Джон Ширли – Ползущие (страница 33)
– Вы делаете, черт вас побери, очень далеко идущие выводы, майор, – хладнокровно произнес Гейтлэнд.
Стэннер упрямо продолжал:
– Я слышал, что в ограблении замешана масса народа из местных.
– Раз они способны проникать в интернет, – возразил Бентуотерс, – что мешает им воровать деньги оттуда, если уж они такие умелые ребята? Электронное ограбление – очень актуально.
– Потому что там имеются охранные системы. Если грабителей отследят, в дело могут вмешаться еще пять-шесть организаций. Тогда на них обрушится вся наша благословенная страна. Им, скорее всего известно, что федералы не очень-то за ними гоняются. Как всегда, бюрократический паралич. – Произнося эти слова, Стэннер смотрел прямо на Гейтлэнда. – Они не желают раскрывать карты. Если станет ясно, что они воруют деньги в системе, пользуясь математическими методами, это сыграет нам на руку. Мы будем отслеживать эти операции. Они поступают иначе – самым примитивным образом воруют наличность для того, чтобы закупить необходимое оборудование. Очень квалифицированный камуфляж – именно так они и должны действовать.
– Все это – лишь гипотезы, – возразил Гейтлэнд. – Догадки. Вам ничего не известно наверняка. Вполне возможно, что деньги похитила обыкновенная банда гангстеров.
– Все запчасти, которые им, по нашим предположениям, могли бы потребоваться, были скуплены в радиусе двадцати миль от Квибры, – продолжал Стэннер. – Вчера я почти весь день проверял.
– О Господи! – пробормотал Бентуотерс.
Гейтлэнд бросил на него предостерегающий взгляд и, обращаясь опять к Стэннеру, спросил:
– И вы считаете, что они используют все эти штуки для пролиферации? Не может быть, чтобы им удалось достать все необходимое.
– Вы лучше меня знаете – все остальное они способны произвести сами, – подавшись вперед, резко бросил Стэннер. – А покупают они оборудование для передачи и приема, коммуникационные инфраструктуры, протезы, компоненты для «колыбели», для изготовления штампов с целью дальнейшего размножения, пролиферации. И прежде всего – химикаты для травления.
– Химикаты для травления? – переспросил Бентуотерс. – Плохо дело, Гейтлэнд.
Стэннер откинулся в кресле и сделал глоток из чашки.
– В полицейском управлении Квибры кофе еще хуже, – заметил он.
– Я не знал, что вы вступили в контакт с полицейскими Квибры, – сверля майора глазами, проговорил Гейтлэнд.
– Пришлось задать им несколько вопросов. Я придерживался относительно правдоподобной легенды. Они дали мне несколько ниточек. А теперь смотрите: наши выбросы пока не могут преобразовать любого и в любой момент. Они еще не выработали пригодные для всех принципы преобразования. По моему мнению, они действуют избирательно. Так что не все еще потеряно. Пока – не все. Но они научатся работать быстрее и лучше. Быстро научатся. Надо действовать, Гейтлэнд. Немедленно.
– Но послушайте, – хмурясь, проговорил Бентуотерс, – сама по себе конверсия тоже занимает какое-то время, даже если есть все составляющие.
Стэннер покачал головой:
– У них получается все лучше и лучше. Даже еще до лаборатории-23. Они берут по молекуле зараз, и процесс может идти и быстрее, но не медленнее. Думаю, в некоторых случаях можно уложиться за минуту.
Гейтлэнд тоже откинулся на спинку и, глядя в потолок, тихонько покачивался на стуле, потом негромко, но вполне различимо хмыкнул и, наконец, произнес:
– Я составлю рекомендации. Но, возможно, там захотят послать собственные группы, чтобы удостовериться.
Стэннер давно работал в разведке. Гейтлэнд, на его взгляд, был лжецом среднего калибра. На самом деле не такой уж он вредный, обычный врун, а Стэннер давно научился определять, когда ему вешают лапшу на уши, чтобы держать на коротком поводке.
– Гейтлэнд, ваши ребята и так держат руку на пульсе. Есть люди, желающие знать, насколько быстро это распространяется.
Бентуотерс заерзал в своем кресле:
– Вы утверждаете, что мы используем людей этого города в качестве подопытных крыс? Оскорбительно, вы не находите? – И он бросил неуверенный взгляд на Гейтлэнда.
– Полагаю, поначалу никто этого не планировал, – задумчиво отозвался Стэннер. – Но, возможно, наверху подумали, раз уж дело зашло так далеко, то поздно что-нибудь предпринимать. Вот и решили посмотреть, к чему это приведет. Может, считают, что с городом покончено при любом раскладе, так что не мешает получить хоть какую-то полезную информацию.
Глаза Гейтлэнда метнулись в сторону, Стэннер понял, что угадал, и продолжил:
– Но ведь люди приезжают и уезжают из города. И они тоже, Гейтлэнд.
– Ну, положим, – возразил Гейтлэнд, – слишком далеко они не уйдут. Разумеется, если они вообще там есть. Им ведь приходится защищать свою группу. Где бы они ни находились, у них по-прежнему существует главный организующий центр. Так сказать, мозг. Вы его обнаружили?
– Значит, вы решили бросить вашу легенду, Гейтлэнд?
– Я ничего не утверждаю. Это все гипотезы. Вам удалось выявить главный организующий кластер?
– Вы имеете в виду… – Стэннер позволил себе сухо улыбнуться, – «гипотетический» кластер?
– Вот именно. Стэннер пожал плечами:
– Нет. Я вообще не уверен, что он существует. Они могли уже пройти эту стадию. Ведь они постоянно экспериментируют. Об этом свидетельствуют перестроенные модели на базе животных, которые я наблюдал в окрестных лесах. Они все время испытывают новые конструкции.
Бентуотерс нахмурился:
– Гейтлэнд прав. Если у них существует организующий кластер – а видимо, так и есть, – они не станут от него слишком удаляться. Во всяком случае, до тех пор, пока не создадут подобные центры скоплений в других местах.
Стэннер почувствовал, как мурашки побежали у него по спине. Центры в других местах! Он резко поднялся.
– Гейтлэнд, я собираюсь получить доказательства, что это дело вышло из-под контроля. Может, этим действительно стоит заняться. И вот что я вам скажу, Гейтлэнд: я думаю, оно вышло из-под контроля давным-давно.
Гейтлэнд покачал головой:
– Думаю, вам не стоит предпринимать какие-либо шаги без приказа.
– Вы меня отстраняете?
– Я не старше вас по званию и приказывать не могу. Но я передаю приказ сверху.
– Я должен получить его в письменном виде.
– Придется подождать.
– В таком случае, – решительно заявил Стэннер, – он не имеет силы. Я возвращаюсь на свой пост.
– Думаю, шишки в министерстве не очень-то обрадуются, если в том районе поднимется хай, Стэннер, – холодно проговорил Гейтлэнд.
– Для тебя, мудак, – майор Стэннер.
Он отдал честь и вышел. И пока он шел по коридорам здания, камеры неотступно следовали за каждым его движением.
13.
Адэр лежала на спине в кровати. Спокойно, расслабленно. Колени согнуты, голова чуть приподнята, чтобы можно было смотреть на экран компьютера. Время от времени то одна коленка, то другая ритмично подергивалась туда-сюда, но в целом девушка лежала, почти не двигаясь. Однако внутри вся она была как пружина – сжавшаяся, готовая к броску.
Адэр хотела убраться из дома. Домашнего задания нет. Два преподавателя вроде бы заболели или что там еще, и ей не хотелось оставаться вечером дома. Денег у Адэр не было. Мама и папа вдруг объявили, что на карманные расходы ничего нет. В последнее время они даже не платили, как раньше, Адэр и Колу за неурочную домашнюю работу. Нет денег, значит, никуда нельзя пойти.
У Сизеллы украли компьютер. Теперь, когда Клео строит из себя главную сучку в стае, Сизелла была единственной, с кем Адэр могла поболтать по интернету, конечно, кроме Вейлона. Такое впечатление, что из сети в последнее время пропала уйма народу. Во всяком случае, большая часть обычных посетителей. Конечно, есть школьный чат, там обязательно кто-нибудь будет. Но сейчас, после всего, что было, Адэр никак не могла заставить свой компьютер работать. Экран светился пустым бело-голубым пятном.
Наконец она села, потом встала на ноги. Голова чуть-чуть кружилась. Адэр пробралась через разбросанные вещи, вышла в холл, заглянула в дверь комнаты Кола. Он тоже застрял дома. Машина сломалась. Кто-то разбил мотор, вырвал из него внутренности, а грузовик забрал отец. В последнее время отец часто уезжает из дома и не говорит куда. Раньше мимо их дома проходила автобусная линия, но теперь автобус не ходит. Так куда же деться, если нет денег? Мейсон на звонки тоже не отвечает, а приятели Кола уехали в колледж.
– Привет, тормоз! – Так Адэр его называла, когда Кол торчал у себя в комнате, играя с развивающей программой для парней. Она лениво оглядела маленькую комнатку. Прямоугольник узкой кровати у двери, письменный стол и на нем лэптоп были единственными оазисами порядка в невообразимом хаосе владений Кола. Книжки в бумажных обложках, детали оснащения для дайвинга, коробки от пиццы, парочка старых пакетов из «Макдоналдса»… Несколько номеров рваных журналов «Электронные игры» лежали среди этого месива, как мертвые птицы. На стенах – драные постеры с Тони Хоком, «Липм Бизкитами» и Моби. Свою дешевую электрогитару Кол приткнул к коробке с буем, из шкафа торчала одежда, какие-то провода. До этого мама и папа часто заставляли их убирать в комнатах как следует… Адэр вдруг подумала: «До этого»… До чего?» А вслух она сказала: – Слушай, тормоз, можно я попользуюсь твоим компьютером?
– У тормозов не бывает компьютеров, – не отводя глаз от экрана, ответил Кол.