Джон Томпсон – Твин Пикс: Расследование убийства. Книга 1 (страница 35)

Кэтрин зло бросила трубку на рычаг и Джози услышала короткие гудки.

Джози еще несколько мгновений постояла с трубкой в руках, но потом повесила ее на рычаг и пошла в гостиную, где ее ожидали специальный агент ФБР Дэйл Купер и шериф Гарри Трумен.

А в кухне в это время Питер тщательно отчищал кофейник, пытаясь избавиться от навязчивого запаха рыбы. Хвост форели лежал рядом на разделочной доске.

Когда Джози вошла в гостиную, мужчины поднялись со своих мест.

— В чем дело, Джози? — спросил Гарри, глядя в озабоченное лицо китаянки.

— Скажите, пожалуйста, что такое «эс-ка-па-да», — по слогам произнесла последнее слово Джози.

Дэйл тут же ответил. Казалось, у него в голове находится толковый словарь английского языка.

— Эскапада — это глупая ненужная выходка, часто переломный или предательский трюк.

Джози, услышав ответ, закивала головой.

«Откуда же мне звонила Кэтрин?» — вертелась навязчивая мысль в голове Джози.

«На лесопилке ее не было, дома ее тоже нет, с самого раннего утра».

Лишь только Питер ушел на рыбалку, Джози слышала, как Кэтрин выскользнула из дома и умчалась куда-то на своем автомобиле.

А Кэтрин в это время была в загородном мотеле, в пятнадцати милях от Твин Пикса. К тому же она была не одна. В номере находился Бенжамин Хорн. Кэтрин лежала в постели, закутавшись в голубоватую простыню.

Мужчина расхаживал по номеру, спешно одеваясь. И завязывал галстук, поправляя узел, отворачивал пирит рубашки.

— Послушай, почему ты все время спешишь, куда-то удалиться? — недовольно произнесла Кэтрин, глядя на быстро одевавшегося мужчину.

— Знаешь, уже прошло больше часа, — ответил Бенжамин Хорн, одергивая рубаху.

— Когда-то мы с тобой проводили здесь целые дни, — недовольно возразила Кэтрин и привстала с постели.

Мужчина рассматривал ее в большом настенном зеркале.

Бенжамин взял с комода фужер на тонкой ножке с шампанским и сделал несколько глотков.

— За сладость наших встреч, Кэтрин, когда час кажется днем, — сладким голосом сказал мужчина.

— Хватит, хватит, Бен, ты эти слова можешь говорить своим горничным, а я не такая, как они.

— Перестань, Кэтрин, — попробовал он успокоить ее.

— Я не могу отдаваться тебе где угодно и когда угодно, в каких-то чуланах.

— Прости, Кэт, я не хотел оскорбить твои тонкие чувства, — мужчина поставил бокал на комод.

— Знаешь, я привыкла, что мы решаем все наши деловые вопросы, не забывая об удовольствии.

— Для меня это едино, — широко развел руки Бенжамин Хорн.

— И не называй меня, пожалуйста, «дорогая», старый кобель! — уже зло добавила Кэтрин, демонстрируя свои округлые, еще не утратившие свежесть плечи.

Ее нимало не заботило, что простыня сползла, обнажив полную тяжеловесную грудь.

Но Бенжамин уже одевал пиджак, одергивал рукава.

— Правда, я тоже не школьница, — уже более миролюбиво сказала Кэтрин. — Так что мы будем делать?

— Возможно, ничего и не придется делать. Еще парочка таких трагедий местного масштаба и лесопилка сама дойдет до банкротства без нашей помощи.

Бенжамин вновь подошел к комоду и наполнил свой бокал шампанским.

— Но знаешь, при нынешних темпах понадобятся годы, чтобы предприятие разорилось. Оно довольно рентабельно и работает очень неплохо. И к тому же, мой болван муженек может заглянуть в бухгалтерские книги и обнаружить эту незадачливую двойную арифметику.

— Послушай, Кэтрин, а может быть, уже пора устроить небольшой пожар, — отхлебнув изрядную дозу шампанского, сказал Бенжамин Хорн.

— Ты говоришь об удовольствии? Я вся — огонь.

— Нет, я говорю о лесопилке Пэккарда, — мужчина поставил бокал и склонился над Кэтрин.

— Там кругом валяется сухое дерево, — шепотом сказала Кэтрин и сладко потянулась.

Простыня сползла еще ниже. Мужчина склонился над женщиной и поцеловал ее в обнаженную ногу.

— Как-нибудь ночью, — сказал он.

— Как-нибудь ночью, — прошептала женщина.

— Случайная искра, — сказал мужчина.

— Да, да, случайная искра, — томно закатывая глаза, вторила ему Кэтрин.

— Теперь я прекрасно понимаю, как часы превращаются в целые дни, в дни сладости, — Кэтрин откинулась на подушку, а Бенжамин принялся сбрасывать с себя пиджак и развязывать галстук. Он буквально впился в грудь женщины.

В доме Палмеров царила гнетущая тишина. В гостиной на диване, поджав под себя ноги, сидела мать Лоры Сарра. Она не знала, чем себя занять, страшно тоскуя по своей дочери. Она не могла думать ни о чем другом, кроме как о ней.

Миссис Палмер все время чудились шаги, ей казалось, что смерть Лоры — это страшное наваждение и что дочь сейчас войдет в дом и все объяснит. Скажет, что уехала на пикник и задержалась, не смогла предупредить мать и отца.

Сарра хоть и понимала, что обманывает себя, но не переставая убеждала себя в том, что Лора жива. Она никак не могла смириться со смертью дочери.

Раздался звонок во входную дверь. Сарра встрепенулась, но не могла заставить себя подняться и пойти открыть дверь. Она услышала торопливые шаги мужа, услышала, как открылась входная дверь.

— Боже, сотвори чудо, — шептала Сарра, — сделай так, чтобы это была Лора.

Но открылась дверь в гостиную и на пороге появилась Донна Хайвер в сопровождении Лиланда. Мистер Палмер держал в руках стакан виски, с которым он уже не расставался с самого утра. Он осторожно, стараясь не шуметь, подошел к жене:

— Дорогая, пришла Донна Хайвер, она хочет поговорить с тобой.

— Хорошо, — кивнула головой Сарра. Лиланд вернулся к Донне, взял ее за руки.

— Послушай, постарайся не волновать ее. Она такая слабая и очень нервная. Постарайся занять немного времени.

— Хорошо, — сказала Донна и слегка сжала руку Лиланда. — Я постараюсь быть осторожной, не буду волновать ее.

— Хорошо, помни о чем я тебя просил, — сказал Лиланд.

Донна прошла и села на стул напротив миссис Палмер. Женщина носовым платком вытерла покрасневшие глаза, посмотрела на Донну.

— Знаешь что, Донна, я не нахожу себе места. Я не знаю, что мне делать, я так тоскую по Лоре.

Донна согласно кивнула головой. А миссис Палмер продолжала:

— Ведь тебе ее тоже недостает? — с надеждой в голосе спросила она.

— Конечно, — согласилась Донна.

— Я так тоскую, так тоскую по ней, сквозь рыдания в голосе говорила миссис Палмер.

Она уже не могла сдерживать себя, закрыла глаза и поджала губы. Ее тело сотрясал плач.

Донна сочувственно смотрела на миссис Палмер, на ее глаза навернулись слезы.

— Я так тоскую, — повторяла миссис Палмер. По ее щекам бежали крупные слезы.

Донна, чтобы хоть как-то успокоить мать Лоры, положила свою ладонь на ее руки.

Миссис Палмер как будто только и ждала этого. Она крепко сжала руку девушки и принялась гладить ее. Сарра все сильней и сильней сжимала веки. Ей казалось, что она держит руку Лоры. Она боялась открыть глаза и убедиться, что ошибается. Она плакала. А Донна отвечала на ее пожатия легкими движениями руки.