Джонатан Барнс – Сомнамбулист (страница 55)

— А, она вас с толку сбила, да?

— Мы озадачены, ага?

— Волнуемся очень? Скимпол старался понять.

— Там же ничего нет, только этот адрес на первой странице.

— Эта книжка жутко хитрая, — произнес Хокер с наигранной серьезностью.

Бун согласился.

— Вы ее из виду не выпускайте, сэр. Бог знает, каких бед она может натворить, когда нас рядом нету.

— Не понимаю, — устало выдохнул Скимпол.

— Да вам только адрес и нужен, — сказал Бун. — Мы получили вашу телеграмму и — алле оп! — мы уже здесь. В такой день в наше время ничего другого и не надо.

Хокер достал из кармана ярко-зеленое яблоко, потер о лацкан блейзера и с хрустом откусил.

— Конечно, в другой день и в другие времена все было бы по-другому. Потребовалось бы много смешных символов, значков, загогулин и всякого такого прочего.

— Или много-много всяких цифр, — подсказал Бун.

— Вы всегда… — прошептал Скимпол. — Всегда так выглядите?

— Я всегда так выгляжу, а, Бун?

— К сожалению. Ты самый уродливый парень в первом классе.

— Вздор, фигня и ерунда. — Хокер шутливо толкнул его в плечо. Коротышка ответил тем же.

— Прошу вас, — напомнил о себе Скимпол. — У нас мало времени. — Он снова закашлялся.

— Дерьмовый у вас кашель, сэр.

— Надо бы вам собой заняться. Идите-ка к классной наставнице, да пусть она посмотрит. Может, освобождение выпишет, погуляете.

— Прошу вас, — пробормотал Скимпол.

— Верно-верно, сэр, — закивал Бун.

— Простите, пожалуйста. Что-то мы развеселились тут, — добавил Хокер.

— Небось мы вам двумя шалопаями кажемся, — подмигнул Бун, — но вы уж поверьте нам: дайте задание, и мы выполним его лучше любого парня в нашей школе! Старостами просто так не назначают. Ну, не жмитесь, мистер Скимпол, мы просто помираем от любопытства, чем мы можем вам услужить?

Прежде чем альбинос сумел ответить, возникла пауза — последняя возможность сделать другой шаг, другой выбор, предпочесть более спокойную, умиротворенную смерть. Но он и раньше неплохо управлялся с потугами собственной совести.

— Есть люди, которых я хочу… убрать, — произнес служащий. — Мне нужно, чтобы вы убили для меня следующих господ…

Томас Крибб открыл глаза.

Из-за нелепого хода жизни память его действовала не так, как у нас. Похоже, он вспоминал то, что должно случиться с ним, а не то, что уже произошло. Если, конечно, вы способны этому поверить.

Когда уродец открыл глаза и увидел, где находится, он все равно не понял, как сюда попал. Это самое «сюда» оказалось совершенно ему незнакомо. Мрачная комната, сырая и душная, с облезлыми, вспухшими от сырости обоями.

— Эй? — позвал он, не слишком надеясь на ответ. — Есть тут кто-нибудь?

Ничего не произошло. Чувствуя себя полным идиотом, Крибб замолчал.

Отупевший от боли, холода и трясучей дороги, он только сейчас заметил, что сидит в кресле, каким-то образом сохраняя вертикальное положение. Уродец шевельнул ногой.

Бесполезно. Оказывается, Томаса просто-напросто крепко привязали. Примотанные к подлокотникам руки онемели и почти не чувствовали веревки, глубоко врезавшейся в запястья. Его явно кто-то похитил, однако, как ни странно, он не испытывал по этому поводу ни малейшего удивления. В конце концов, разве за свою долгую-предолгую жизнь Крибб не успел нажить себе несчетное множество врагов? Голова закружилась, и тело словно сделалось невесомым. Казалось, его вырвали из жизни и теперь он взирал на нее со стороны.

Откуда-то снизу нахлынул громовой раскат, отозвавшийся болью в ушах. Поезд? Может, и так, а может, и нет.

Потом Крибб уловил чужое присутствие. Рядом во мраке чиркнула спичка, вспыхнул фитилек лампы, и ему наконец представилась возможность оценить зловещую огромность своей тюрьмы. Лучше бы он оставался в темноте.

Женское лицо, знакомое, но в то же время бездумно-стандартное, повисло перед ним во мраке.

— Мистер Крибб, — произнесла маска. — Добро пожаловать в Летнюю Страну.

Пленник попытался измыслить какую-нибудь горделивую реплику, однако сумел лишь пробормотать:

— Чего вам надо?

— Мы хотим вам помочь, — нараспев произнесла она. — Мы хотим показать вам Любовь.

Крибб вспомнил.

— Вы Шарлотта Мун!

На лице возникла сладостная ангелоподобная улыбка.

— Мое имя — Любовь.

И тут он услышал собственный крик. Первый из его воплей в этой невероятно долгой ночи.

Буна и Хокера, их еще называли Старостами, в городе издавна боялись хуже самой смерти. Безжалостные, неумолимые, они становились вестниками гибели и разрушения для каждого, кто имел глупость оказаться на их дороге. Никому не удалось еще пережить ярость Старост. Даже преступники, самые страшные, жестокие и извращенные городские рецидивисты, и те тряслись от ужаса, едва заслышав имена Буна и Хокера.

Должен заметить, их жуткая слава отнюдь не ограничивалась одним Лондоном. Баба Абу, страшный бомбейский наемный убийца прошлого века, при одном упоминании о них со страху выблевал весь свой завтрак.

Вот с этой-то живой легендой и встретился во дворе мужской школы Гэммидж мистер Скимпол. Да, что и говорить, их внешний вид мог кому-то показаться довольно комичным. Наш альбинос, например, прилагал огромные усилия, чтобы сохранять внешнее спокойствие. Вот только отнюдь не смех был готов вырваться из его груди. Странная пара распространяла вокруг себя дикий ужас. Что-то невыразимо чужеродное присутствовало в образе школ яров-джентльменов. Словно они лишь наполовину существовали в материальном мире, вечно отделенные от реальности парой дюймов.

Бун улыбнулся Скимполу — прямо как фермер индюку за неделю до Рождества.

— Убить, сэр? Ничего себе. Вот веселуха! Хокер фыркнул.

— Круто.

За всю свою долгую и весьма успешную карьеру Старосты иногда встречали мужчин и женщин, решивших посмеяться над их манерой разговора, над школьным сленгом, над их характерным идиолектом. Как вы, наверное, уже поняли, в дальнейшем упомянутые личности избавились от столь вредной привычки. Ну, может, еще малость обмочились. Может, пискнули. Несомненно, пару раз моргнули. Но смеяться? Да никогда в жизни.

Мистер Скимпол не испытывал желания отпускать шутки. Его одежда промокла от пота, а части тела, покрытые сыпью и язвами, немилосердно чесались.

— Поймите, — взмолился он. — Промедление смерти подобно. Мне нужно, чтобы вы убили двух человек.

— Они плохие ребята, да?

— Ничего хорошего не сделали?

— Хамы?

— Говнюки?

— Скоты?

— Назовите имена, сэр. Давайте.

— Имейте в виду, я делаю это не из чувства мести, — осторожно заметил Скимпол. — Только для того, чтобы защитить свою работу.

— Полностью понимаем, сэр!

— Дальше можете и не говорить!

— Хорошо же. — Скимпол болезненно закашлялся, а Хокер с Буном сочувственно зацокали языками. — Директорат в опасности. По нашему следу пустили убийцу. Он — бывший агент Охранки. Мастер своего дела. И единственное, что нам о нем известно, — его кличка.

— Так назовите нам ее, сэр, скорее!

— Не держите кота в мешке.