Джон Робертс – Странствующий чародей (страница 16)

Но мавры, которые прежде так активно преследовали Маламброзо, скрывавшегося под личиной Галифероса, вернулись и окружили плотной толпой Дон Кихота, Ши и Чалмерса, и вся эта орда ощерилась оружием против трех пленников. Несколько мавров спешились и связали пленникам руки на запястьях. Дон Кихота силой отделили от Чалмерса и Ши и заставили сесть на осла лицом к хвосту. Ши и Чалмерса, которые, очевидно, были менее опасными, а также и менее интересными в смысле унижения, приковали друг к другу, предварительно стянув цепи у них на талиях подобно поясным ремням, и поставили перед Маламброзо. Затем подвели осла, на котором задом наперед сидел Дон Кихот, и расположили его позади них. А спустя минуту мавры приволокли и вытащенного из потайного убежища брыкавшегося и кусавшегося Санчо Пансу, которого предварительно ударили по голове, и усадили его на другого осла.

— Теперь я собрал вас всех вместе. Связанные, вы уже не сможете причинить мне вреда своим оружием, — злорадствовал Маламброзо. — А что касается магии, то именем всех демонов Ада и их слуг на земле да не будет вам дано составить ни одного заклинания против Фрестона или против меня. — Маламброзо жестом руки подозвал мавританских солдат и прорычал приказ: — Доставить их в город, а вечером мы славно полакомимся печенками наших врагов.

Толпа, окружавшая пленников, ответила одобрительными криками.

Фрестон, уже сбросивший с себя личину кукольника, продирался сквозь толпу по направлению к Дон Кихоту.

— Я не хочу вашей печенки, господин рыцарь, а вот вашего сердца я отведаю с удовольствием.

Дон Кихот кротко улыбнулся его словам и ответил:

— Трус не добавит себе величия, отведав сердца великого человека. Мое сердце лишь отравит тебя завистью, потому что ты ничтожный, презренный и не имеешь ни чести, ни совести.

Фрестон побагровел и плюнул в лицо рыцаря.

— Смелая речь. Но очень скоро ты пожалеешь, что произнес ее.

Мавры с дикими завываниями погнали пленников по направлению к близлежащему городу, а тем ничего не оставалось, как только повиноваться и идти вперед без всякой надежды на спасение.

Ши пытался составить простенькое заклинание против Маламброзо и проверить, сработает ли оно. Ничего не получилось. Он бессильно застонал и слегка отклонился назад, чтобы приблизить губы к уху Чалмерса, который плелся позади него.

— Мы обречены, док. Я пытался сочинить заклинание, чтобы заставить Маламброзо чихнуть, и ничего не вышло.

— Не отчаивайтесь. Я составил заклинание, которое, кажется, сработает, — ответил Чалмерс. Он прошептал на ухо Ши несколько строк своих никудышных виршей и, улыбнувшись, спросил: — Ну как?

Ши покачал головой:

— Док, вас же можно заслушаться, но я не вижу сути.

Чалмерс снисходительно усмехнулся.

— Положитесь на меня. Все, что от вас требуется, это запомнить слова и повторить их со мной.

Ши недоверчиво повел плечами.

— Боюсь, ничего не выйдет.

— Точнее, мой мальчик, точнее, — засмеялся Чалмерс, а затем скомандовал: — Начали!

— Во имя Господа и всех ангелов, и всего доброго, что есть на свете, — начал Ши.

— Во имя сатаны и всех творений адских, и ада темных сил, — подхватил Чалмерс.

О, подлый Маламброзо и презренный Фрестон, Вы слабое сиянье солнца начнете излучать Повсюду и во всяком месте. Благодеяния без числа начнете совершать Ежесекундно там, где суждено вам побывать. Благодеяния эти будут тайною для вас, Но жизнь пускай облегчат многим и не раз, Пусть каждый след ваш зарастет цветами» И пусть эти цветы всегда идут за вами.

— М-да, поэзия та еще, Рид — поморщился Ши, после того как они закончили. — К тому же бессмысленная.

Чалмерс захихикал. — Ну не скажите, и давайте не торопиться с выводами.

Ши стал наблюдать. Позади обоих чародеев из земли стали вырастать цветы, буквально целыми букетами. Глаза Гарольда Ши округлились и от удивления полезли на лоб.

— Ооо! Ну, здорово! Путь Маламброзо можно легко узнать по обилию букетов. Простите меня за резкость, док, но мне кажется, что вы совсем спятили.

— Цветы уже дали нам возможность убедиться в том, что заклинание сработало. Наберитесь терпения и подождите пять минут, тогда все будет как надо, — настоятельно попросил Чалмерс, но пояснить что-либо отказался.

Ши огляделся вокруг. Ничего, казалось, не произошло, за исключением того, что дорога стала выглядеть так, как будто Клуб дам — сторонниц мавританского архитектурного и садового стиля — уже поработал над ней. Затем взгляд Ши остановился на мавре-конвоире как раз в тот момент, когда его одежда переменилась, превратившись из ветхих лохмотьев в довольно приличный, добротный и хорошо сидящий наряд. «Странно», — подумал Ши. Через мгновение преобразилась и лошадь конвоира, превратившись в куда лучшую лошадь той же масти. Поразившись увиденному, Ши осмотрелся вокруг, ища глазами других конвоиров. Их вид и одежда на глазах становились лучше, однако эти перемены к лучшему протекали чрезвычайно медленно. Он наклонил голову, чтобы посмотреть на собственное одеяние, и поразился: на нем была сейчас одежда из тончайшего полотна, украшенная красивой вышивкой, строчкой и кантами. Рассматривая свое одеяние, он заметил, что оно продолжает меняться, поскольку уловил сверкание драгоценностей и золотого шитья по шелковой основе. Веревка, которой были стянуты его запястья, вдруг развязалась сама собой и упала на дорогу. Посмотрев на Дон Кихота, он увидел, что рыцарь, освободившийся от веревок, которыми его связали мавры, сидит на своем Росинанте лицом вперед. Ши предпочел за лучшее молчать и не комментировать произошедшие перемены.

— Послушайте, — прошептал ему на ухо Чалмерс, — разве это не здорово?

— Даже очень, — согласился Гарольд. — Мне кажется, я понял, что вы задумали.

— Думаю, что пока еще нет. Однако очень скоро поймете. Вам необходимо осознать, что воздействие нашего маленького заклинания ощущается, и причем не только здесь, а на всей этой планете, а может даже и во всей нашей Вселенной.

Гарольд Ши пожал плечами:

— Наверняка все вокруг поражены и взбудоражены происходящим.

Чалмерс снова захихикал.

— Ну так уж и все. Не думаю.

Какой-то неестественный звук, казалось, взорвал воздух.

— Некто только что закончил проверку счетов, — сказал Чалмерс. Озадаченный Ши пытался понять смысл его слов.

— ФРЕСТОН, ТЫ ПРЕВЫСИЛ СВОЙ КРЕДИТ БОЛЬШЕ ЧЕМ НА МИЛЛИОН ПРОЦЕНТОВ, — произнес демонический голос, — ВСЕ, ВО ВЛАСТИ БОЖЬЕЙ. У ТЕБЯ НЕТ НИ ЕДИНОГО ШАНСА И НИКАКОЙ НАДЕЖДЫ ВЫПЛАТИТЬ ВСЕ, ЧТО ТЫ ЗАДОЛЖАЛ. А РАЗ ТАК, МЫ СЕЙЧАС ЖЕ ЗАБИРАЕМ ТВОЮ ДУШУ!

Фрестон внезапно исчез без следа.

— Нет ничего более страшного, чем разгневанный финансист, — пояснил Чалмерс с чарующей улыбкой.

Через несколько мгновений тот же демонический голос зазвучал вновь:

— ЭТО ЧТО ТАКОЕ? МАЛАМБРОЗО, ТЫ, ОКАЗЫВАЕТСЯ, ТОЖЕ ПРЕВЫСИЛ СВОЙ КРЕДИТ БОЛЬШЕ ЧЕМ НА МИЛЛИОН ПРОЦЕНТОВ, ПРИЧЕМ ЗА СЧЕТ НЕ ПЕРЕУСТУПАЕМЫХ ДОБРЫХ ДЕЛ! А-АХ! КАК ТЫ МОГ СДЕЛАТЬ ТАКОЕ? ДА, ВПРОЧЕМ, ТЕПЕРЬ ЭТО УЖЕ И НЕВАЖНО. Я СЕЙЧАС ЖЕ ЗАБИРАЮ ТВОЮ ДУШУ! — Маламброзо, однако, не исчез подобно Фрестону. Наступила пауза, после которой снова зазвучал тот же голос, но теперь в нем явно слышалось раздражение.

— КАК Я УЗНАЛ, ТЫ ИЗ МИРА, НАХОДЯЩЕГОСЯ ЗА ПРЕДЕЛАМИ ЭТОГО МИРА. ОЧЕВИДНО, ПО ЭТОЙ ПРИЧИНЕ Я НЕ МОГУ В СЧЕТ ОПЛАТЫ ТРЕБОВАТЬ ТВОЮ ДУШУ, НО Я МОГУ ВЫСТАВИТЬ ТЕБЯ И ВСЕХ, КТО С ТОБОЙ СВЯЗАН, НАВЕЧНО ИЗ ЭТОГО МИРА. И Я СЕЙЧАС ЖЕ СДЕЛАЮ ЭТО!

Маламброзо исчез. Флоримель исчезла вместе с ним.

— Нет! — закричал Рид Чалмерс. — Фенвик, черт возьми, верни ее обратно!

— РИД ЧАЛМЕРС, — отвечал Фенвик, — ВЫ В ОТВЕТЕ ЗА ВСЮ ЭТУ ЧЕРТОВУ ПРОПАСТЬ ДОБРЫХ ДЕЛ. ВЫ СОВЕРШЕННО ПОДОРВАЛИ МОЮ РЕПУТАЦИЮ, ПРИЧЕМ НАСТОЛЬКО, ЧТО САТАНА ДАЖЕ НЕ ВЫСМОРКАЕТСЯ НА МЕНЯ! — Голос демона стал угрожающе рычащим. — Я АННУЛИРУЮ ВАШ СЧЕТ И ИЗГОНЯЮ ВАС ОТСЮДА.

Чалмерс ухватился за руку Ши, чтобы не упасть. Световые полосы завертелись вокруг них, ужасный вой зазвучал в ушах, и очертания мира Дон Кихота сделались неясными и размытыми, как будто их заволакивало густым туманом. Последнее, что услышали психологи, был скрежещущий голос Фенвика, возвестивший:

— Я ПОСЫЛАЮ ВАС ТУДА, КУДА МЫ ВЫСЛАЛИ МАЛАМБРОЗО. НАДЕЮСЬ, ОН НАЙДЕТ ВАС!

— Я тоже на это надеюсь, — ответил Чалмерс.

Джон Маддокс Робертс

Оружие и чародей

Перевод Ю. Вейсберга

1

На этот раз во время перемещения из одного мира в другой цветовые пятна, в великом множестве возникавшие вокруг, почему-то меняли цвет. Сначала они были нежно-голубыми и давали отдых глазам, как это бывает при взгляде на безмятежно чистое небо на исходе спокойного летнего дня. Однако продолжалось это недолго. На голубом фоне замелькали пурпурные отблески, в которых чувствовалось нечто зловещее. Пурпурный цвет сменился кроваво-красным, а затем перешел в огненный, желто-оранжевый, и сразу стало жарко. Они обнаружили, что стоят на широком тротуаре, а желтые пятна сливаются в пламя, которое на сотни футов простирается к небу. От этого им стало еще жарче.

Даже сквозь рев пламени они расслышали какой-то неземной визг, протяжный гул, странные звуки, какие может издавать лишь привидение-плакальщица[10], попавшая в циркульную пилу. На несколько мгновений эти душераздирающие вопли перекрыли грохот разваливающегося здания. Они находились в городе, а город был охвачен огнем.