Джон Томпсон – Твин Пикс: Кто убил Лору Палмер (страница 28)
Донна и Мэдлин от этих слов прижались друг к другу еще теснее и задрожали. Рука Гарольда с острым рыхлителем почвы застыла прямо возле его щеки. Донна с ужасом смотрела на этот страшный инструмент: загнутые крючья напоминали острые когти орла. — Этот дневник, — говорил Гарольд, — не такая уж и тайна. Ты хотела знать страшную тайну — вот она. Лора ее знала…
Гарольд на некоторое мгновение смолк. Донна и Мэдлин напряженно слушали его. — Лора знала, — произнес Гарольд, — она знала, кто убил…
Рука Гарольда прижала острия рыхлителя почвы к щеке и, закрыв глаза, парень провел ими по своей коже: из разрезов потекли тонкие струйки крови. Мэдлин, не выдержав, заверещала. Донна вскрикнула. Казалось, что по лицу парня ударил лапой страшный зверь. Три кровавых борозды пролегли по лицу Гарольда — они тянулись от самого глаза ко рту.
Гарольд Смит стоял, освещенный неверным светом настольной лампы. Он прижимал свою левую руку к щеке, из-под пальцев из раны сочилась кровь. Второй рукой он высоко вознес рыхлитель почвы с острыми зубьями, испачканными в кровь. — Ты обманула меня, — торжественно и страшно вещал Гарольд Смит,-ты вошла в мою жизнь обманом, Донна. — Гарольд, я все тебе объясню…— Что? Что ты мне объяснишь? — Я хотела…— Нет, теперь объяснять уже поздно. Ты обманом вошла в мое сердце. — Она хотела только его прочесть, — вступилась за подругу Мэдлин.
Но Гарольд не обратил внимания на ее слова, как будто они находились наедине с Донной. — А ты, Донна, оказалась такой, как все. Я думал, ты другая. Я думал, ты лучше. А ты, Донна, такая же, как все остальные. — Гарольд, ведь что-то же было…— Да, но это все обман. Ты заставила меня поверить, что я снова смогу вернуться в мир, туда, где есть люди. Что все забудется, все станет на свои места. — Но, Гарольд…— Нет, я не хочу слушать тебя. Ты обманула меня. — Гарольд, послушай. Я только хотела прочесть. Ну что от этого изменилось бы? Ты же сам хотел дать мне дневник Лоры. Я просто немного нетерпелива. — Нет, ты — обманщица! — кричал Гарольд Смит, размахивая рыхлителем почвы.
Донна и Мэдлин щурились от этих движений. Трезубый рыхлитель со свистом рассекал воздух. Девушки вздрагивали и жались к стене, а Гарольд не спеша, наступал на них. Зубья рыхлителя все ближе и ближе хищно проносились перед их лицами. — Ты обманула меня! — кричал Гарольд. — Нет…— Нет, Донна, ты такая же, как все! Ты лжешь и предаешь! — Послушай…— Ты предала меня. Ты решила посмеяться надо мной, над моими чувствами. Но ты же видишь, Донна, ты сама смешна. Мне смешон твой страх. — Гарольд! Не надо!
Донна еще сильнее обняла Мэдлин. — Ты обманула меня, — Гарольд сделал резкий шаг к Донне.
Мэдлин еще крепче прижала к себе дневник Лоры. — Ты должна отдать его мне, — Гарольд протянул руку. — Нет, ты его не получишь. — Теперь он мой, — крикнула Донна.
Гарольд вскинул руку и схватил дневник. Донна обеими руками ухватилась за тетрадку и не отпускала. Тогда Гарольд Смит высоко поднял руку с нацеленными на девушек блестящими зубьями рыхлителя. — Отдайте! Отдайте дневник! — прошипел он.
Пальцы Донны разжались, дневник упал на пол. Гарольд хотел согнуться, но в это время дверь распахнулась, и в полутемную гостиную буквально ворвался Джозеф. Он в несколько прыжков преодолел расстояние, отделявшее его от Гарольда Смита, Донны и Мэдлин.
Джозеф резко оттолкнул Гарольда, тот, взмахнув руками, отлетел к стеллажу и, зацепив горшок с бледно-лиловой орхидеей, рухнул на пол. Цветок покачнулся и упал рядом с ним. Гарольд резко подхватился, наступил на цветок. Раздавленные бледно-лиловые лепестки остались лежать у стеллажа.
Девушки испуганно визжали. Гарольд Смит потянулся к дневнику. Донна и Мэдлин тоже попытались схватить тетрадь в кожаной обложке. — Убегайте, убегайте отсюда! — Джозеф буквально вытолкнул из дому Мэдлин. Донна выбежала следом. — Убегайте! — Джозеф бросился следом за девушками.
Гарольд Смит с высоко поднятым рыхлителем и со страшным рычанием бросился вслед. Но на пороге замер, как будто наткнулся на невидимую преграду. Парень зашатался, размахивая перед лицом рыхлителем. — Предатели! Предатели! Обманщики! Меня все предали! Все! Все, — шептал он, пошатываясь в дверях. — Он сейчас нас догонит! Скорее, скорее! — Не бойся, Джозеф, не бойся. Дальше двери он не пойдет. Он не умеет это делать. Он боится…
Мэдлин едва унимала дрожь в руках. Она смотрела на Джозефа и Донну. — Донна, с тобой все в порядке? — Да, да-да. — Джозеф? — Со мной все в порядке, все хорошо.
Донна буквально бросилась на грудь Джозефу, она обняла его за шею и медленно опустилась перед парнем на колени. — Ну что ты, ну что ты, Донна. Не надо, успокойся.
Слезы текли по щекам Донны.
Мэдлин тоже плакала. Страх понемногу уходил, руки переставали дрожать. — Джозеф, Джозеф, — говорила Мэдлин, — как хорошо, что ты пришел. Ты успел вовремя. Он… он бы нас убил.
А Гарольд Смит корчился в это время в своей гостиной, прижимая к груди дневник Лоры Палмер. — Ты со мной. Ты со мной, я тебя никому не отдал. Никому. Никто не сможет забрать тебя. Никто и никогда. Никто не узнает тайну, которую ты хранишь.
— Прости, прости меня, Джозеф, я сама во всем виновата. — Успокойся, Донна, успокойся, — Джозеф гладил Донну по плечам, по волосам, — успокойся, ты ни в чем не виновата. Ты самая лучшая, самая лучшая. — Нет, я виновата. — Ты самая лучшая, успокойся. А сейчас, Донна, мы должны поехать к шерифу и все ему рассказать. — Нет, нет, Джозеф. Не сейчас. Я сама во всем виновата, и сама поеду к нему. У тебя, по-моему, и так хватало неприятностей из-за меня.
Мэдлин, глядя как обнимаются Донна и Джозеф, едва сдерживала слезы. Она завидовала Донне. Джозеф ей очень нравился, ей казалось, что и она нравится Джозефу. — Джозеф, обними вначале меня крепко-крепко. — Донна, мы поедем вместе…— Нет, Джозеф, я поеду одна, я сама во всем виновата.
Когда Гарольд Смит услышал звук удаляющегося автомобиля, он поднялся с пола, на четвереньках вполз в оранжерею, схватил опрыскиватель цветов и принялся разбрызгивать воду, поливая цветы. Но в какое-то мгновение он как бы застыл, глядя в потолок. По его телу прошла судорога, пальцы рук скрючились, опрыскиватель упал на пол. Он немигающим взглядом смотрел в потолок, по его щеке текли густые капли крови. Наконец, его рот открылся, и весь дом наполнился страшным полукриком-полувоем. Гарольд, не мигая, смотрел в потолок и кричал. Потом он упал на пол и принялся биться в жутких судорогах.
Глава 12
Дэйл Купер с Одри Хорн на плече, которая еще не пришла в себя, выбежал на автостраду. Следом за ним выскочили шериф Гарри Трумен и Хогг. — Скорей, скорей, — торопил Хогг, — сейчас в казино спохватятся, и за нами будет погоня. Мы должны оторваться.
Гарри Трумен всмотрелся в ночь. — Да, Хогг, стоит нам оторваться на одну милю, и нас они больше не найдут. — Погоди, шериф, по какой дороге мы сюда приехали? — Как по какой? По автостраде. — Да? По автостраде, по-моему, слишком долго. — У тебя есть другое предложение, Хогг? — Да, у меня есть верная тропа. — Слушай, ты что, предлагаешь ехать на машинах через лес? — Да, через лес. Тогда нас никто не догонит. — Дэйл, ты слышишь, что предлагает Хогг? — Да, нам нужно отсюда скорее уносить ноги.
Хогг подбежал к Дэйлу и помог уложить Одри на заднее сиденье своего автомобиля.
Гарри, ты поедешь за нами следом. Веди машину очень внимательно, дорога не из легких. — Какая дорога? Мы что, поедем не по автостраде? — Нет, мы поедем по старой индейской тропе, которая носит название «Лосиная». — Слушай, так ведь на карте нет никаких троп? — На карте? На карте такие дороги не обозначаются. Эта дорога есть только в моей памяти. Когда-то мой дед водил меня по ней, и она сохранилась до наших дней. По ней я и смог так быстро добраться к казино. — А-а, понятно, — ответил шериф. — Послушай, Хогг, а этот нож тебе тоже достался от предков? — Да, с этим ножом мой дед ходил на медведя. — Не позавидую этим медведям, которые встречались твоему деду на Лосиной тропе. — Хватит разговаривать, шериф, давайте быстрее уносить ноги.
Мужчины быстро загрузились в машины и Хогг, с места набрав огромную скорость, помчался по автостраде. В одном, только ему заметном месте, он притормозил, резко свернул вправо, и машина оказалась в густом, почти непроходимом лесу. Шериф, который ехал следом, чертыхался, как мог, потому что он не мог сообразить, как Хогг ориентируется среди этих непролазных чащоб, как его автомобиль, петляя, находит дорогу, не цепляется за деревья и ни во что не врезается. — Да, с помощником мне повезло. Хогг — настоящий проводник, на него можно положиться.
А Хогг, пристально вглядываясь в ветровое стекло, крутил руль то вправо, то влево. Автомобиль бросало из стороны в сторону, но он все равно двигался сквозь лес.
Густые ветви елей стучали по крыше, по ветровому стеклу, загораживая дорогу. И даже специальный агент ФБР Дэйл Купер несколько раз зажмурил глаза от страха, думая, что вот-вот их полицейский джип свалится в пропасть. Дэйл поддерживал Одри, которая так и не пришла в сознание. Он расстегнул блузку на ее груди, слегка приспустил стекло, чтобы в кабину залетал свежий ветер. — Одри, Одри, — кричал Дэйл Купер.