3. Возле этого места отец написал на полях: «Хэлькараксэ Ледяной клык Квэркаринга вода»; см. прим. 5.
4. Хэлькараксэ, или Ледяной Клык: написано поверх Квэркаринга: см. прим. 5.
5. Этот фрагмент, со слов «Знай же, — сказал Линдо…», заменяет более старую версию, которую я не привожу, поскольку она не содержит почти ничего, чего не было бы в заменившем ее фрагменте; последнее предложение этого фрагмента — еще более позднее дополнение. Следует заметить, тем не менее, что в первой версии перешеек называется Квэркаринга (как сначала было и в заменившем ее фрагменте, см. прим. 4), с пометкой, что «это название было также дано и проливу за ним».
Первоначально все выглядело следующим образом: Квэркаринга — название, в первую очередь, перешейка, перешедшее также и на пролив (видимо, на этом этапе слово квэрка не означало «пучина, бездна»). После отец решил, что Квэркаринга было названием пролива, и назвал перешеек Хэлькараксэ; отсюда — заметка на полях, приведенная в примечании з. На этом этапе он добавил последнее предложение нового фрагмента «Полоска же воды меж краем Ледяного Клыка и Великими Землями назь i-валась Квэркаринга, или Студеная Пучина» и заменил в данном абзаце (прим. 4) слово Квэркаринга на Хэлькараксэ, или Ледяной Клык, проведя это изменение и через весь остальной рассказ (на с. 169: Квэркаринга > Хэлькараксэ и Квэркаринга).
6. Относительно тропы из Мандоса, черной ладьи Морниэ и ее плавания вдоль берега в Арвалин см. с. 77, а также с. 90 и далее.
7. Турондо, или Тургон, сын Нолэмэ, ранее упоминался на с. 115.
8. Прочтение слова Ханстованэн несколько неоднозначно, а за ним следует другое название — «или…….. Морниэн». См. ниже, в разделе «Изменения в именах и названиях».
9. После слов «поселение то» оставлено место, чтобы вставить эльфийское название.
10. Здесь в рукописи слово Квэркаринга оставлено без изменений, но в тексте явно имеется в виду западный мыс (Ледяной Клык), так что я читаю Хэлькараксэ (см. прим. 5).
Хэлькараксэ (Helkaraksё) < Квэркаринга (Qerkaringa) (детали и объяснение этой замены см. выше, в прим. 5).
Арвалин (Arvalin) < Xаббанан (Habbanan).
Амнос (Amnos) < Эмнон (Emnon) < Морниэнто (Morniento).
Ханстованэн (Hanstovánen). Название «причала Морниэ» было сначала записано как Морниэлта (Mornielta) (я не уверен в прочтении последней буквы), потом — как Ванэ (Vane) или Вонэ (Vone) Xансто (Hansto); это потом не было вычеркнуто, но форма в тексте (которую можно также прочитать как Ханставанэн (Hanstavánen)) представляется последней. За словом Ханстованэн следует «или…..Морниэн (Mornien)».
В этом «сказании» (в действительности — завершении длинного сказания «Воровство Мэлько и Затмение Валинора», начатого Линдо и законченного Румилем) мы находим самый старый рассказ об уходе гномов из Валинора. Здесь боги продолжают тщетную погоню и поиски долгое время спустя после того, как Мэлько сбежал, и, кроме того, им помогают эльдар (включая солосимпи, которые, будь они тэлэри Сильмариллиона, едва ли покинули бы свои берега и корабли). Возвращение Фэанора в Кор и его речи при свете факелов перед нолдоли (и, согласно этому рассказу, перед другими эльфами) существовали, как представляется, с самого начала; но его сыновья еще не появились, как и кто-либо еще из нолдорских принцев, происходящих от Финвэ, кроме Турондо (Тургона), о котором специально говорится (с. 167), что его «не было еще на свете». Нет Клятвы Фэанора, и более поздняя история о разделении на партии среди нолдор появляется только в виде попытки Нолэмэ (Финвэ) успокоить народ — Нолэмэ, таким образом, играет роль, которую впоследствии станет играть Финарфин (Сильмариллион, с. 83). В Сильмариллионе после Братоубийства в Алквалондэ и Пророчества Севера Финарфин и многие из его народа возвратились в Валинор и были прощены валар (с. 88); но здесь те, кто ушел назад, не были там приняты, или же «они у Мандоса» (с. 168).
В отвергнутом фрагменте, данном на с. 163, который был замещен рассказом о битве в Копас Алквалунтэн, ссылка на «то, в чем после горше всего раскаивались», должно быть, подразумевает просто похищение кораблей солосимпи, поскольку здесь нет предположения о чем-то худшем (во фрагменте, которым этот был заменен, почти те же самые слова сказаны о Братоубийстве). Появление идеи о том, что нолдоли виновны в чем-то худшем, нежели похищение кораблей в Копас, прослеживается в маленькой записной книжке (см. с. 23), которой отец пользовался, чтобы записывать мысли и предположения: многие из этих записей не более чем отдельные предложения или даже отдельные имена, служащие напоминанием о работе, которую надо еще проделать, историях, которые надо рассказать, или изменениях, которые надо внести. Эта заметка выглядит следующим образом:
«Гнев богов и эльфов весьма велик — даже пусть некоторые нолдоли убьют некоторых солосимпи в Копас — и пусть Улмо просит за них (? Если Улмо так любит солосимпи)».
Пометка вычеркнута и помечена словом «сделано», а упоминание о том, что Улмо просил за нолдоли, есть в Сокрытии Валинора (с. 209).
В описании Копас «огромная каменная арка» сохранилась в Сильмариллионе (с. 61) в виде «каменной арки, созданной морем» в гораздо более коротком описании Алквалондэ; и мы видим здесь объяснение того, почему Гавань «освещалась множеством светильников» (там же) — потому что туда попадало мало света Двух Древ из-за окружавших гавань скал (хотя то, что в Алквалондэ Сильмариллиона темно, следует из утверждения, что гавань «лежала на границах Эльдамара, к северу от Калакирья, там, где свет звезд был ярок и ясен»).
Детали произошедшего в Гавани сильно изменились в позднем повествовании, но все же сходство весьма велико; и хотя шторм, поднятый Уинэн (там же, с. 87), отсутствует в исходной версии, сохранилось то, что некоторые нолдоли следуют на север по берегу, а другие — на кораблях.
Интересны указания относительно географии северных земель. Отсутствует великая пустошь (позднее — Араман) между северными Горами Валинора и морем, о чем сказано ранее (с. 83) и что подтверждается в данном случае рассказом о крутой горной тропе из Мандоса вниз к причалу черной ладьи
Морниэ (с. 77, 167). Название Хэлькараксэ, «Ледяной Клык», впервые появляющееся в поправках к этому тексту как наименование перешейка или мыса, отходящего от западного материка, было впоследствии перенесено на то, что называется здесь Квэркаринга, пролив, заполненный плавучими льдинами, которые раскалываются и сталкиваются друг с другом; но это произошло, когда Хэлькараксэ, «Битый Лед», получило совершенно иную географическую значимость в гораздо более сложной картине мира, которую отец разработал в течение следующей «фазы» развития мифологии.
В Сильмариллионе (с. 87) высказано предположение, что Пророчество Севера произносил сам Мандос, «а не меньший герольд Манвэ», и его значимость, а по сути — его центральное положение в мифологии — гораздо более велико; здесь нет мысли о «суде» или «проклятьи», но только о предсказании. Это предсказание включает неясные слова «велико падение Гондолина». В сказании Падение Гондолина (в предложении, вставленном, возможно, гораздо позднее написания текста) Тургон, стоя на лестнице своего дворца среди разрушений, происходящих в его городе, промолвил те же слова, «и народ содрогнулся, ибо таковы были слова Амнона, пророка древности». Здесь Амнон (а не Амнос, как в данном тексте, что само по себе является заменой имени Эмнон) — не место, а персона (служитель Вэфантура, который произнес пророчество?). В маленькой записной книжке, упомянутой выше, появляется следующая краткая запись:
«Пророчество Амнона. Велико падение Гондолина. Внемли же:
Тургон не падет, покуда не увянет лилия долины».
В некоторых других заметках к Утраченным Сказаниям это выглядит следующим образом:
«Пророчество Амнона. "Велико падение Гондолина" и "Когда увянет лилия долины, погибнет Тургон"».
В этих заметках Амнон может быть как местом, так и персоной. «Лилия долины» — это сам Гондолин, одно из Семи Имен которого было Лосэнгриол, позднее — Лотэнгриол, что переводится как «цветок дола или лилия долины».
В старом рассказе есть интересное утверждение (с. 166), что нолдоли никогда не пересекли бы льды, будь они уже подвержены «усталости, недугам и множеству немощей, что после, вдали от Валинора, стали их уделом», но «благословенная пища богов и их питье не иссякли в жилах их, и были они наполовину божественны». Эхо этого слышится в словах Сильмариллиона (с. 90) о том, что нолдор «недавно вышли из Благословенного Королевства и не устали еще от тягот Земли». С другой стороны, в Пророчестве Севера (там же, с. 88) специально сказано, что «хоть Эру установил для вас бессмертие в Эа, и никакая болезнь не может коснуться вас, все же можете вы быть убиты и убиты будете», и т. д.
О вероломстве Фэанорингов, уплывших на кораблях и оставивших войско Финголфина на берегах Арамана, в этой старой истории нет, разумеется, и следа; но обвинения в адрес Фэанора уже присутствуют («Шатры Ропота», с. 168). Примечательной особенностью самой ранней версии мифологии является то, что хотя большая часть повествовательной структуры была прочна и сохранилась, более поздняя «генеалогическая» структура еще едва только появляется. Тургон мыслится сыном (Финвэ) Нолэмэ, но нет предположения о том, что Фэанор был близкой родней владыке нолдоли, а другие принцы — Финголфин, Финарфин, Фингон, Фэлагунд — не появляются в каком бы то ни было виде или под каким бы то ни было именем.
