Джон Руссо – Страж. Полночь (страница 83)
Шарон нравилось рассматривать вещи, выставленные в магазинчике Джамисонов, ведь, кроме таких важных продуктов, как соль, масло, мясо, куры, молоко, яйца и хлеб, здесь всегда почему-то продавали и разную ерунду — например, собачьи ошейники, носовые платки, охотничьи патроны, винтовки, пистолеты, а также сумки всех сортов, зонтики, гробы и, конечно, игрушки. Помимо этого, в магазинчике можно было обзавестись нижним бельем, зубной пастой и даже простенькими лекарствами, на которые не требовался специальный рецепт врача. Ну, абсолютно все здесь можно было купить, кроме, разумеется, именно то о, что сейчас больше всего хотела достать Шарон.
— А у вас есть краска, чтобы покрасить яйца на Пасху? — наконец осмелилась спросить девочка.
— Надо вспомнить… — отозвалась миссис Джэмисон и в задумчивости подняла глаза к потолку. — По-моему, совсем недавно я ее где-то видела… Ну да — ко мне приходила миссис Каспер со своей ребятней! Да-да, Шарон, посмотри-ка на третьей полке, за зубочистками.
Вынув пакетик с краской, девочка недоверчиво повертела его в руках и поинтересовалась:
— Скажите, а эта краска еще не испортилась? Уж слишком выцветшим показался ей этот кулек, да и цена стояла совсем небольшая — всего двадцать центов. Видимо, он пролежал здесь Бог знает сколько лет.
Так частенько бывает в сельских магазинах — вещи могут долгие годы лежать на прилавке, пока, наконец, не найдут своего покупателя, а цена на них остается прежней, еще со старых времен.
— Что ты! Такие вещи никогда не портятся, и у них не бывает срока годности! — радостно воскликнула миссис Джэмисон.
Шарон углубилась в изучение инструкции, пытаясь выяснить, сколько же таких пакетиков ей придется купить, чтобы накрасить яиц для своих братьев и сестренок. В этом году папа не смог купить им подарочные корзиночки со сладостями, так что эта забота легла теперь на плечи Шарон — она была старшей среди детей, и ей хотелось, чтобы каждому брату и сестре досталось хотя бы по паре крашеных яиц.
Яйца она решила красить ночью, когда детвора заснет, чтобы в воскресенье для них был сюрприз. Краску она спрячет пока в карман, чтобы папа не заметил, а ему принесет аспирин, который он просил ее купить у Джамисонов. Кстати, деньги на краску и яйца она взяла из тех, что подарила ей на день рождения тетушка.
— Когда же, наконец, она выйдет оттуда? — нетерпеливо нахмурился Авраам.
Они с Льюком припарковали свой фургончик рядом с магазином, почти у самой бензоколонки. Им и так пришлось ехать сюда несколько миль, а теперь еще надо было ждать невесть сколько эту паршивую девчонку.
Мистер Джэмисон, завидев фургончик, тут же подошел к нему, и братьям пришлось вдобавок заправиться, чтобы не вызвать у старика подозрений. Старый хрыч не спешил уходить. Он неторопливо заполнил бак, повесил шланг на крючок, и медленно завернул крышку заливной горловины. Потом подошел к машине и от нечего делать заговорил с Льюком:
— Неплохая установилась погодка, а? Видать, на Пасху солнышко нас порадует. Я вот только боюсь, как бы зима опять не вернулась, а то у меня в холода кости болят. — Старик усмехнулся. — Ну, ничего; надеюсь, на этот раз обойдется.
— Наверное, — буркнул Льюк. Засмеявшись, словно он удачно сострил, Джэмисон добавил:
— Я тут залил почти полный бак, С вас десять долларов. Льюк уже приготовил бумажник, и как только старик назвал цену, он без дальнейших разговоров протянул ему десятидолларовую бумажку.
— Спасибо вам, джентльмены, — заулыбался мистер Джэмисон. — Всего хорошего, доброго вам пути.
— Вот именно, старый пердун, — тихо просипел Авраам, чтобы его смог услышать только старший брат.
Но Льюк не торопился отъезжать. Он не спеша достал ключи, которые зачем-то перед этим вынул из замка зажигания, завел мотор и медленно тронулся с места. Вместе с братом они молча наблюдали, как старик заковылял к магазину. И как раз, когда он открывал уже дверь, навстречу ему оттуда выпорхнула Шарон со своими покупками.
Старик Джэмисон расплылся в улыбке:
— До свидания, Шарон. Передавай папочке привет и скажи, что мы с Мартой за него очень волнуемся и желаем ему скорее выздороветь.
— Спасибо, мистер Джэмисон. Обязательно передам. До свидания.
Шарон быстро пересекла небольшую стоянку перед бензоколонкой и на перекрестке свернула налево. Из фургона за ней внимательно следили Льюк и Авраам, невольно восхищаясь ее изящной походкой, длинными каштановыми волосами, стройными ногами и соблазнительной круглой попкой, Затянутой в тугие джинсы.
— Вот как раз то, что надо, а, братишка? — подмигнул Льюк.
Авраам аж сглотнул:
— Точно… Мама очень обрадуется.
И он почувствовал, что начинает возбуждаться. Но, кроме похоти, в нем разгорался и чисто охотничий инстинкт, поэтому перед тем как поймать девочку, они решили малость поиграть с ней в кошки-мышки.
Фургончик медленно удалился от магазина, а затем свернул на шоссе вслед за Шарон, и стал постепенно нагонять ее. Завидев машину, девочка остановилась и нахмурилась, но почти сразу же успокоилась, так как автомобиль с двумя совершенно равнодушными, как ей показалось, пассажирами, проехал мимо нее и скрылся за поворотом.
— Она, поди, уже думает, что мы больше не встретимся, — не смог сдержать смешка Авраам.
Льюк выбрал на дороге подходящее место и притормозил у обочины. Выключив мотор, братья стали поджидать Шарон.
Девочка всегда боялась одна ходить в магазин — даже днем, когда было совсем светло. От дома, где Шарон жила с отцом и четырьмя младшими братьями и сестрами, до магазина было почти три мили, а она прекрасно знала, что иногда случается с девочками, которые путешествуют в одиночку по пустынным дорогам. В газетах и по телевизору часто рассказывали о грабежах и изнасилованиях и даже убийствах. И она каждый раз ловила себя на мысли, что просто не в состоянии понять, отчего люди могут быть такими жестокими. Это казалось ей непостижимым. Однако газеты и телевидение без устали предупреждали: будьте осторожны! — и вновь рассказывали про ужасные случаи с девушками. Отец тоже всегда наставлял ее: «Будь бдительна, никому не доверяйся, даже товарищам по школе и учителям». Вот и сегодня он был против, чтобы она пошла в магазин, но идти, кроме нее, все равно было некому: сам отец сильно загрипповал, и ему срочно нужен был аспирин.
Выйдя на поворот шоссе, Шарон вновь увидела тот самый белый фургон и в нерешительности остановилась. Почему они не поехали дальше?.. Ведь рядом нет ни одного дома, нет даже других машин… На секунду у нее мелькнула здравая мысль: надо срочно вернуться в магазин, позвонить оттуда отцу и попросить, чтобы он ее встретил-. Но Шарон тут же отвергла этот план. Как такое могло прийти ей в голову. Он же болен, а она своим глупым звонком из-за всей этой чепухи только растревожит его. Тем более что те двое в машине, кажется, не обращали на нее никакого внимания. Наоборот, они были всецело поглощены своей весьма оживленной беседой. Может, они просто заблудились в дороге и теперь ждут кого-нибудь, кто мог бы рассказать им, как проехать к городу?.. Шарон снова двинулась в путь, на этот раз заметно прибавив шагу, чтобы по возможности скорее миновать этот странный фургончик и забыть с Нем. Но когда она приблизилась к машине, парни вдруг замолчали и стали с любопытством разглядывать ее. При этом оба злобно усмехались, а глаза у них были такие, словно своими взглядами они хотели раздеть ее догола. Девочка опустила голову, пытаясь не думать о них, но в душе у нее все трепетало и сжималось от страха. Она судорожно вцепилась в бумажный пакет с покупками, стараясь идти по-старушечьи неуклюже, чтобы выглядеть как можно менее привлекательной. Тогда, наверное, они сразу поймут, что для секса она совсем не годится, и, возможно, оставят ее в покое.
Когда девочка почти вплотную подошла к фургончику, Льюк неожиданно громко просигналил, отчего сердце у Шарон ушло в пятки и, чуть не выронив свой пакет, она крепко прижала его к груди. Девочка обернулась, в любую секунду ожидая нападения. Но вместо этого водитель включил мотор и, обдав ее градом мелких камушков, пронесся мимо, а тот, что сидел рядом с ним, дико захохотал, когда машина поравнялась с девочкой. Фургончик снова скрылся из виду.
— Дураки! — громко выкрикнула Шарон им вслед, и страх начал понемногу отпускать ее. Она была очень рада, что эти идиоты, наконец, уехали. В апрельском небе нещадно палило солнце, но не оно было причиной тому, что девочка успела уже изрядно вспотеть. Она остановилась, перевела дух и, раскрыв пакет, осмотрела яйца, только что купленные в магазине. Два из них раскололись, когда она, видимо, слишком сильно прижала пакет к себе. Девочка вынула разбитые яйца, положила их на траву, а затем об нее же вытерла пальцы. Потом перебрала все остальные яйца, чтобы убедиться, что потерь больше нет, и снова зашагала вперед, проклиная свой поход в магазин, который превратился теперь в настоящую пытку.
Спустя несколько минут Шарон приблизилась к тому участку шоссе, где лес вплотную подходил к самой дороге, и волнение ее усилилось. Но другого выхода не было — путь домой лежал только через этот страшный участок. И как раз здесь Льюк с Авраамом поджидали ее. Выпрыгнув из кустов, они вдвоем накинулись на девочку и тут же сбили ее с ног. Свою машину они припарковали немного дальше, среди деревьев, чтобы Шарон не заметила ее раньше времени, а они могли использовать фактор внезапности. Расчет их был верным: неожиданное нападение настолько ошеломило Шарон, что она потеряла всякую способность сопротивляться, а тем более пытаться бежать от них. Братья стояли над лежавшей на дороге девочкой и зловеще скалились, наслаждаясь ее беспомощностью и наблюдая, как она пытается подняться на четвереньки и хотя бы немного отползти в сторону. Все яйца высыпались на асфальт и перекололись. Шарон задыхалась от ужаса, к тому же она сильно ударилась при падении головой и чуть не потеряла сознание. Видя, что девочка уже встает на колени, Авраам не спеша подошел к ней и ударил ее сапогом по ребрам, отчего она тут же упала лицом на асфальт, при этом сильно процарапав себе правую щеку. Авраам снова занес над ней сапог, намереваясь нанести следующий Удар.