Джордж Локхард – Черное Солнце. Восход Черного солнца (страница 77)

Спустя три дня, когда Пенные горы остались далеко позади, под крыльями раскинулись бесконечные леса. Отряд уже продвинулся довольно далеко на юг, вскоре предстояло пересечь Узкое море – сто сорок миль тёплой голубой воды. Узкое море, словно пролив, отделяло экваториальный треугольник материка Арахаб от Этана, изогнутым луком тянувшегося на север почти до самого полюса. С запада между Арахабом и Этаном находился небольшой, почти круглый континент Арнор, а ещё дальше к западу начиналась огромная, плодородная Элирания. С востока все материки омывал безграничный океан Ардар; он был настолько велик и грозен, что никто ещё не пытался переплыть или перелететь его бурные воды. Немногочисленные мореплаватели, рисковавшие углубляться в Ардар, либо пропадали там навсегда, либо возвращались с ужасными историями о поясе бурь, непрерывно бушевавших вдоль всего меридиана планеты. Никто не догадывался, что тысячелетие назад, эти бури были вызваны одним могущественным драконом по имени Коршун, желавшим раз и навсегда оградить гигантский континент Локх от посягательств со стороны людей и эльфов.

Страна драконов, о которой Тиамат и Альтаир имели лишь весьма отдалённое понятие, занимала почти всё восточное полушарие Уорра, втрое превосходя по площади все остальные материки, вместе взятые. А планета Уорр достигала двадцати тысяч миль в диаметре, поэтому общая поверхность Локха была сравнима с площадью целого мира.

Создатель этого мира спроектировал экологию планеты с рассчётом, чтобы климат на всей территории Локха был идеален для драконов. Именно поэтому на других материках изобиловали пустыни, ледяные поля, зоны диких ветров и другие не самые приятные следы буйства природы. Впрочем, винить древнего дракона в несправедливости было бы неверно – когда он творил землю для своих потомков, остальные материки были почти необитаемы…

Альтаир и Тиамат обо всём этом, разумеется, не имели понятия, хотя и приходились тому дракону родными внуками. Они знали лишь, что сразу за тёплыми водами Узкого моря, под крыльями потянулись дикие чащобы джунглей. Никто из путешественников здесь прежде не бывал, даже грифоны – они посещали Долину с запада, через Арнор.

Ночевать стало опасно. Двенадцатый день полёта все в отряде запомнили надолго, поскольку едва Альтаир приземлился на полянке, как из чащи прямо на него прыгнул громадный полосатый лев без гривы и с огромными клыками, торчавшими из пасти даже когда та была закрыта.

Дракончику страшно повезло, что он стоял лицом к нападающему. А саблезубый лев не успел понять всей глубины своей ошибки, поскольку оказался пробит мечом Альтаира и умер быстрее, чем Тиамат и грифоны успели вздрогнуть.

– Что за чудовище? – с огромным любопытством спросил Джихан. Тиамат осмотрела тело и зявила, что в книге «Описания южного предела» такие существа назывались махайродами, и автор утверждал будто их давно не осталось.

– Сюда бы этого автора… – буркнул Альтаир. Он страшно перепугался, хотя и делал вид словно ничего особенного не произошло.

Заметив, что убитый зверь был самкой, Джихан немедленно предложил поискать в кустах детёнышей и забрать с собой. Оба дракончика разом помрачнели.

– Устроимся на ночлег в другом месте, – не ожидая ответа, Тиамат расправила крылья. Альтаир также взлетел; грифонам и людям ничего не оставалось, как последовать за драконятами.

В этот раз место выбирала Тия. Она указала на вершину небольшого холма посреди довольно широкой поляны, где по какой-то причине росли лишь колючки.

– Там странные камни… – попытался предупредить Алдар, но его никто не слушал. Едва отряд опустился на холм, как Альтаир схватил лук и с криком «Я на охоту!» бросился в чащу. Его примеру немедленно последовал и Джихан; вскоре Тия, грифоны и дервиш остались наедине.

– Не нравится мне это место… – старик с тревогой указал на несколько круглых камней, аккуратно уложенных в ряд. – Как бы чего не вышло…

– Место как место, – равнодушно отозвалась Тиамат. Алдар со вздохом уселся в траву рядом с Гарпией. Грифоны оглядывались.

Минут сорок никто не нарушал тишины. Альтаир и Джихан пока не вернулись, они направились в разные стороны для более успешной охоты. Тия молча разглядывала огромных тропических муравьёв, бегавших по камням.

– Похожи на нас, правда? – внезапно спросил старик. Драконочка вздрогнула.

– Муравьи?…

– Да. Тия ответила не сразу.

– Мы осознаём свои поступки, – сказала она наконец.

– Не всегда.

– Всегда. Алдар улыбнулся.

– Тогда ответь, почему вы улетели с той полянки? Что-то в его голосе заставило драконочку обернуться.

– Там было опасно.

– Нет, причина в другом, – дервиш очень странно посмотрел на Тиамат. – Вам стало стыдно, что пришлось убить львицу? Крылатая помолчала.

– Нет, – ответила она наконец. – Просто… Это не объяснить. У нас, драконов, есть… определённые законы. Но это не законы, как их понимают люди…

– Инстинкты, – подсказал Тахион.

– Верно, – согласилась Тия. – Инстинкты. Мой брат просто не успел разглядеть, кто на него напал, иначе удар не был бы смертельным. Гарпия склонила голову на бок.

– Так это правда? – спросила она. – Вы действительно неспособны убивать детёнышей? Тия вздрогнула.

– Откуда вы это взяли? – после долгого молчания поинтересовалась драконочка.

– Да так… – Тахион бросил на подругу странный взгляд. – Историей увлекаемся. Тия отвернулась.

– Да, это правда, – сказала она глухо. – Не все драконы, но в основном правда. Когда Джихан сказал о львятах… Он не знал, что причинит нам боль.

Дервиш покачал головой.

– Это очень опасный и нехороший инстинкт, Ти… госпожа. Он превращает вас в муравьёв.

– Нет, – драконочка подняла глаза. – Это очень хороший инстинкт, когда он есть у всех.

– Так не бывает.

– Так должно быть.

– Не всё в нашем мире так, как должно…

– Мы сами творим мир, нас окружающий, – твёрдо сказала Тия. – Рано или поздно, наш инстинкт станет не нужен. Рано или поздно, но мир изменится. Я в это верю. Алдар вздохнул и внимательно посмотрел на крылатую.

– Знаешь, что говорили о драконах много-много лет назад, в другой стране? – спросил он тихо. – Про вас говорили, что драконы – гости из будущего. Вы не приспособлены к дикому миру, что нас окружает. Вы райские птицы, низвергнутые в ад. Тиамат горько улыбнулась.

– Если бы нас не было, Алдар, жители ада и не подозревали бы, что живут в аду. Ворон кажется верхом совершенства, пока не увидишь райскую птицу. Дервиш поднял палец.

– Возможно, через много лет, один молодой дракон скажет очень мудрые слова: «Тьма милосердна. Пока ты во тьме, ты волен представлять себя в винограднике грёз. Свет может показать камеру палача». И на груди этого дракона, возможно, будет сверкать столь же замечательный медальон…

– Как это, через много лет скажет? – не поняла Тиамат. Дервиш вздохнул.

– Сны, это всё сны. Мне ведь очень много лет, юная госпожа. Куда больше, чем кажется. Драконочка нахмурилась.

– Сколько же тебе лет?

– Я давно потерял им счёт, – улыбнулся Алдар. – Сегодня я дервиш в плену у драконов, завтра я странствующий певец, послезавтра – бродяга или матрос… Я – путник. Тот, кто идёт по пути…

Внезапно дервиш запнулся. На миг он обратился в камень, словно прислушиваясь к чему-то, а потом быстро обернулся к Тиамат.

– Твоя магия вернулась?

– Только частично… – драконочка встревожилась. – Что случилось?

– Дикари! – крикнул Алдар и рухнул наземь, попытавшись спрятаться в кустах. Тия и грифоны как ужаленные обернулись.

Метрах в ста от холма из чащи стрелой вылетел Джихан. За ним молча гнались несколько чернокожих людей, одетых в набедренные повязки и разрисованных сине-жёлто-красными полосами. Альтаира не было видно.

– Тахион! – вскрикнула Гарпия. Но грифон уже вскочил – он не хуже подруги помнил про цепочку на шее юноши.

– Ложись! – крикнул грифон, заметив, что один из дикарей замахнулся. Джихан немедленно рухнул в траву. Мгновением позже в волоске над ним промчались два бешено вращающихся кокосовых ореха, связанных лианой.

– Где Альтаир?!! – Тиамат и грифоны с рычанием метнулись в атаку. Заметив столь внушительное подкрепление, дикари резко повернулись и бросились наутёк.

– Стойте! – дрожащий Алдар привстал. – Это ловушка!!! Его никто не услышал.

Прежде чем крылатые успели разорвать дикарей в клочья, те скрылись в зарослях. Грифоны, для которых колючие кусты были равнозначны отказу от полёта, едва успели затормозить; но Тиамат, воспользовашись своей прочной чешуёй, с криком рванулась в погоню. Пернатые быстро переглянулись.

– Защищай пацана! – крикнул Тахион и взмыл в воздух. Кивнув, Гарпия прыгнула назад и прижала Джихана к земле.

– Не шевелись! – прошипела она.

– Отпусти! Они поймали Альтаира! Гарпия рявкнула:

– Из-за тебя чуть не погиб Тахион! Юноша не сразу понял, о чём речь. А когда понял, на миг потерял дар речи от удивления.

– О боги, я и забыл… – Джихан сорвал с шеи амулет и сунул в лапу грифонице. – Держи! А сейчас отпусти меня! Ошарашенная Гарпия отступила. Юноша вскочил.

– Где Тиамат?! Там их целая туча! От холма, спотыкаясь, бежал дервиш.

– Не ходите за ними! – закричал старик. – Это ловушка! Джихан отмахнулся.

– Помоги мне! – он вскочил на спину грифонице. – Вперёд!

– Я ничего не смогу сделать с воздуха, – возразила Гарпия. Юноша стиснул зубы.