла.
Теперь пришла очередь Серсеи смеяться.
– Любовь. Она положила глаз на нашего сира Осни. – Он младший из братьев Кеттлблэков, тот, что бреет бороду. У него, как и у Осмунда, волосы черные, нос крючком и улыбка всегда наготове, но на щеке, стараниями одной из шлюх Тириона, остались глубокие борозды. – Он, должно быть, пленил ее своими шрамами.
– Вот-вот, – с озорной искрой в глазах подтвердила леди Мерривезер. – Шрамы придают мужчине опасный вид, и это воспламеняет женщин.
– Как откровенно вы говорите, миледи, – поддразнила ее королева. – Если опасность так возбуждает вас, зачем же вы пошли замуж за лорда Ортона? Он очень мил, спору нет, однако… – Петир как-то заметил, что Ортон имеет большое сходство с рогом изобилия, украшающим его герб: волосы у него морковного цвета, нос как свекла, а вместо мозгов разварной горох.
– Милорд скорее добр, чем опасен, это так, – засмеялась Таэна. – Впрочем… надеюсь, ваше величество не подумает обо мне слишком плохо, но я была не совсем девицей, когда ложилась в его постель.
– Скажите же мне, кто был ваш первый любовник… такой опасный?
Таэна покраснела, сделавшись еще смуглее.
– Не стоило бы говорить… но ведь ваше величество сохранит мой секрет?
– У мужчин – шрамы, у женщин – тайны. – Серсея поцеловала Таэну в щеку.
Доркас привела сира Осни, и королева отпустила своих дам.
– Присядьте со мной у окна, сир. Вина? – Она наполнила его чашу собственноручно. – Ваш плащ сильно поношен. Я намерена дать вам новый.
– Белый? Разве кто-нибудь умер?
– Пока нет. Вы хотели бы служить в Королевской Гвардии вместе со своим братом?
– С позволения вашего величества, я предпочел бы служить в гвардии королевы. – Осни усмехнулся, отчего царапины у него на щеке сделались ярко-красными. Серсея провела по ним пальцами.
– У вас дерзкий язык, сир. Вы заставляете меня забываться помимо воли.
– Это хорошо. – Он припал губами к ее руке. – Возлюбленная моя королева.
– Вы злой. Рыцари так не поступают. – Его ладонь гладила ее груди сквозь шелковую ткань платья. – Довольно.
– Нет. Я хочу вас.
– Я уже была вашей.
– Всего один раз. – Он грубо стиснул ей грудь, и ей вспомнился Роберт.
– Одна славная ночь для одного славного рыцаря. Вы оказали мне услугу, и я вас вознаградила. – Пальцы Серсеи переместились к завязкам его бриджей, где чувствовалась твердая плоть. – Тот конь, на котором вы скакали вчера во дворе, у вас новый?
– Черный жеребец? Да. Подарок от брата Осфрида. Я назвал его Полуночником.
– Прекрасный боевой конь, но для развлечений лучше подходит резвая молодая кобылка. – Ее пальцы легонько сжались. – Скажите правду – вы находите маленькую королеву красивой?
Сир Осни настороженно отстранился.
– Пожалуй, да – для девицы. Мне больше нравятся зрелые женщины.
– Можно иметь и ту, и другую, – прошептала она. – Сорвите для меня эту розочку, и я в долгу не останусь.
– Розочку… речь ведь о Маргери? – Серсея почувствовала, что пыла у него поубавилось. – Но она жена короля. Один королевский рыцарь уже лишился головы за то, что спал с женой короля, верно?
– Это было давно. – Тот рыцарь спал с любовницей, а не с женой, и голова как раз осталась при нем. Все остальное Эйегон велел ему отрубить на глазах у женщины. Не нужно, впрочем, чтобы Осни задумывался над этой старой историей. – И Томмен – не Эйегон Недостойный. Он делает то, что велит ему мать, я же хочу, чтобы головы лишилась Маргери, а не вы.
Рыцарь пораздумал.
– А заодно и невинности?
– И ее тоже, если допустить, что она все еще невинна. – Серсея вновь провела пальцами по шрамам у него на лице. – Или вы опасаетесь, что Маргери не поддастся вашим… чарам?
– Я ей нравлюсь, – обиделся рыцарь. – Ее кузины вечно подшучивают над моим носом, но в последний раз Маргери велела Мегге замолчать и сказала, что лицо у меня красивое.
– Вот видите.
– Вижу, – с сомнением подтвердил Осни, – но что со мной будет после того, как…
– Как вы сделаете то, что задумали? – с колючей улыбкой подсказала Серсея. – Связь с королевой – это государственная измена. Томмену, хочешь не хочешь, придется послать вас на Стену.
– На Стену? – опешил рыцарь.
Она с трудом удержалась от смеха. Нет, это лишнее. Мужчины не любят, когда над ними смеются.
– Черный плащ очень пойдет к вашим глазам. И к волосам тоже.
– Со Стены люди не возвращаются.
– Вы вернетесь, но сначала убьете там одного мальчишку.
– Какого мальчишку?
– Бастарда, который сговорился со Станнисом. Он совсем молод и зелен, а с вами будет сотня людей.