Джордж Локхард – К востоку от Эдема-1. Жертвы (страница 37)
— Кроме меня. — горько улыбнулась Фатея. — Но девушкам нельзя решать свою судьбу, верно? Для этого есть на свете мужчины.
Она резко отвернулась. Высокая, нескладная фигура на мгновение замерла в дверях — и прозвучал тихий голос.
— Основа веры друидов — полное отрицание рабства. Да, Кай? — негромко спросила Фатея. Взметнулись рыжие волосы, и девушка покинула зал.
Горечь душила её словно раскалённые клещи. Наивная девчонка… Она-то считала, Кай неравнодушен к ней!
«Кому я нужна, такая!» — Фатея яростно рванула с шеи нитку жемчуга. Никакие украшения не заменят красоты. Никакие украшения не сделают её желанной. Никакие, никогда.
«Мой дар, таинственный дар колдовства — вот что их привлекает. Дойная корова!»
Она рухнула на скамью в полутёмной комнате, и разрыдалась по-настоящему. Ей хотелось бежать, бежать, бежать… Куда-нибудь, где нет людей. Где некому указывать пальцем и кричать «Ведьма!». Где никого не интересует, умеет ли она колдовать…
Постепенно рыдания затихли. Фатея приподнялась и с трудом села, уронив голову на руки. Растрепавшиеся рыжие космы заслонили и так еле чадящий факел.
«Я не стану жить в монастыре друидов» — решение пришло окончательно и бесповоротно. — Лучше смерть… — прошептала она вслух.
— Смерть никогда не бывает лучше. — послышался негромкий ответ.
Фатея в страхе вскочила со скамьи. Громадный силуэт грифона показался ей чудовищем из кошмара, Врагом во плоти. Девушка вскрикнула и прижалась к стене.
— Не бойся, что ты! — Игл с улыбкой отложил книгу. — Я совсем не страшный. Тебя ведь зовут Фатея, верно?
Судорожный кивок.
— Фатея, я ещё не успел поблагодарить тебя за спасение. — вежливо произнёс грифон и поклонился. — Спасибо.
Девушка отшатнулась.
— Игл, я… я… я только…
— Вернула мне жизнь. — невозмутимо докончил грифон. И улыбнулся.
— Не надо бояться, девочка. — произнёс он ласково. — Я просто непохож на тебя. Это ещё не значит, что я враг.
Фатея с трудом заставила себя успокоиться. Опустившись на скамью, она несмело поглядела в огромные синие глаза пернатого существа.
— Я помешала тебе, да? — тихо спросила девушка.
— Ну что ты, конечно нет. — грифон опустился на пол перед Фатеей, и она не удержалась. Перья Игла так переливались белым золотом в слабом свете факелов, он был таким тёплым, грациозным, красивым… Красивым. Девушка сползла со скамьи и зарылась лицом в перья грифона, беззвучно заплакав.
— Кто обидел мою спасительницу? — негромко спросил Игл. Фатея промолчала. Грифон осторожно расправил левое крыло и притянул к себе девушку, закутав её в перья словно в облака. Корона Мёртвых Царей зловеще мерцала в полумраке библиотеки.
— Я очень могущественный маг, Фатея. — ласково произнёс Игл. — Я могу помочь тебе. Расскажи, что случилось?
И девушка внезапно обнаружила, что рассказывает ему обо всём. О Кае, о своём даре, о поисках острова и подземельях, о совете друидов… Повесть периодически прерывалась слезами, но Игл терпеливо ждал и подбадривал Фатею. Наконец, она завершила рассказ и замерла, укутавшись в тёплые перья с головой. Грифон помолчал.
— В твоей беде маг не помощник. — вздохнул он наконец. Фатея тяжело кивнула.
— Знаю. — тихо сказала она. — Но всё равно, большое спасибо, Игл. Теперь мне легче.
— Расскажи мне подробнее о своём видении. — попросил грифон. — Я уже прочитал множество книг, но в них сплошная путаница. Даты противоречат одна-другой, куча неточностей, а самое смешное — из меня сделали великого бога-мятежника, вождя освободительной войны грифонов. И как всегда, после победы бог заснул до лучших, вернее до худших времён. Ты только представь: мои сородичи создали культ Спящего Бога, бессмертного грифона-воина, и избрали в его качестве меня! Идиосинкразия какая-то. — покачал головой Игл.
— Что?…
— Книги лгут. — пояснил грифон. — А ты говоришь правду.
Фатея вздохнула.
— Я… я ничего так не боялась, как в тот раз… — начала она. Игл слушал очень внимательно.
Только вот с каждым словом всё темнее становился синий огонь его глаз. И ярче горела Корона Мёртвых Царей.
На следующий день они принялись тренироваться. Игл начал с простых заданий — угадать число в конверте, посчитать монеты в закрытом кошельке… Но Фатея рвалась вперёд, и грифон уступил. Первый опыт ясервидения они проводили наедине, в библиотеке.
В этот раз видение пришло моментально, захватив все чувства и мысли, принеся запахи и ощущения морского ветра. Фатея вскрикнула и открыла глаза.
— Я видела, видела!
Игл поспешно снял Корону с её головы.
— Что ты видела?
Девушка тяжело дышала.
— Остров! Высокие скалы, прибой… Там были грифоны, много грифонов! Они летали между берегом и утёсом, собирая какие-то обломки. Я не успела разглядеть.
— Молодец. — Игл одобрительно кивнул. — Сейчас посмотрим… — он надел Корону себе на голову и закрыл глаза. Пару минут грифон оставался в неподвижности.
— Та-ак… Северо-запад Грифа, утёс Клифрок. Вернее, тысячу лет назад он звался Клифроком… — Игл открыл глаза и улыбнулся. — Фатея, великолепно! Точность изображения потрясает. Мистика какая-то… — покачал он головой. — Хотел бы я знать, на чём основан используемый твоим даром эффект.
Фатея осторожно улыбнулась.
— Я могу и дальше посмотреть. Было совсем несложно.
Грифон погладил девушку по рыжим волосам.
— Может, не станем торопиться? — предложил он спокойно. — Для начала обучения вполне подойдёт и соседний остров.
Фатея замотала головой.
— Игл, я могу! Поверь мне, могу! Твоя Корона… — девушка запнулась. — В ней так легко смотреть! И голова совсем не болит. Давай посмотрим подальше…
— Ну чтож, попытка — не всегда пытка. — согласился Игл. — Но на этот раз примем меры.
Он бережно уложил Фатею на мягкую перину и протянул ей пышную подушку. Смущённая девушка приняла её и невольно оглянулась — не смотрит ли кто? Но в широком, светлом зале Центральной Библиотеки — это помещение грифон облюбовал под временное жильё — кроме них двоих никого не было. Фатея вздохнула.
— Я готова.
Игл снял Корону и осторожно надел её на девушку, коснувшись бриллианта когтистым пальцем и шепнув непонятную команду. Свечение талисмана слегка изменилось.
— Она тоже готова. — грифон указал на Корону. — Можно сказать, включена на запись.
Последовала короткая пауза.
— Что искать? — спросила Фатея.
— Что-нибудь не слишком отдалённое — ответил Игл. — На первый раз хватит и материка. Найди любое живое существо на материке.
Девушка закрыла глаза и расслабилась. В темноте перед ней медленно проступали контуры Библиотеки, Фатея уже привыкла смотреть закрытыми глазами.
Как обычно, она устремилась прочь из помещения, влекомая знакомым светом на горизонте. Но в этот раз источник сияния не спешил приближаться. Фатея тщетно пыталась догнать далёкую звёздочку, однако вскоре та исчезла из поля зрения. Девушка с огорчением повернула обратно.
И вновь видение явилось моментально, словно Фатея пересекла могучий поток энергии. Девушка глухо вскрикнула и неестественно замерла на перинах, превратившись в невероятно напряжённый клубок мышц. Игл поспешно протянул руку к Короне, собираясь освободить Фатею. И коснулся бриллианта.
Позже он объяснил девушке, что Корона каким-то образом спроецировала ему всё видение. Но Игл не сказал о полном единении чувств, когда на короткое время грифон и человек превратились в единое существо. Он не стал говорить о своих ощущениях. Слишком сильно было впечатление от виденного.
…Сферический зал из фиолетовой стали. Почему-то Фатея была уверена — именно стали. Неизвестный источник света заливал сферу потоками лиловых лучей. А в центре парил…
«Раван!!!» — на этот раз девушка удержалась от паники.
Дракон, (возможно, мысли Игла каким-то образом передались Фатее, но она отлично видела — Враг был живым существом из плоти и крови) парил в свободном падении, расправив грандиозные крылья и закрыв огненные глаза. Потоки света гладили зеркальную чешую, казавшуюся чёрной в лучах фиолетового цвета. Фатея была уверена — прикосновения лучей аналогичны массажу. Времени задуматься над источником подобной уверенности она не имела.
Раван не замечал наблюдения. Дракон плавно двигался, совершая странные, перетекающие одно в другое движения, задействуя всю свою великолепную мускулатуру. По чешуе словно струились лиловые молнии, так сверкала она в лучах неземного света. Грациозность и совершенство этого существа поразили Фатею в самое сердце.
Более точного удара нельзя было даже вообразить. Страдающей от уродства девушке предстала сама Красота в своём наивысшем триумфе — и нанесла смертельную рану. Фатея забыла о своих страхах.
Глаза Равана медленно открылись. На миг в них вспыхнуло изумление, быстро сменившееся жгучим интересом.