Джонатон Марен – Война культур. Как сексуальная революция изменила западную цивилизацию (страница 32)

Движение в защиту жизни в XXI веке

Несмотря на все эти препятствия, движение в защиту жизни как в Канаде, так и в Соединенных Штатах процветает. В США на государственном уровне каждый год принимается все больше и больше законов против абортов. Ведущий обозреватель журнала Slate Мишель Голдберг назвала 2015 год, когда было принято 57 законов в защиту жизни, «худшим годом для движения за право на аборт с момента решения по делу Роу против Уэйда, 42 года назад». В дополнение к этому и по большей части благодаря упорной борьбе активистов и операций «под прикрытием», проводимых ими, были закрыты 53 абортные клиники.

Активисты по защите абортов не могут поверить в то, что вопрос абортов, который они считали закрытым десятилетия назад, до сих пор не решен. Движение в защиту жизни продолжает расти и выдвигает новые, творческие способы воздействия на общество, усиливая поддержку законов в защиту жизни нерожденных детей. Защитники абортов часто выражают свое недовольство и негатив через плакаты во время проведения акций в защиту абортов, используя такие слова: «Не могу поверить, что мне и дальше нужно протестовать против этого дерьма».

Такое положение дел беспокоит сторонников абортов. Это и побудило бывшего руководителя Национальной ассоциации по отмене законов об абортах (NARAL) Нэнси Кинан уйти в отставку в 2012 году в надежде на то, что более молодые активисты займут ее место. Это произошло в 2010 году после того, как она высказала свои опасения о возрождении движения в защиту жизни в журнале Newsweek:

Кинан беспокоит то, что она не видит огонька в представителях поколения «после Роу». По крайней мере это касается тех, кто на ее стороне. В январе этого года, когда поезд, в котором ехала Кинан, остановился на станции «Юнион Стейшен» в г. Вашингтон, ее встретила толпа активистов движения против абортов. Это был 37-й Марш за жизнь, который проходит каждый год 22-го января, в годовщину решения по делу Роу против Уэйда. «Я подумала: ничего себе – они такие молодые! – поделилась воспоминаниями Кинан. – Их так много, и они такие молодые». В этот год, по некоторым оценкам, в Марше за жизнь приняли участие 400 000 активистов, которые собрались у Капитолия[120].

Получается, что движение, основанное для того, чтобы убивать самых юных членов человеческого общества, испытывает трудности в привлечении молодежи.

Движение в защиту жизни в Канаде переживает рост вовлечения молодых людей, что не осталось незамеченным основными СМИ. Газета Toronto Star, крупнейшее и наиболее либеральное издание страны, сообщила в 2012 году, что движение в защиту жизни меняется и растет. Канадский центр биоэтической реформы (Canadian Centre for Bio-Ethical Reform), где я работаю в качестве директора по коммуникациям, увеличил штат примерно от пяти до более пятидесяти сотрудников за пять с небольшим лет. Миллионы канадцев каждый год узнают о том, что происходит с детьми во чреве матери во время аборта. Каждый день на улицы, в студенческие городки и другие общественные места выходят люди. Каждый день без исключения активисты движения в защиту жизни способствуют перемене мышления, устранению ожесточения и спасению жизней.

Заслуживает уважения тот факт, что студенты университетов проявляют желание изменить свои планы на будущее – свою жизнь – и отказаться от стремления стать врачом, юристом или учителем для того, чтобы вступить в ряды движения в защиту жизни и сделать это своей профессией. Они понимают, какую культуру создали узаконенные аборты, и не хотят с этим мириться. Они представляют собой новую контркультуру.

Одним из самых воодушевляющих событий, которые я когда-либо видел, была встреча симпатичных, улыбчивых парней и девушек с загаром от работы на улице во время проведения летних мероприятий. Они битком набились в помещение и с восторгом смотрели на небольшой экран ноутбука, где демонстрировалось видео крохотного младенца в утробе матери, который двигал ручками и ножками. Оно было записано во время проведения ультразвукового обследования. Молодежь слушала звуки сердцебиения младенца, исходящие из компьютера: пум-пум, пум-пум, пум-пум. На их лицах были такие широкие улыбки – казалось, что им было больно улыбаться.

Понимаете, мать этого ребенка планировала сделать аборт, пока не встретилась на улице с нашими активистами. В их руках были фото жертв абортов. Они делились с людьми правдой в то время, когда уровень лжи бьет все рекорды. Ребенок этой женщины не закончил свою жизнь в контейнере для человеческих останков в подсобке больницы или на мусорке за абортной клиникой. Этот ребенок родился несколько месяцев спустя в одном канадском роддоме. А после рождения ее (это была девочка) положили в руки матери. Девочку назвали Ава, она жива и здорова по сей день.

Те, кто стоят на защите жизни, всегда сталкиваются с вызовами. Многие из них кажутся непреодолимыми, а общество, опьяневшее от крови невинных младенцев, часто наносит ответный удар, злобно и грубо. Однако борьба в защиту жизни продолжается, спасение детей не прекращается.

Глава 6: Эвтаназия и евгеника

Большинство евгенистов являются сторонниками эвфемизмов. Я имею в виду то, что короткие слова заставляют их вздрагивать, а длинные слова успокаивают их. Они всецело неспособны перевести одно в другое, хотя очевидно, что смысл этих слов тот же самый. Скажите им: «Сила убеждения или даже принуждения гражданина должна предоставить ему возможность сделать так, чтобы бремя долголетия предыдущего поколения не стало несоразмерным и невыносимым, особенно для женщин». Когда вы будете говорить им эти слова, они начнут покачиваться взад-вперед как дети в кроватке перед тем, как заснуть. Скажите им: «Убей свою мать», – и они быстро остановятся. Однако эти два предложения по своей холодной логике абсолютно одинаковы.

Раньше мы жили в обществе, которое создавало законы для защиты тех, кто был «на иждивении»: самых маленьких, самых старых и инвалидов. Это делалось в осознании того факта, что высокая степень беззащитности человеческого существа соответствующим образом увеличивает нашу нравственную ответственность за него.

Теперь же рачительные стратеги сексуальной революции напирают с двух сторон: с одной стороны – абортирование нерожденных детей, а с другой – эвтаназия и «ассистированное самоубийство» пожилых, умственно неполноценных и инвалидов. И дети, и престарелые родители могут дорого обходиться и требуют много времени. Концепция «смерти с достоинством» быстро превращается в «убийство без наказания» по мере того, как наша культура находит всяческие оправдания для того, чтобы помочь неудобным людям покинуть планету Земля.

В этой сфере тоже есть сходство с абортами – наше технически продвинутое общество больше не стремится к состраданию и этическим решениям в сложных, трагических и зачастую душераздирающих ситуациях. Вместо этого мы предлагаем тот выход, который всегда предлагает Тьма: смерть. Инвалидность, иждивенчество, трудные жизненные обстоятельства. Вакуумный отсос, смертельная инъекция, кровавые щипцы. «Проблема» как будто решена. Мы больше не избавляемся от проблем – мы избавляемся от людей, и делаем вид, что это одно и то же.

Связь между абортом и эвтаназией сильнее, чем можно себе представить. Когда в Канаде в 2016 году начали вводить эвтаназию, одной из ее первых жертв стала жительница г. Калгари (провинция Альберта), которая страдала от бокового амиотрофического склероза. Она прилетела за этой процедурой в г. Ванкувер (провинция Британская Колумбия). В то время как многие врачи протестовали против легализации эвтаназии, Эллен Вибе, директор женской абортной клиники «Уиллоу», с радостью предложила свои услуги. Она заявила, что ее клиника в будущем будет предоставлять также и услуги по эвтаназии. В сферу ее деятельности в любом случае уже входило устранение человеческих существ.

Мы больше не избавляемся от проблем – мы избавляемся от людей и делаем вид, что это одно и то же.

В интимности таких убийств есть нечто, отчего бросает в дрожь. Как отметил активист в защиту жизни по имени Грегг Каннигем: «Мы первое поколение людей, которое потребовало право на убийство своих детей с помощью аборта, выполняемого по желанию, а сейчас требует право на убийство своих родителей с помощью ассистированного врачом самоубийства». Самые близкие человеческие отношения ломаются под тяжестью эгоизма и нарциссизма поколения «себя любимых». По сути, лозунг «смерть с достоинством» очень похож на другой лозунг – «не шуми сильно, с тобой покончено». Изучите историю ниже, опубликованную в 2014 году в газете «Daily Mail»:

Одна пожилая пара объявила о своих планах стать первой в мире парой, планирующей умереть от эвтаназии, несмотря на то что ни муж, ни жена не имели неизлечимых болезней.

Они просто боялись одиночества и не хотели оставаться одни в случае смерти одного из супругов.

Эти люди назвали только свои имена: Фрэнсис – 89 лет и Анна – 86 лет. Три взрослых ребенка поддержали решение этой пары и сообщили, что не смогут заботиться об одном из них в случае смерти другого супруга.

Дети дошли даже до того, что нашли медработника, который согласился выполнить двойное убийство. Законным условием проведения эвтаназии была душевная боль этой пары, которая приносила им невыносимые страдания…