Джонатан Райли-Смит – Рыцари-госпитальеры в Иерусалиме и на Кипре. Становление и развитие могущественного военно-религиозного ордена (страница 12)

Жерар де Ридфор сразу призвал к себе своего маршала Жаклена де Майи, находившегося поблизости с 80 конными рыцарями. На следующий день небольшое войско христиан пополнилось 40 простыми рыцарями из Назарета. Вблизи Сепфориса у источников Крессон они встретились с 7-тысячным мусульманским войском. И Роже де Мулен, и Жаклен де Майи не советовали атаковать превосходящие силы противника, но Жерар де Ридфор, человек горячий и бесшабашный, обвинил маршала и Роже в трусости. Небольшой отряд устремился в безнадежную атаку. Роже де Мулен и Жаклен де Майи пали бок о бок. Удалось бежать только трем тамплиерам, одним из них был магистр, который впоследствии пережил позор катастрофы еще большей, чем при Сепфорисе. Смерть Роже де Мулена была тяжелым ударом для королевства; не в последнюю очередь потому, что не стало одного из советников короля, чье мнение уравновешивало поспешные решения де Ридфора и других придворных. К тому же орден остался без вождя в опасное и трудное время. Для хрониста с далекого севера Европы аббата Арнольда Лю-бекского Роже был также вождем всех христиан. Для известного мусульманского историка Ибн аль-Атира он был «одним из наиболее прославленных христианских деятелей среди франков, который питал великую ненависть к мусульманам».

Во время правления этих пяти магистров, в период между 1160 и 1187 гг., Госпиталь продолжал накапливать свои богатства и получать новые привилегии. Это были годы, в которые он снискал наибольшую известность среди паломников в Иерусалиме. К XIII столетию более значимой стала военная составляющая ордена, а благотворительная деятельность стала второстепенной. И странноприимный дом ордена в Акре уже не имел прежней славы. А еще совсем недавно в Иерусалиме на попечении госпитальеров находилось до 2 тысяч немощных мужчин и женщин, и после сражения при Монжизаре в 1179 г. братья приняли для излечения 750 раненых.

Основным направлением деятельности ордена стала подготовка воинов и участие в политике Иерусалимского королевства. В Латинской Сирии магистры продолжили практику Раймона дю Пюи приобретения на выгодных условиях новых земель, для защиты которых требовалась военная сила. В 1168 г. орден получил права на еще незавоеванные земли в Египте, о чем будет сказано ниже. В том же году князь Антиохии Боэмунд III даровал госпитальерам значительный участок земли, который включал Апамею и большую часть правого берега реки Оронт. Большинством этих земель владели сарацины, а Апамея была оккупирована мусульманами с 1149 г. Как и графы Триполи в 1144 г., князья Антиохии передавали ордену часть своих обязанностей по охране границ на очень выгодных условиях, надеясь в то же время, что ордену удастся возвратить хотя бы часть земель, которые они потеряли. Боэмунд передал эти земли госпитальерам на правах вассалитета. Они получили полную свободу вести войны против сарацин и заключать с ними договоры, и Боэмунд обещал, что и он, и его люди окажут им поддержку. Сам он дал обязательство не заключать договор ни с мусульманами, ни с теми христианами, которые были им союзниками, не посоветовавшись прежде с братьями. В случае если он заключит договор, госпитальеры не обязаны ему следовать. Они получают все трофеи, захваченные ими, и князь не имеет права требовать даже часть их.

В 1170 г. граф Триполийский Раймунд III стал узником в Алеппо. От его имени король Иерусалимский Амори передал госпитальерам замки Арша и Гибелакар, которые были разрушены землетрясением в июле. Они были важны в стратегическом отношении, контролируя дороги из Хомса к прибрежной равнине и к Баальбеку. Гибелакар был только что отвоеван у Нур ад-Дина. Крепости были переданы вместе с сеньориальными правами графа, включая всех рыцарей и других людей в услужении. Добыча, захваченная госпитальерами, делилась только с королем, и только при условии, если он принимал участие в кампании. Его представители не имели на нее права. Привилегии ордена были подтверждены, Амори обещал блюсти их интересы и просить графа после его освобождения одобрить их.

Раймунд, видимо, так никогда и не подтвердил это дарение, и к 1180 г. замок Арша снова мог отойти к нему. Но он был обязан своей свободой отчасти госпитальерам, которые уплатили за него значительную часть выкупа. Он умер их должником, за ним оставалось 37 тысяч безантов. В знак благодарности и, возможно, в интересах частичного возвращения долга он подтвердил их привилегии и отказался от части военных трофеев, на которые претендовал его отец, участник кампании. Более того, он продолжал политику привлечения госпитальеров для охраны границ. В 1144 г., когда они приобрели замок Крак-ле-Шевалье, граф передал им права на озеро Хомс, от Хадеса до плотины на его северном берегу. В 1180 г. Раймунд передал им замок Тубан и окрестные земли, тем самым открывая им дорогу на Хомс. В следующем году он передал госпитальерам все земли, лежавшие к югу от этой сеньории. На востоке границей их был Оронт, а на западе – долина Ла-Буке и горы, среди которых возвышался замок Мелешен. Земля была дарована вместе с сеньориальным правом, хотя граф закрепил за собой право быть сеньором долины Оронта одновременно с госпитальерами. Он надеялся оставить завоеванный Хомс под своей властью, а также земли в долине. Четыре года спустя надежды Раймунда развеялись, поскольку он передал ордену все права на Хомс и его территории, которые никогда не были в руках христиан. Раймонд оставил за собой только право пользования чужим имуществом (узуфрукт). Оно распространялось на земли, которые предстояло захватить на другом берегу Оронта. Госпитальерам оставалось пользоваться землями на западном берегу реки, которые уже были переданы им. Это дарение было подтверждено Раймундом в 1186 г. и почти сразу же переподтверждено, хотя теперь граф отказался от узуфрукта на территории за Оронтом.

С приобретением Маргата в 1186 г. госпитальеры взяли под свою защиту южную часть княжества Антиохия и север графства Триполи, которым угрожали ассасины и мусульмане. Но это приобретение отличалось от предыдущих, потому что братья хотели иметь его в своей юрисдикции и были готовы платить большие суммы. Владельцу Бертрану ле Мазуару была обещана годовая рента в 2200 сарацинских безантов, и была достигнута договоренность о продолжении ее выплаты его наследникам, которые продолжали получать ее, судя по документам, еще в 1269 г. Князь Антиохийский Боэмунд получил 8 тысяч сарацинских безантов, и каждый из двух его сыновей – по тысяче безантов.

Приобретение Маргата принесло ордену привилегии подобные тем, что он получил от замка Крак-де-Шевалье и Апамеи. Если госпитальеры хотели иметь во владении сеньорию, то верно и то, что Бертран ле Мазуар не имел сил, способных защитить ее, и что Боэмунд тоже стремился защитить южную границу своего княжества. Ордену уступили права сеньора как Бертран, так и Боэмунд, включая право на своих вассалов рыцарей. Прежние соглашения о заключении договоров были немного изменены. Если Боэмунд заключал договор в отсутствие госпитальеров, то он не имел значения для них. Если, с другой стороны, госпитальеры вели переговоры с мусульманами о мире на территориях Абу-Кубайса или Гибелы (Джаблы), соседей Маргата, Боэмунд обещал выполнять условия перемирия.

На северных границах госпитальеры брали на себя задачи обороны и наступления в обмен на привилегии, что приводило к тому, что некоторые их земельные владения стали практически независимыми от князя и графа. Только в отношении Маргата можно сказать, что госпитальеры проявили частную инициативу стать владельцами сарацинской марки, хотя орден начал покупать замки за двадцать лет до этого при правлении Жильбера д’Эссайи. Так, ранее 1168 г. важный замок Бельвуар был продан госпитальерам за 1400 безантов. Количество замков, приобретенных орденом в 1160-х гг., показывает, насколько быстро росли его военные обязательства. К 1160 г. орден владел семью или восемью замками, среди которых, кроме упомянутых, были Тамарин, Бельфор, Лакум и другие. Орден помогал защищать Керак, Сидон и, вероятно, Шатель-Нёф. В 1160-х гг. он приобрел уже одиннадцать или двенадцать замков: Бельмон, Бельвер, Кастеллум Эммаус, Бельвуар, Туррис Салинарум, Шатель-Руж, Рошфор и другие. Некоторые из этих крепостей были административными центрами; были среди них и небольшие укрепления, а некоторые, как Бельвуар, были важными фортификационными сооружениями.

Увеличение количества замков во владениях госпитальеров отражало растущую роль в ордене братьев-рыцарей. Согласно сообщениям путешественника Беньямина из Туделы, уже в 1163 г. в Иерусалиме были расквартированы значительные военные силы ордена. Именно в правление Жильбера Госпиталь превращается в военный орден, появляются зачатки военной организации – маршал и кастеляны. В письме Жильбера к епископу Трани впервые появляется мысль, что госпитальеры – это «солдаты Христа». «И так мы и наши братья объединяем в себе рыцарство и веру, мы в поте лица труждаемся, защищая Святую землю. Мы не отказываемся проливать нашу кровь в битве с врагами Креста Христова, и мы приносим несравнимо большие жертвы, чем прежде, защищая его…»