Джонатан Ховард – Иоганн Кабал, некромант (страница 54)

– Только не надо тут из себя строить, – сказал Рейтут Слейбут. – По сути, ты не можешь вселиться в человека, так что экзорцизмом это назвать нельзя. Все, на что ты способна, – это подтолкнуть его к каким-то действиям. Но ты не можешь его контролировать.

«А вот тут ты потрудилась на славу – такой хаос устроила», – подумал он.

– В общем, скорее уж это походит на выселение.

Мимбл четко дала понять генералу Слейбуту, что разница между выселением и экзорцизмом не так уж велика и ее замечают лишь генералы в больших креслах, которые никогда не отрывают свою большую жирную…

В этот миг Рейтут Слейбут, который на самом деле только притворялся воспитанным, раздавил Мимбл Нечискертс большим пальцем, оставив лишь мокрое, попахивающее анисом пятно, и отправился докладывать Сатане. У пятна впереди было шестьсот шестьдесят шесть лет, чтобы передумать все самые отвратительные мысли, – шестьсот шестьдесят шесть лет, которые потребуются, чтобы принять былую форму.

Глава четырнадцатая

В которой Кабал вынужден поступать против воли, потому что против дьявола не попрешь

Артисты-уродцы собрались позади цирка. Кабал вернулся в свой вагон, надеясь быстро перевязать рану и сменить одежду. Носком ботинка он поднял крышку сундука, в котором хранились одеяла, но Хорста дома не было. Очень типично – когда он нужен, его никогда не бывает на месте. С грохотом опустив крышку, некромант переключился на свой черный галстук и продолжил его поправлять. Когда он закончил, на улице его уже ждали.

Кабал замер на самой верхней ступеньке и обратился к поисковым группам.

– Добрый вечер. У нас две серьезные проблемы. Во-первых, цирк прекратит свое существование через час с небольшим, а у нас еще не хватает одной души. Во-вторых, на территории цирка скрывается человек, который слишком много знает про наше предприятие, что плохо и для нас, и для него. Из-за него у нас будут неприятности, поэтому необходимо как можно скорее узнать, где он, и разобраться с ним. Костлявый?

– Угу? – тощий мужчина помахал рукой из задних рядов.

– Бэрроу удалось выбраться за пределы цирка?

– Никак нет, сэр. Пару раз он попадался нам на глаза, но стоит ему заметить нас, как он тут же исчезает из виду, словно летучая мышь в Аду, – Костлявый нахмурился. – Никогда не понимал этого выражения. Нет в Аду летучих мышей.

– Костлявый, – позвал его Кабал. – Сосредоточься, пожалуйста.

Костлявый сосредоточился.

– У главных ворот дежурит Джои. Бэрроу никуда не денется.

– Отлично. Вы организовали поисковые отряды?

– Конечно. Два. Долби, Холби и Колби с чертова колеса: они знают, как выглядит Бэрроу…

– Минутку. Кто в таком случае остался на колесе?

– А, парочка ребят Малефикаруса.

Кабал умолк. Ему не нравилось, что бывшие обитатели Бричестерской психбольницы управляли сложными механизмами цирка. Такое можно было позволить только в случае крайней необходимости.

В это время двое мужчин наблюдали за непрерывным движением чертова колеса.

– Видишь? – начал один из них. – Оно никогда не кончается. Крутится и крутится. Бесконечные углы.

– О да! Да! Воплощение Уробороса! Заглатывает свой хвост!

– Хвост? Где? Где? – принялся искать первый.

– Простите, – подала голос женщина из кабинки. – Не могли бы вы нас выпустить, наконец? Мы вот уже полчаса как катаемся – становится немного скучно.

Психи не обратили на нее никакого внимания.

– Замкнутый круг!

– Карта десять, колесо фортуны!

– Десять! Очень и очень важное число!

– Да! Нет! Разве не двадцать три?

Кабал выкинул из головы эти мысли. Все будет в порядке.

– Вторая группа?

– Создания с Призрачного поезда. Их замещают Деннис и Дензил, – поспешно добавил Костлявый, опережая вопрос Кабала.

– Похоже, у нас… – начал скелет-машинист Призрачного поезда, недавно переименованного в «Потрясающие чудеса парапсихологии», – проблемы с демаркацией территории. Я бы в жизни не подумал ступить в кабину вашего паровоза. Вам же полагается вести себя подобно призракам, пока вы там.

Машинист указал на темный въезд в аттракцион. Деннис и Дензил, втиснувшись в маленький поезд, проследили за его жестом, при этом шеи у них заскрипели, словно новые ботинки. Затем они посмотрели на машиниста Призрачного поезда и покачали головами. Дынь-дынь-дынь. В голове Дензила будто что-то каталось.

– Ладно, – сказал машинист. – Не хотите по-человечески, тогда будет по-вашему.

Деннис и Дензил переглянулись и победно закивали. Дынь-дынь-дынь.

– Конг? – крикнул машинист куда-то наверх.

На вершине горки восседала огромная механическая горилла, грозившая прохожим булыжником, сделанным (по крайней мере, на это надеялись прохожие) из папье-маше. Животное перегнулось через парапет и внимательно посмотрело на машиниста. Почему-то вверх тормашками горилла внушала куда больший страх.

– У меня проблема с этими двумя, – машинист ткнул в Денниса и Дензила.

Гигантская горилла бросила на них полный презрения взгляд, оскалила внушительных размеров клыки и зарычала своим бассо профундо, отчего в пересохших деснах Денниса и Дензила опасно зашатались зубы. То, что еще осталось от глаз Денниса и Дензила, округлилось, отчего лак на лице начал трескаться.

– Вот два наших поисковых отряда, но помимо этого есть все эти добрые люди и персонал, которые могут просто беззаботно прогуливаться по территории.

Кабал оглядел толпу и вздохнул. Большинство из них не смогло бы прогуливаться, даже выдай он им инструкцию, как это делается. Про беззаботно и речи не шло. Кроме того, некромант заметил, что одна часть группы постоянно ускользала от его взора. Сконцентрировавшись на этом месте, Кабал наконец разглядел невысокого мужчину, настолько «неприметного», что даже слово «неприметный» звучало слишком ярко для него.

– Кто вы? – спросил Кабал.

Люди, стоявшие вокруг мужчины, принялись удивленно хлопать себя по груди. Несколько минут ушло на «нет, не вы, рядом с вами, с другой стороны, нет, с другой вашей стороны», прежде чем мужчина наконец понял, что обращаются именно к нему. Что самое удивительное, несколько человек с крайним удивлением продолжали смотреть сквозь мужчину, словно его там и не было.

– Ах, вы обо мне, – сказал он вкрадчивым голосом без какого-либо акцента.

– Да, – Кабалу приходилось напрягаться, чтобы не потерять мужчину из виду. – Кто вы? Не помню вас здесь раньше.

– Меня зовут Альфред Симпкинс, сэр. Вы милостиво согласились принять меня и моих коллег, когда мы бежали из Лэйдстоуна.

– Вы один из убийц?

– Да, сэр.

– Серийный убийца?

– Все верно, сэр.

– Тогда… – Кабал смотрел на бледного маленького мужчину с редеющими, но тщательно уложенными волосами, просвечивающей сквозь них макушкой, с маленькими усиками, в маленьких очках, в дешевом костюме с заплатками на локтях и в кардигане. – Каков ваш интерес?

– Вы ищете Фрэнсиса Бэрроу, детектива-инспектора в отставке, не так ли? Я видел его в «Зале убийств» сегодня вечером. Он вынюхивал и высматривал.

Казалось, на щеках мужчины выступил легкий румянец. Несколько стоящих рядом с ним людей вдруг заметили его присутствие и вскрикнули от удивления.

«А вот это интересно, – подумал Кабал. – Его видят, только когда он проявляет эмоции. В остальных случаях он слишком безликий».

– Он вас арестовал, верно?

– Да, сэр. С вашего позволения, я хотел бы убить его.

Мужчина произнес это таким голосом, каким другие просят еще одну пинту или дополнительную упаковку йогурта.

– Если вы его найдете, то сообщите остальным. Бэрроу нужен мне живым, – мысли Кабала все еще были заняты последним неподписанным контрактом. – Никаких личных вендетт – у нас есть дело.

– Очень хорошо, сэр, – отвечал Альфред Симпкинс совершенно равнодушным тоном.

Некромант оглядел остальных и лишь затем кивнул, более или менее удовлетворенный результатом.

– Отлично. Вам известно, кого вы ищете. Так найдите его. Свободны.

Пока остальные разбредались, Кабал выхватил из толпы Костлявого.

– Костлявый, тебе мой брат на глаза не попадался? За последний час?