Джонатан Келлерман – Дьявольский вальс (страница 7)

Две другие сестры, филиппинки лет двадцати, переглянулись и будто по безмолвному сигналу удалились.

Стефани обратилась к оставшейся медсестре:

— Доброе утро, Вики. Как наша девочка?

— Пока что ничего. — Блондинка потянулась к ячейке под номером 505W, вытащила оттуда медицинскую карту и вручила ее Стефани. Ногти медсестры были короткими и обгрызенными. Взгляд вновь остановился на мне. Мои старые чары не подействовали.

— Это доктор Алекс Делавэр, — представила меня Стефани, перелистывая историю болезни. — Наш консультант-психолог. Доктор Делавэр, это Вики Боттомли. Ведущая сестра Кэсси.

— Синди сказала, что вы зайдете, — ответила медсестра, будто объявляла неприятную новость.

Стефани продолжала читать.

— Рад с вами познакомиться, — сказал я.

— Рада познакомиться с вами.

Заслышав вызывающую враждебность в голосе медсестры, Стефани подняла голову.

— Все в порядке, Вики?

— Все замечательно, — заявила сестра, блеснув улыбкой, такой же радостной, как пощечина. — Все прекрасно. Девочка съела почти весь завтрак, и ее не тошнило, попила и приняла лекарства.

— Какие лекарства?

— Только тайленол. Час тому назад. Синди сказала, что у девочки болит голова.

— Тайленол. Один?

— Да, доктор Ивз. Для детей, жидкий, одну чайную ложку — это все записано. — Она показала на историю болезни.

— Да, вижу, — заглянув в карту, бросила Стефани. — Ну что ж, пока все хорошо, Вики, но в следующий раз никаких лекарств, даже самых безобидных, без моего разрешения. Я должна давать разрешение на все, кроме еды и питья, на все, что принимает этот ребенок. О'кей?

— Конечно, — снова заулыбалась Боттомли. — Никаких проблем. Я просто думала…

— Это не причинило вреда. Вики. — Стеф протянула руку и похлопала сестру по плечу. — Я уверена, что одобрила бы тайленол. Но, принимая во внимание прошлое этого ребенка, мы должны быть сверхосторожными, чтобы исключить реакции на лекарства.

— Да, доктор Ивз. Есть еще какие-нибудь указания?

Стефани досмотрела медицинскую карту, закрыла ее и вернула сестре.

— Нет, в данный момент никаких. Если только у тебя есть что-нибудь, о чем ты хочешь сообщить.

Боттомли покачала головой.

— Тогда о'кей. Я пойду к ним и представлю доктора Делавэра. Ты хотела бы что-нибудь рассказать о Кэсси?

Боттомли вынула из волос заколку и воткнула ее обратно, прикрепив светлые пряди к чепчику. Широко расставленные, с длинными ресницами глаза мягкого, красивого голубого цвета на напряженной шершавой плоскости лица.

— Что, например? — спросила она.

— Все, что следует знать доктору Делавэру, чтобы помочь Кэсси и ее родителям, Вики.

Боттомли некоторое время пристально смотрела на Стефани, потом повернулась, свирепо глядя на меня.

— Ничего особенного. Обычные люди.

— Я слышал, что Кэсси нервничает по поводу медицинских процедур, — заметил я.

Боттомли уперлась руками в бока:

— А вы бы разве не нервничали, если бы вас кололи столько, сколько ее?

— Вики… — начала было Стефани.

— Да, разумеется, — улыбнулся я. — Это совершенно нормальная реакция, но иногда обоснованную нервозность можно облегчить бихейвиоральной терапией[9].

Боттомли напряженно усмехнулась.

— Может, и так. Желаю удачи.

Стефани хотела что-то сказать, но я дотронулся до ее руки и предложил:

— Почему бы нам не пойти в палату.

— Конечно. — И обращаясь к Боттомли: — Запомни, никаких лекарств, только еда и питье.

Боттомли продолжала улыбаться.

— Да, доктор. Теперь, если вы не возражаете, я бы хотела отлучиться на несколько минут.

Стефани взглянула на свои часы:

— Перерыв?

— Нет. Просто хотела спуститься вниз, в магазин, и купить для Кэсси игрушечную зверюшку — знаете, такие мягкие, каких показывают в мультиках по телевизору. Она просто сходит с ума по ним. Думаю, пока вы находитесь у нее, в течение нескольких минут с ней ничего не случится.

Стефани взглянула на меня. Боттомли, как мне показалось, с удовлетворением проследила за ее взглядом, еще раз напряженно, но хмыкнула и быстро вразвалку удалилась. Накрахмаленный чепец плыл по пустому коридору, как воздушный змей, подхваченный попутным ветром.

Стефани взяла меня за руку и повела от поста.

— Извини, Алекс, я никогда не видела ее такой.

— Она и раньше была медсестрой Кэсси?

— Несколько раз — почти с самого начала. У них с Синди хорошие взаимоотношения, да и Кэсси это, кажется, нравится. Когда девочку кладут в стационар, то они просят назначить ведущей сестрой именно ее.

— Кажется, она чувствует себя так, будто Кэсси принадлежит ей одной.

— Да, Вики склонна слишком глубоко вмешиваться в дела, но я всегда смотрела на это положительно. Семьям она нравится, поскольку является одной из наиболее обязательных сестер, с какими я работала. Учитывая состояние современной морали, преданность делу — вещь, встречающаяся теперь крайне редко.

— Распространяется ли ее преданность делу на домашние визиты?

— Насколько мне известно, нет. В самом начале мы пару раз посетили их вместе с одним из врачей, чтобы установить контролирующие сон мониторы. — Стефани вдруг закрыла рот рукой. — Не хочешь же ты сказать, что Вики имеет какое-то отношение к…

— Я ничего не хочу сказать, — возразил я, размышляя, не делаю ли этого на самом деле, ведь Боттомли задела мое самолюбие. — Просто высказываю некоторые соображения.

— Гм… да, это, конечно, в некотором роде идея. Медсестра — Мюнхгаузен? И медицинское образование, на мой взгляд, как раз подходит.

— Такие случаи имели место, — подтвердил я. — Сестры и врачи хотели привлечь к себе внимание, и обычно у них действительно очень развиты собственнические инстинкты. Но если проблемы Кэсси всегда возникали дома и исчезали в больнице, то Вики исключается. Если только она не является частым гостем в доме Джонсов.

— Нет. По крайней мере, насколько мне известно, это не так. Нет, конечно, не так — я бы знала, если бы она бывала у них.

Стефани выглядела неуверенной, подавленной. Я понял, скольких сил стоит ей эта история.

— Хотелось бы знать, почему она так враждебна по отношению ко мне, — проговорил я. — Не из-за личных обид, это важно для развития отношений с семьей. Если Вики и мать так хорошо относятся друг к другу и я не нравлюсь Вики, это может повредить моей консультации.

— Резонно… Не знаю, что на нее нашло.

— Насколько я понимаю, ты не обсуждала с ней свои подозрения, касающиеся Синди?

— Нет. Ты — первый, с кем я по-настоящему заговорила об этом. Именно поэтому я объяснила ей мой запрет на лекарства тем, что опасаюсь реакции на них. По той же причине я попросила Синди не приносить из дома ничего съестного. Вики и сестры из других смен должны записывать, что ест Кэсси. — Стефани нахмурилась. — Конечно, если Вики берет на себя лишнее, она может и не следовать этим правилам. Хочешь, чтобы я ее перевела? Руководство сестринского персонала устроит мне скандал, но я надеюсь довольно быстро все уладить.

— Только не из-за меня. Давай оставим на некоторое время все как есть.

Мы зашли за пост, Стефани взяла историю болезни и вновь стала изучать ее.

— Все как будто бы в порядке, — наконец проговорила она. — Но тем не менее придется с ней поговорить.