Джонатан Джэнз – Дети тьмы (страница 2)
Спасибо за то, что отправляетесь в путешествие в Шэйдленд. Это место, где живут грех и страх. Место, полное теней.
И зубов.
Посвящение
«Люди любят грех, Уилл, не сомневайся, просто обожают – все его формы, оттенки, размеры и запахи».
«Любовь не нежна, как говорят поэты. У нее есть зубы, чтобы кусать, и раны от них никогда не затянутся».
Часть 1. Легенды
Глава 1. Чемпионат и злоба
Неделя, когда я увидел смерть семнадцати людей, не началась с крови, монстров или серийного убийцы-садиста.
Она началась с бейсбольного матча.
Оглядываясь назад, я гадаю, могло ли все быть по-другому, если бы мы тогда проиграли. Вы, наверное, думаете, что победа в чемпионате лиги стала началом лучшего лета в моей жизни.
Нет. То лето было хуже всех остальных, а это о чем-то да говорит, ведь, несмотря на мои пятнадцать, у меня уже были дерьмовые каникулы.
Думаю, это – часть нашего возраста. Я и мой лучший друг, Крис Уоткинс, только что закончили первый год в средней школе Шэйдленда, но, хотя и считались новичками, были двумя лучшими бейсболистами среди учеников.
Это не нравилось Брэду Рэлстону и Курту Фишеру, парням на пару лет старше нас. Считалось, что они будут играть за школу как питчер и шорт-стоп, пока не появились мы с Крисом. Тем вечером, о котором я рассказываю, третьего июня, наш главный тренер следил за игрой с трибуны. Это меня нервировало. Тренер Элдрич был огромным, словно медведь, мужиком с крохотными черными глазками и полоской гитлеровских усиков. Он редко раскрывал рот, но, когда говорил, его слушали. Я всегда боялся, что он набросится на меня, разъярившись, как гризли.
Глаза тренера Элдрича не отрывались от меня, когда я, с двумя аутами, занял основную базу в начале седьмого иннинга. Моя команда проигрывала одно очко, раннеры были на второй и третьей базах. Мия Сэмюэлс тоже смотрела на меня, и, как бы я ни боялся тренера Элдрича, ее мнение значило куда больше. Потрясающие синие глаза и черные панковские иглы волос Мии сыграли в этом немалую роль, как и ее тело, если быть совсем честным, но главное, под ее взглядом я чувствовал себя кем-то большим, чем просто неудачник.
Примерно две сотни человек сидели на трибунах, температура перевалила за девяносто[1]. Я попытался не обращать внимания на толпу и жару, ведь на подаче был Брэд Рэлстон, засранец-бойфренд Мии, и, каким бы мерзавцем он ни был, подавал, как огнемет. Брэд уже поставил мне пару синяков: запустил слайдер под ребра и адский фастбол в бедро. Я знал, что он уничтожит меня без колебаний.
Я врос в землю, сказал себе быть храбрым.
Но когда первый мяч пролетел рядом, едва не оторвав мне голову, вся моя отвага испарилась.
Дрожа, я покинул поле бьющего, чтобы встряхнуться. Голос у меня за спиной сказал:
– Расслабься, Уилл. Если он попадет в тебя, ты станешь еще краше.
Обернувшись, я увидел моего лучшего друга. Он ждал в зоне разминки с желтой алюминиевой битой на плече.
– Громкие слова от такого урода, как ты.
Конечно, это была ложь. Каждая девочка в школе мечтала встречаться с Крисом Уоткинсом.
Он криво усмехнулся.
– Чем дольше ждешь, тем сильней сморщатся твои яйца.
– Ты извращенец, Уоткинс, – тихо сказал я.
– Хочешь обниму?
– Отвали, – пробормотал я и вернулся на поле бьющего.
Рэлстон ухмылялся мне, наслаждаясь моим страхом.
«Не волнуйся об этом, – сказал я себе. – Не волнуйся насчет Брэда и тренера Элдрича. Даже не думай о Мии, хотя она невообразимо горяча этим вечером».
Я взглянул на трибуну, увидел Мию, почувствовал, как запылали щеки и виски. Отбросил несколько неприличных мыслей и приготовился к подаче. Все это время Брэд возил кроссовкой в красной грязи горки питчера, мяч в его лапе казался не больше сваренного вкрутую яйца. Я заметил уродливый розовый, словно червь, шрам у него на запястье и вспомнил, что, по слухам, он порезался, в припадке ярости разбив окно в своей комнате.
Брэд все еще ухмылялся, но теперь, когда он вступил на пластину питчера, мне почудился тот же маниакальный блеск в его глазах.
Я поднял биту и стер пот с глаз.
Брэд посмотрел на раннеров. Я ждал, подняв биту, прерывисто дыша. Брэд начал замах. Я напрягся, ожидая новый фастбол в шлем.
Он просвистел по центру.
Я размахнулся.
И залепил жестким граундером в Курта Фишера, шорт-стопа и лучшего друга Брэда. Я мчался как сумасшедший, думая, что на этот раз проиграю. Я быстро бегал, но Курт был сложен как танк, вместо рук у него были пушки, и он почти никогда не ошибался.
Я посмотрел влево, чтобы узнать, летит ли мяч к первой базе, но в этот миг вечер принял первый сюрреалистичный оборот. Вместо того чтобы попасть в перчатку Курта, мяч проскочил под ней и улетел во внешнее поле. Мой граундер был обычным, я видел, как Курт ловил такие сотни раз, но не сейчас. Мы дважды вернулись к дому и стали вести.
Крис вышел на поле, и конец седьмого иннинга начался с пробежки. Крис подавал, так что шансы были хорошими. Рука у него была даже лучше, чем у Брэда, потому он и мог занять его место в команде старшей школы. Никто об этом не говорил, но, если бы Крис обыграл Брэда этим вечером на глазах тренера Элдрича, в следующем году он оказался бы впереди в иерархии игроков.
Но Крису пришлось нелегко. У нас было два аута, базы заняты, и оторвались мы только на одно очко.
Брэд вышел на поле бьющего, акселерат ростом в шесть футов четыре дюйма[2], одиннадцать раз в этом сезоне сделавший хоумран.
Первые два мяча Криса вылетели из зоны страйка: адская жара и волнение, возможно, немного повлияли на моего лучшего друга. Я подошел с позиции шорт-стопа, чтобы его успокоить.
Тихо спросил:
– Почему белки плавают на спине?
Крис раздраженно посмотрел на меня.
– О чем ты, черт возьми?
– Почему белки плавают на спине? – повторил я.
Его взгляд смягчился.
– Я знаю, ты скажешь, неважно, хочу я это услышать или нет.
Я уставился на него, подняв брови.
– Господи, – пробормотал он, снимая бейсболку и вытирая ладонью пот со лба. – Ладно, почему белки плавают на спине?
– Чтобы не замочить орешки.
Он покачал головой, но тихо хмыкнул.
– Ты придурок, Берджесс.
– Ага. Просто одержим звериными гениталиями.
Он все еще покачивал головой, но выглядел чуть лучше.
– Так что бы ты ему бросил? – спросил Крис.
– Брэд не будет размахивать битой. Бросай страйк.
Крис поднял бровь.
– А если отобьет?
Я пожал плечами.
– Я поймаю.