Джонатан Ховард – Иоганн Кабал, детектив (страница 34)
– Подозреваю, капитан, но исключительно ради полноты картины – точно так же вам стоит подозревать меня. Что же касается реальных подозреваемых… У нас был лишь Зорук, да и то лишь из-за пореза на запястье. Мы не знаем ни мотивов, ни средств, ни возможностей, и они продолжают ускользать от нас. – Тут Кабала осенило. – Скажите, капитан, вы закончили проверять остальных на предмет ранения?
Штен кивнул.
– Ни у кого не было порезов, только у Зорука. Знаете, даже если вы правы и ДеГарра убили, Зорук мог быть к этому непричастен, но он мог быть тем, кто напал на вас. Его. – Штен прокашлялся. – Допустим, его спутница тем вечером уснула. Ненадолго, но так, чтобы ему хватило времени обнаружить шахту и отправиться на поиски.
– Вы считаете, это вероятно?
– Нет, если два события никак не связаны, но ведь Зорук мог быть в сговоре с кем-то? Он попался на удочку. – Капитан снова закашлялся. Похоже, он никак не мог использовать имя леди Нинуки, когда говорил о столь отвратительных поступках, как будто тем самым предал бы ее. – Он поддался на уловки своей спутницы, что обеспечило ему алиби.
– Которым он не воспользовался.
– Которое ему не потребовалось. Он бы не называл имен, пока ему это было выгодно, тем самым его еще больше расценили бы как джентльмена, ведь он молчал, пока у него не осталось выбора.
– Интересная мысль, но есть одна проблема.
Штену его собственная гипотеза очень нравилась, поэтому он хмуро посмотрел на Кабала.
– И какая же?
– Она лежит у ваших ног. Если все было частью плана, зачем вешаться?
У Штена не нашлось ответа, и он пожал плечами.
– Простите, капитан, – сказал Кабал. – Мне думается, что он не совершал самоубийства – Зорука убил предполагаемый сообщник, вероятно, чтобы у него не было возможности переметнуться на другую сторону. Однако вы утверждаете, что в эту каюту нельзя было попасть. Если вы правы, то теория хромает.
Штен поднялся, бросил взгляд на дверь и скрестил руки на груди:
– Замок можно взломать.
Кабал кивнул:
– Действительно, – глухо и чуть опечаленно произнес он, как будто лично сталкивался с подобной неприятностью. Он направился к двери и изучил сперва замочную скважину, затем язычок и ответную планку, а потом снова замочную скважину. – Если его и вскрывали, то делал это профессионал. Я не вижу царапин или других следов, которых быть не должно. Правда, это не исключает того, что замок действительно вскрыл профи.
– Убийца, – медленно промолвил Штен. Кабал поднял брови. – Убийца! – повторил Штен, все больше прикипая к идее. – Обученный киллер! Он, или возможно она, работал с Зоруком. Тот становится явным подозреваемым и пытается уйти из-под огня. Но он не понимает, что сам стал расходным материалом!
– Вам, – строго сказал Кабал, – стоит снизить потребление кофеина и перестать читать бульварные романы. Специально обученные убийцы – в самом деле? Нет, нам надо послушать брата Уильяма из Оккама –
Глава ОДИННАДЦАТАЯ
В которой Кабал ведет себя отвратительно и проявляет любопытство
Кабал точно знал, что скажет сенцианским властям.
На границе воздушного пространства Сенцы их приветствовали военные энтомоптеры. Когда пассажиры собрались в салоне, чтобы посмотреть, как истребители, взмахивая металлическими крыльями, промчатся мимо, капитан Штен попытался объявить, что энтомоптеры – это почетная охрана, которая сопроводит их до аэропорта Парилы, пока они летят над длинной возвышенностью, что разделяет Миркарвию и Катамению. Никто ни на секунду в это не поверил. Все знали, – или быстро узнали от попутчиков, – что эскорт должен был следить за ними. Никто не сказал, что произойдет, если аэросудно отклонится от курса на Парилу, но этого и не требовалось. Ракеты и пулеметы на энтомоптерах были не для виду. Хотя, возможно, то, что пилоты не ответили на приветственные взмахи, а холодно и сурово посмотрели на них, вызвало куда более дурное предчувствие, чем орудия.
– Чертовы сенцианцы, – фыркнул Кэкон, как всегда появившись некстати. – От них не убыло бы, попробуй они улыбнуться.
Невероятное лицемерие от человека, для которого улыбка могла стать фатальной. Но слушатели молча его приняли, не удостоив комментарием, поскольку ответ спровоцировал бы Кэкона продожить беседу – слишком уж высокая цена.
В общем, заявление капитана, что энтомоптеры – их почетная охрана, никого не обмануло, как и дополнительное объявление о том, что они остановятся в Париле на целый день, чтобы пассажиры могли размять ноги и посмотреть достопримечательности. Все прекрасно понимали, что сенцианские офицеры осмотрят каждый закоулок корабля в поисках военного груза для Катамении. То есть прошерстят тонны продовольствия, которые должны были спасти катаменцев от голода, а значит, проверка затянется. Сколько мешков с картошкой можно насадить на штык в один день?
Стыковочные маневры шли медленно, но верно – главное было «не делать резких движений». Энтомоптеры выстроились чуть позади «Гортензии», готовые ринуться вниз и обстрелять судно, если что-либо в его действиях покажется лидеру эскадрона подозрительным или опасным. Капитан Штен не намеревался давать им повода и передавал сигнал о каждом повороте или изменении скорости прямиком на станцию. Пассажиры, да и, пожалуй, члены экипажа с облегчением вздохнули не столько потому, что закончилась сложная посадка, а от того, что их больше не грозились изрешетить из пулеметов или взорвать ракетами.