Джон Сэндфорд – Правила убийцы (страница 79)

Но он сам находится всего в шести милях оттуда. Ехать нужно по шоссе. Его «порше» окажется там через пять минут, а через шесть будет стоять у подъезда. Неужели две лишние минуты погубят ее? Если нет, то он сможет расправиться с этим гадом.

Лукас прыгнул в «порше», хлопнул дверцей, ударил по акселератору, прошел первый поворот, на втором повороте он уже шел со скоростью сорок пять миль в час, а на шоссе заворачивал на скорости пятьдесят. На самом повороте перед ним оказалась «хонда-сивик», Лукас двумя колесами съехал на траву и пронесся мимо «хонды» со скоростью семьдесят миль в час. Боковым зрением он увидел мелькнувшее перед ним перепуганное лицо водителя. На самом шоссе стрелка спидометра без задержки стала переваливать отметку «сто», «сто десять», «сто двадцать». Он летел мимо двигавшихся по дороге автомобилей; повороты мелькали с частотой ударов сердца.

Две минуты. Лексингтон-авеню. Три минуты. Дэйл. Три минуты двадцать секунд, поворот на Десятую улицу, включаем пониженную передачу — машина со скрежетом проехала первый перекресток, перед ним неясно вырисовывался дом. Он остановил машину у тротуара, выхватил из-под сиденья спортивную сумку, в которой был пистолет с глушителем, и бросился к двери черного хода. Когда он подбегал к ней, появился привратник с ключами.

— Нет! — крикнул ему Лукас.

Тот замер. Лукас сунул руку в карман рубашки, достал удостоверение, махнул им у него перед носом и проскочил в дом.

— Оставайся здесь, — приказал он привратнику, застывшему с разинутым ртом. — Сейчас сюда прибудет полиция Сент-Пола, поднимешь их на лифте. Жди здесь, понял?

Тот кивнул.

— Ждать здесь, — повторил привратник.

— Правильно.

Лукас потрепал его по плечу и ринулся вверх по лестнице.

«Сейчас у Карлы в дверь вставлены замки получше, чем раньше, — тяжело дыша, подумал он, когда преодолевал последние несколько ступенек, — но все равно дверь дерьмовая. Впрочем, некогда об этом думать. Но, если Бешеного там нет, будет очень неудобно». Лукас побежал к двери, заметил, что из-под нее виден свет. Он отбросил спортивную сумку, отступил на шаг и ногой вышиб непрочную дверь. Он ворвался в комнату, двумя руками сжимая пистолет.

В студии никого не было.

34

Слева раздался тихий звук, как будто с книжного шкафа спрыгнула кошка. Но ото была не кошка. Лукас развернулся и направил туда пистолет. Там находилась маленькая комнатка, темная, похожая на пещеру. Стон. Он сделал шаг вперед. Ничего не видно. Он сделал еще один шаг — все равно ничего не видно. Еще один шаг, он всего в метре от двери. Что-то белое, связанное, скрученное лежало на кровати; опять послышался стон, больше ничего…

Еще один шаг, и вот он, Валлион, его глаза широко открыты и чуть ли не вылезают из орбит, руки в ворсистых желтых перчатках держат какую-то трубку или шланг. Лукас направил пистолет на Бешеного, но шланг ударил его по руке. Пистолет упал на пол. Дэвенпорт почувствовал, как хрустнули кости его правой кисти. Левой рукой он вырвал у Бешеного шланг и отбросил в сторону, но тут же заметил блеснувший как молния нож. Бешеный уже замахнулся, чтобы нанести ему удар в живот. Лукас увернулся и принял удар на сломанную руку, он почувствовал, как кости сместились, и вскрикнул от боли, но лезвие ножа его не задело. Здоровой рукой он перехватил державшую нож руку Валлиона, а локтем правой ударил его в глаз. Тот пошатнулся, и они вместе ввалились в маленькую спальню. Бешеный налетел на кровать, его ноги подкосились, и они оба упали на Карлу. Лукас ударил кулаком Валлиона в лицо один раз, второй, третий, и каждый раз боль в месте перелома молнией пронзала его мозг.

Бешеный перестал сопротивляться. Дэвенпорт вывернул сжимавшую нож руку, и стальное лезвие со звоном упало на пол. Противник был оглушен, но в сознании. Лукас дважды ударил его левой рукой, метя в ухо, потом спихнул его с Карлы в узкий проход между кроватью и стеной и коленями придавил ему плечи.

— Сука! — прохрипел Лукас. Он неловко сунул здоровую руку в карман и достал связку ключей. На том же колечке болтался миниатюрный ножичек. Он вынул его из пластиковых ножен и аккуратно просунул лезвие под пластырь, которым была обмотана голова Карлы. Когда он вытащил у нее изо рта «Котекс», она судорожно глотнула воздух, потом всхлипнула, это был какой-то животный звук, так пищат кролики. Она была жива.

— Больно, — простонал Валлион из-под сидевшего на нем Лукаса. — Мне больно.

— Заткнись, ублюдок! — рявкнул Лукас.

Он стукнул его по голове кулаком, Валлион дернулся и снова застонал.

Лукас потянулся и перерезал путы, которыми руки Карлы были прикручены к кровати, затем освободил ей ноги.

— Это я, Лукас, — сказал он, пригнувшись к самому ее уху. — С тобой все будет в порядке. Сейчас приедет «скорая помощь», потерпи немного.

Он поднялся, опираясь на кровать, схватил Валлиона сзади за рубашку, силой поднял его с пола и повел, почти поволок, в студию. Пистолет Лукаса валялся у стены. Резким движением Лукас подсек обе ноги Валлиона и одновременно толкнул его так, чтобы он упал на пол, но при этом не ударился головой. Он не хотел, чтобы Бешеный потерял сознание. Валлион повалился, как тюфяк.

Пока он лежал на полу, Лукас подобрал свой пистолет и быстро вышел в общий коридор, чтобы поднять спортивную сумку и принести ее в комнату. Ногой он захлопнул за собой дверь.

Лежа на животе, Валлион зажал уши руками.

— Вставай, — приказал ему Лукас.

Тот не шевельнулся, и Лукас пнул его ногой в бедро.

— Вставай! Вставай, тебе говорят.

Валлион попытался подняться, но снова упал на живот, потом привстал на одно колено. Из разбитого носа кровь текла прямо в рот. Зрачок одного глаза был расширен. Другой глаз был закрыт, вокруг него проступил синяк, он начал заплывать.

— Вставай на ноги, падаль, или, клянусь Богом, я из тебя дух вышибу!

Валлион пытался сосредоточиться, но у него это плохо получалось. Он тяжело, с трудом встал на ноги и покачнулся.

— Стой! Пять шагов назад.

Лукас уперся стволом пистолета ему в грудь. Валлион нетвердо попятился, но было заметно, что он приходит в себя.

— А теперь стой там, — проговорил Лукас и шагнул к телефону.

— Я знал, что вы следите, — сказал Валлион сквозь выбитые зубы.

— Я это понял десять минут назад, — откликнулся Лукас. Он махнул левой рукой.

— У вас сломана рука?

— Заткнись! — Он поднял трубку.

— Вы нарочно заманили меня сюда? С помощью вашей подружки? Ну, как тогда, с Макгаун?

— Нет, на этот раз нет. А вот Макгаун была приманкой.

— В определенном смысле вы хуже меня, — проговорил Валлион. Кровь стекала у него по подбородку. Он снова покачнулся и оперся о раковину, чтобы удержаться на ногах. — Я играл людьми, которые были для меня… фишками. А ты подставил друга. Если бы у меня был друг, я бы никогда этого не сделал.

— Я уже говорил газетчикам — ты просто плохой игрок. — Голос Лукаса прозвучал чуть громче шепота.

— Посмотрим, — ответил Бешеный. Он уже почти пришел в себя. — У меня есть чем защищаться. Вы не сможете доказать, что я совершил все эти убийства. В конце концов, я же не убил мисс Руиц. И вы заметите, что на этот раз у меня другой метод. Вы не найдете записки. Я собирался изготовить ее прямо здесь, после. И если дело дойдет до обсуждения обстоятельств случившегося, то я соглашусь на признание меня невменяемым. Несколько лет в государственном лечебном заведении, и я на свободе. Даже если взять самый плохой исход и мне дадут максимальное наказание, ну что ж, восемнадцать лет в Стилуотере. Я выдержу.

Лукас кивнул.

— Я подумал об этом. Знать, что ты останешься в живых, это похоже на проигрыш. Я бы этого не перенес. Особенно в поединке с таким слабым игроком.

— Что?!

Лукас проигнорировал его восклицание. Он порылся в кармане и вытащил один девятимиллиметровый патрон. Не спуская глаз с Валлиона, он зажал пистолет под мышкой и вынул из рукоятки магазин. В этот момент Валлион должен был что-нибудь предпринять, если он вообще хотел что-нибудь сделать. Но он ничего не предпринял. Стоял, не двигаясь, озадаченный, а Лукас вставил холостой патрон в обойму, поставил магазин на место и дослал патрон в патронник.

— Что вы делаете? — спросил Валлион.

Что-то происходило. Но что-то шло не так.

— Во-первых, я вызову полицию, — сказал Дэвенпорт.

Он подошел к телефону, висевшему на стене, и набрал 911. Когда диспетчер откликнулся, он назвал себя и велел, чтобы вызвали «скорую помощь» и прислали подкрепление. Оператор попросил его не вешать трубку, Лукас ответил, что не будет. Так всегда делают. Он бросил трубку. Она повисла, раскачиваясь из стороны в сторону. Он отошел от телефона.

Валлион, нахмурившись, продолжал за ним наблюдать. Когда Лукас отошел от телефона, Бешеный отшатнулся от раковины. Лукас выстрелил один раз, направив пистолет в потолок, проследив при этом, куда отлетела гильза. Глаза Бешеного непроизвольно расширились от резкого звука. Он все еще был оглушен, когда Лукас выстрелил еще два раза. Одна пуля попала Валлиону в правое легкое, а вторая в левое.

Три выстрела прозвучали один за другим и напоминали музыкальную фразу: бум, бум-бум.

Валлион тяжело шагнул назад, а потом рухнул, как будто его кости вдруг растворились. Губы его шевельнулись несколько раз, он перевернулся на спину. Раны были смертельные, хотя выстрелы были сделаны не очень метко. Все должно было говорить о том, что здесь происходила перестрелка. Лукас подошел поближе и склонился над умирающим.