Джордж Мартин – Мир Льда и Пламени (страница 63)
Король Куорвин угас через шесть дней после наследного принца, оставив преемником третьего сына. Вскоре тот кровью вписал свое имя – Харвин Твердая Рука – в историю Семи Королевств.
Когда новый король посетил верфи отца, то заявил, что «ладьи строят, дабы на них плавать», а когда осмотрел королевские склады оружия – что «мечи куют, дабы обагрять их кровью». Куорвин часто говорил, что слабость поощряет нападение, и его сын, вглядываясь в Речные земли из залива Железных людей, видел как раз слабость и смуту. Лорды Трезубца неустанно роптали под пятой Штормового короля, Аррека Дюррандона, сидящего в далеком Штормовом Пределе.
Харвин собрал войско и на сотне отцовских ладей пересек с ним залив. Севернее[67] Сигарда они беспрепятственно высадились на берег, перетащили по суше свои корабли до Синего Зубца, после чего понесли огонь и сталь вниз по течению реки. Хотя часть речных лордов и ополчилась против Харвина, большинство из них этого делать не стали – к сюзерену в Штормовых землях они не питали особой любви и еще меньше выражали преданности. В те дни считалось, что железнорожденные неистово сражаются на море, однако на суше их легко можно обратить в бегство. Тем не менее, закаленный в Спорных землях Харвин Хоар не был похож на других островитян. Разгромив всех противников, он доказал, что и на суше является столь же свирепым врагом. После того, как он нанес сокрушительное поражение Блэквудам, многие лорды Трезубца присягнули на верность Хоарам.
Со Штормовым королем, молодым Арреком Дюррандоном, Харвин встретился близ Доброй Ярмарки. Войско Аррека по численности в полтора раза превосходило силы железных и речных лордов... но оказавшиеся вдали от дома, измотанные и плохо управляемые уроженцы Штормовых земель не устояли перед людьми Хоара и были разбиты наголову. Король Аррек потерял в тот день двух братьев и половину своих людей, хотя ему и посчастливилось спасти собственную жизнь. И едва он бежал на юг, народ Речных земель восстал, и гарнизоны Дюррандона были изгнаны или перебиты. Обширные, плодородные Речные земли со всем своим изобилием перешли от Штормового Предела к железнорожденным.
Одним смелым ударом Харвин Твердая Рука вдесятеро увеличил свои владения, и Железные острова вновь стали силой, с которой следует считаться. Лорды Трезубца, присоединившиеся к островитянам в надежде освободиться от Дюррандонов, вскоре познали, что их новые повелители гораздо жестче и требовательнее старых. Харвин железной рукой будет править завоеванными областями до самой смерти и проведет больше времени на Трезубце, чем на островах – во главе хищной армии неустанно пересекая Речные земли из конца в конец, вынюхивая любой намек на восстание и собирая налоги, дань и соленых жен. Как о нем говорили люди, «его дворцом был шатер, его троном – седло».
Твердая Рука умер в возрасте шестидесяти четырех лет, и корону унаследовал его сын Халлек – человек той же породы. За все годы своего правления король посетил Железные острова лишь трижды и пробыл там меньше двух лет, что говорит о многом. Хоть он и называл себя железнорожденным, всегда держал около себя трех жрецов и приносил жертвы Утонувшему богу, в крови Халлека Хоара было больше речной воды, нежели морской. Казалось, острова представлялись ему лишь источником оружия, кораблей и людей для войска. Его царствование, еще более омытое кровью, чем отцовское, было отнюдь не столь же успешным – оно отмечено неудачными войнами против Западных и Штормовых земель, а также по меньшей мере тремя безуспешными попытками завоевать Долину (все они завершились разгромом у Кровавых Ворот).
Королю Халлеку, как и его предшественнику, пришлось править по большей части из походного шатра военного лагеря. Когда же войн не было, он повелевал своими обширными владениями из скромной крепости в самом сердце Речных земель – в Доброй Ярмарке, неподалеку от которой его отец одержал величайшую победу.
Харрен Черный, сын Халлека, возжелает лучшего стольного замка и потратит многие годы на его постройку. Но рассказ о возведении Харренхолла и о его владельце уже приводился в другом месте.
Сам же замок был уничтожен драконьим пламенем. Огонь положил конец не только мечтам короля Харрена, но и господству железнорожденных в Речных землях, а также самому «черному дому» Хоаров.
Грейджои с Пайка
Со смертью Харрена Черного и его сыновей на оставшихся без властителя Железных островах воцарилась смута.
В Речных землях королю Харрену служили многие знатные лорды и славные воины. Одни погибли вместе с ним в пожаре Харренхолла, другие – после того, как Речные земли восстали против владычества железнорожденных. Живыми до побережья удалось добраться немногим островитянам, и еще меньше оказалось тех, кто нашел среди ожидающих их кораблей несожженные и смог вернуться домой.
После событий в Харренхолле Эйгон Таргариен и его сестры обращали мало внимания на Железные острова. Нашлись более насущные дела – со всех сторон наседали могущественные враги, которых следовало сокрушить. И железнорожденные, предоставленные сами себе, сразу впали в междоусобицу.
Первым потребовавшим себе корону стал Куорен Волмарк, один из мелких лордов острова Харлоу. Его бабушка была младшей сестрой Харвина Твердой Руки, и на этом основании Волмарк провозгласил себя законным наследником «черного дома».
Под костями Нагги на Старом Вике собрались четыре десятка жрецов – возложить корону из плавника на одного из своих, босоногого праведника по имени Лодос. Он утверждал, что является живым сыном Утонувшего бога.
Вскоре на Большом Вике, Пайке и Оркмонте появились и другие претенденты. Больше года их сторонники сражались друг с другом на суше и на море. Противостояние закончилось во 2 году от З.Э. после того, как Эйгон Завоеватель на Балерионе прибыл на Большой Вик в сопровождении могучего военного флота. Железнорожденные сдались, а Куорена Волмарка Эйгон собственноручно зарубил Черным Пламенем – своим валирийским клинком. На Старом Вике жрец-король Лодос воззвал к Утонувшему богу, моля о том, чтобы кракены из бездны морской утащили на дно корабли Эйгона. Когда чудовища так и не явились, Лодос набил свои одежды камнями и вошел в море – «посоветоваться с отцом». За ним последовали тысячи верующих, и даже годы спустя волны выбрасывали на берега островов их раздувшиеся трупы, хотя тела жреца среди них так и не нашли. Оставшиеся в живых соперники с Большого Вика и Пайка (король Оркмонта был убит годом ранее) поспешили преклонить колено и присягнуть дому Таргариенов.
Но кто же будет править островами? Еще на материке одни склоняли Завоевателя к тому, чтобы сделать железнорожденных вассалами лорда Талли из Риверрана (того король назвал Верховным лордом Трезубца). Другие предлагали отдать острова Утесу Кастерли. Кое-кто и вовсе пошел на крайность, заклиная Эйгона очистить острова драконьим пламенем, чтобы навсегда забыть о «железном биче».
Король решил иначе. Эйгон собрал всех оставшихся лордов Железных островов и сообщил им, что дозволяет самим выбрать себе верховного властителя. Лорды избрали одного из своих, и их выбор никого не вверг в изумление: прославленный капитан Викон Грейджой, Лорд-Жнец Пайка, вел свой род от Серого короля. Хотя Пайк, владение Грейджоев, был меньше и беднее Большого Вика, Харлоу и Оркмонта, их род мог похвалиться древней и впечатляющей родословной – на вече былых времен только из домов Грейаронов и Гудбразеров было избрано больше королей. Но дома Грейаронов уже давно не существовало.
Измученные годами войны и доведенные до нищеты, железные люди приняли нового сюзерена без возражений.
Чтобы оправиться от ран, нанесенных падением Харрена и последовавшей за этим братоубийственной войны, Железным островам потребовалось почти целое поколение. Викон Грейджой на Морском троне Пайка выказал себя суровым, но осторожным правителем. Хотя он и не стал запрещать разбои, однако же «морским волкам» было велено, чтобы не гневить Железный трон, ограничиться чужими водами, далеко за пределами Вестероса. А раз уж Эйгон принял Семерых и был помазан верховным септоном в Староместе, лорд Викон позволил септонам вновь вернуться на острова и проповедовать Святую Веру.
Из-за этого, как всегда случалось и прежде в подобных случаях, возмутились многие набожные островитяне, а жрецы Утонувшего бога пришли в ярость. «Да пусть себе проповедуют, – обронил лорд Викон, когда ему сообщили о недовольстве. – Чтобы наполнять паруса, нужен ветер», после чего вновь напомнил своему сыну Горену, что является человеком Эйгона, а против Завоевателя и его драконов осмелится восстать лишь глупец.
Эти слова Горен Грейджой не забывал. Он стал правителем Железных островов в 33 году от З.Э., после смерти лорда Викона, и незамедлительно подавил неудачный мятеж, имевший целью восстановление «черного дома» – заговорщики хотели короновать сына Куорена Волмарка. Четыре года спустя Горен столкнулся и с более серьезным испытанием. На Драконьем Камне от удара скончался Эйгон Завоеватель, после чего был коронован его сын Эйнис, а этого принца, любезного и воспитанного, считали слабаком, не годящимся для Железного трона. Новый король еще только вникал в обязанности правителя, как по всему королевству стали вспыхивать мятежи.