Джон Тэйн – Самое главное приключение (страница 30)

— О, заткнись, Оле. — Капитан был начеку. — А теперь, Дрейк, расскажите нам свою версию.

— Уже очень поздно, — зевнул Дрейк. — На этот раз мне придется извиниться. Мы выступаем в пять утра. Всем спокойной ночи.

Покинув корабль, группа двинулась форсированным маршем и достигла северного берега нефтяного озера в ранние утренние часы третьего дня пути. Лейн, Андерсон, Оле и Дрейк отправились по суше. Эдит должна была прибыть на базу по воздуху. Пока мужчины находились в походе, она летала к кораблю и назад за различными припасами, которые сбрасывала в удобном месте недалеко от южной границы озера.

Ни одна деталь, связанная с безопасностью экспедиции, не была упущена из виду. Цепочка тайников с провизией между кораблем и северным берегом при любом исходе исключала голод. Группа из пяти человек могла бы каким-то образом втиснуться в самолет и таким образом быстрее достичь своей цели. Но по ряду причин решено было идти пешком, захватив с собой самое необходимое из легкого нефтеразведывательного снаряжения. Андерсон ожидал даже, что разведчики найдут признаки нефти, двигаясь слегка зигзагообразно вдоль линии тайников. Капитан был настроен вполне оптимистично.

На случай аварии на корабле люди Бронсона обустроили сорокамильную цепь складов параллельно северной бухте. В качестве последней меры предосторожности они выгрузили весь, до последнего галлона, запас горючего, спрятав его в глубокой яме в миле от берега. Даже если бы экспедиции пришлось срочно возвращаться пешком, провизии было бы достаточно. Каждый из мужчин мог унести на спине спальный мешок и небольшой паек из северных складов, которого хватило бы до побережья. Если в течение двух недель не появилось бы китобойное судно, Эдит или Оле должны были лететь на северо-восток и искать помощи на ближайшей китобойной станции. Никто из членов партии не ожидал, что произойдет худшее. Но Андерсон не верил в удачу, предпочитая шансу продуманную уверенность.

В этот момент капитан, потеряв дар речи от алчности, смотрел на тридцатимильное пространство пузырящейся черной нефти. Видя перед глазами сотню огромных состояний, он начал сожалеть о том, что пообещал долю прибыли Оле и команде. В этой огромной чаше пузырилось и кружилось больше потенциального золота, чем самый изобретательный распутник смог бы растратить за пятьдесят жизней. И все же капитан предпочел бы, чтобы Оле и команда были в этот миг где-нибудь в Галифаксе. Такова человеческая природа.

Группа ждала Эдит. Она должна была по одному с удобством перевезти всех участников похода и их рюкзаки на южный берег озера.

Оттуда они собирались сразу же направиться к колодцам, близ которых Эдит и Оле видели гревшихся монстров. Целью Лейна был разрушенный кратер. Они с Дрейком были полны решимости лично осмотреть черные скалы. Доктор надеялся также проникнуть сквозь черный дым внизу, поискать другие останки животных и добраться до уничтоженного фундамента.

Прямая атака на кратер была бы, конечно, самоубийством. Между нефтяным озером и черными скалами лежали колодцы, и общительные монстры могли собраться вокруг них в любой момент. Изголодавшиеся чудовища восприняли бы партию как легкую закуску, дарованную щедростью небес в преддверии грядущего великого пира.

Но как же тогда пересечь область колодцев, взобраться на стену кратера и достичь цели доктора? Эта головоломка занимала умы участников похода в течение первых двух дней по возвращении Эдит и Оле с дьявольским цыпленком.

Задача казалась неразрешимой. Из всех непрактичных существ не кто иной, как Дрейк, решил проблему посредством блестящей вспышки воображения. И то, что зажгло воображение Дрейка, было последним, что пришло бы в голову практичному человеку. Кто, кроме Дрейка, обратился бы за вдохновением к воспоминаниям о своих страданиях в кресле дантиста? Просидев несколько часов со стеклянным крючком длинного резинового сифона под языком, он теперь с пользой вспомнил о своих муках.

В результате Эдит и Оле в течение шести последующих дней перевезли с корабля на южный берег озера каждый свободный фуг шланга — пожарного и прочего — а также все доступные железные трубы. К обоим концам каждой секции шланга привязали тяжелые железные грузы, а конец каждой трубы они согнули под прямым углом. Этот неэффективно выглядевший хлам — клубок шлангов с двойным утяжелением и изогнутых труб — составлял весь арсенал атакующей стороны. С помощью этих приспособлений они надеялись одолеть армию огромных ящеров. В противном случае им предстояло вернуться с пустыми руками, при условии, конечно, что их прежде не съедят.

— Вот она, — объявил доктор, указывая на крошечное пятнышко на фоне синевы далеко на севере. — Оле, вы полетите первым и возьмете наши рюкзаки.

Оле, похоже, не улыбалось остаться наедине с рюкзаками на южном берегу, пока Эдит не вернется со следующим пассажиром.

— Что, если твари выйдут погреться, пока самолет будет на этой стороне?

— Но вы сказали, что колодцы расположены довольно далеко к югу от озера, — ответил доктор. — Звери не станут убегать на несколько миль от теплого места только для того, чтобы поздороваться с вами.

— Станут, если почуют мой запах.

— Не унывайте, Оле, — сказал Дрейк. — Мы отомстим за вас.

— И много пользы это мне принесет? Летите вы первым.

— Я недостаточно толстый.

Спор был прерван посадкой самолета Эдит.

— Капитан Андерсон, — сразу же начала она, — Бронсон попросил меня передать вам, что он может быть вынужден в любую минуту спуститься вниз по заливу. Сегодня рано утром снова накатила волна теплой воды.

— Кипящей?

— Нет, просто достаточно теплой, чтобы над заливом поднялся густой туман.

— Я думаю, большой опасности нет. Если ему придется бежать, он успеет. Мы тоже в безопасности со всеми нашими складами и самолетом. Что он хотел от меня?

— Хотел узнать, должен ли он отплыть немедленно. Если он не получит от вас ответного сообщения до ночи, то останется на месте.

— Что скажете, Лейн?

— Я не вижу непосредственной опасности. Сильного землетрясения не было.

— Я тоже так считаю. Ему мало что грозит там, где он находится. Ладно, запрыгивай, Оле. Мисс Лейн отвезет тебя на ланч.

— На ланч?

— Да, идиот. Не твой, а их.

С глухим стоном Оле подчинился приказу.

Прибыв на южный берег озера, они с тревогой отметили, что с момента их визита на прошлой неделе уровень нефти повысился. Черные волны медленно наползали на узкое возвышение, отделяющее озеро от цепочки колодцев. Если стена из камня и льда рухнет под неуклонно возрастающим давлением, состояние Андерсона улетучится через неделю. Мысль о том, что даже если стена выдержит, поток нефти может перехлестнуть через нее, распространиться по равнине и загореться, поджигая все озеро, была совсем не обнадеживающей.

Оставив Оле наедине с его мрачными теориями. Эдит вернулась за следующим пассажиром.

Вскоре после часа дня отряд собрался на южном берегу со своими рюкзаками, готовый к началу наступления. Колодцы все еще находились в состоянии покоя. Это благоприятствовало стратегии предполагаемой атаки, и партия решила немедленно воспользоваться своим преимуществом.

Сразу же возник вопрос, кто проявит инициативу. А точнее, кому из членов партии придется рискнуть жизнью, чтобы осуществить хитроумный план Дрейка. Схема требовала получасовой работы у колодцев. Увидев рабочую группу, рептилии несомненно атаковали бы всей стаей. Никакая пара человеческих ног не могла сравниться по скорости с самой медленной из ящериц. Но если рабочая группа при дневном свете отправится пешком к колодцам, их обязательно увидят. А если ждать до темноты, колодцы могут вспыхнуть в самое неподходящее время, и тогда скучное собрание ящериц у домашнего очага оживят небольшие закуски. Становилось очевидно, что придется воспользоваться самолетом.

Приземление на равнине, испещренной бездонными колодцами, само по себе являлось достаточно трудным делом, а быстрое бегство, в случае необходимости, стало бы подвигом мастерства для самого опытного летчика. О ночной посадке явно не могло быть и речи.

В результате простого процесса исключения пилотом избрали Эдит. Кто должен был лететь с ней? Для этой работы требовался ловкий, практичный человек. Хотя Дрейк умолял о чести привести свой план в исполнение, его кандидатуру отклонили при первом же голосовании. Его сильной стороной был ум, а не физическое развитие. Лейн провалился во втором туре. Оставались Оле и капитан. И поскольку Андерсон был несведущ в авиации, та честь, на которую претендовал Дрейк, досталась Оле.

До отказа загрузив самолет изогнутыми трубами и утяжеленными шлангами, Оле занял свое место. Они взлетели.

Всего они совершили десять вылетов. Они надеялись, что благодаря их усилиям сто восемь ближайших к разрушенному кратеру колодцев превратились в смертоносные машины уничтожения. Им никто не мешал. Стадо либо спало, либо же все, кроме детенышей, отправились на выходные добывать себе пищу под черным дымом кратера.

— Ну что, Дрейк, — спросил доктор, — вы уверены в своем изобретении?

— Абсолютно. Оно может уничтожить целую армию.

— Возможно, это просто оптимизм изобретателя. Как насчет вас, Андерсон? Чувствуете ли вы желание идти вперед? Или же нам стоит разбить лагерь здесь и ждать окончания атаки?