Джон Робертс – Стальные короли (страница 50)

Лариса понимала, что выглядит ужасно.

— Какие-нибудь отметины, шрамы?

— Точно, были. Я сам их не видел, но когда мы составляли описание беглецов, чтобы разослать в полицейские участки, опрашивали служителей в банях. У него четыре параллельных шрама на бедре до колена. Эта женщина сказала, что шрамы очень старые. Были и другие, но эти самые характерные. А почему…

Он громко хлопнул в ладоши.

— Принесите вина! Королева потеряла сознание!

Ее глаза открылись.

— Со мной все в порядке. Подождите минуту. — Она попыталась успокоиться, потом поняла, что кусает костяшки пальцев. По подбородку текла кровь. Наконец она совладала с собой.

— Господин Мертвая Луна, — сказала Лериса, от холода в ее голосе мог треснуть камень, — этот человек — шессин, но не мой шпион. Он изгнанник, единственный, кто не признал Гассема своим господином.

— Но… я не понимаю.

— Это Гейл! У вас в руках был король Гейл, и вы его упустили!

Мертвая Луна стоял, как громом пораженный.

— Я не верю!

— Во всем мире нет другого шессина, кроме меня, кого можно назвать образованным. Наши соплеменники — воины, и больше ничего. А эти шрамы я знаю, я видела, как он их получил. Гейл сражался с длинношеем, напавшим на наших каггов во время отела. Длинношеи на островах — просто гиганты, в пять-шесть раз больше, чем ваши на материке. Для нас эти животные — табу, потому что они исполнены магии. Когда Гейл вонзил в него копье, длинношей располосовал когтями его бедро. Гейл чуть не потерял ногу. Это был он!

— Он слишком молод, чтобы быть королем Гейлом. Старше этого юноши лет на десять, не больше! — настаивал Мертвая Луна.

Лериса устало откинулась на спинку стула.

— Господин Мертвая Луна, как по вашему, сколько мне лет?

— Не очень-то вежливо оценивать возраст женщины, но…

— Сколько?

— Я бы предположил, что вам, ваше величество, лет двадцать восемь. Наверняка не больше тридцати.

— Полагаю, если бы вы хотели мне польстить, сказали бы двадцать пять. Мой народ не считает свои дни рождения, но я знаю, что мне далеко за сорок. Мы, шессины, стареем медленно.

Будь у Лерисы подходящее настроение, она посмеялась бы над его комичным видом.

— Но, — сказал Мертвая Луна, — кто был этот юноша?

— Житель равнин.

— Он назвал себя?

— Он сказал, что его зовут Каирн.

— У Гейла есть сын с таким именем. Я встречала его старшего брата, Ансу. Тот очень похож на отца. Должно быть, мальчик действительно очень неопытный, раз пользовался собственным именем.

— Но это бессмыслица! — возразил Мертвая Луна.

— С Гейлом всегда так. Мы с ним выросли вместе. Господин Мертвая Луна, поймите: Гейл — безумец. Он говорит с духами. У него видения. Это как раз в его стиле — покинуть собственное королевство и в одиночку отправиться куда-то.

Выражение крайней досады на лице Мертвой Луны помогло Лерисе почувствовать горькое удовлетворение, ярость ее утихла, и она напомнила себе, что уже многого достигла здесь и не может позволить все это потерять из-за собственной злости. Она примирительно погладила его по руке.

— Ну откуда вы могли это знать? Никто не ждет, что на его пороге окажется безымянный король. Но какая досада! Мой муж уступил бы вам половину своей империи, лишь бы заполучить Гейла с сыном.

— Да, а через шесть недель, без сомнения, отобрал бы все назад, — кисло сказал Мертвая Луна. — А теперь Гейлу известно все о моих планах и нашем союзе.

— Он бы все равно узнал, — сказала Ларисса. — Он безумен, но не глуп, и у него тоже есть шпионы. Не много ему пользы от этого знания.

— Вы правы, — отозвался Мертвая Луна. Похоже, он легко справился со своим мрачным настроением. — Значит, несмотря на это прискорбное происшествие, наш союз остается в силе?

— Разумеется. — Она поднялась со стула. — А теперь я откланяюсь. С нетерпением жду завтрашнего дня. Небольшое кровопролитие непременно улучшит нам настроение. — Она протянула Мертвой Луне руку, которую он поцеловал. — Ну, до завтра.

Транспортов было пять, на каждый погрузилась сотня человек с их верховыми офицерами. Шессины сидели на палубе первого судна и высмеивали мецпанских солдат.

— Вы не думаете, что тезанцы отменят мою гарантию неприкосновенности? — спросила Ларисса у Мертвой Луны.

— Вы с вашими людьми не будете принимать участие в бою. Гарантию неприкосновенности вам выдал король Тезаса, и он не сможет нарушить ее. У тезанцев очень старомодные понятия о чести, — презрительно сказал он.

Его презрение не удивило Лерису. Она знала, что у него, как и у Гассема, понятия о чести напрочь отсутствовали. Впрочем, она и сама считала подобную щепетильность излишней.

— Вы будете использовать большие огненные трубы? — спросила Лериса.

— Нужны ли они в таком незначительном бою? — уклончиво ответил Мертвая Луна.

Лериса до сих пор не знала, сколько у них такого оружия и насколько большими могут быть эти трубы.

Два часа работы гребцов — и они добрались до небольшого порта, вроде того, где они садились на корабль, чтобы отправиться на остров. Когда суда вошли в порт, там началась паника. Вдоль берега помчался гонец, нахлестывая кабо, явно стремясь поднять тревогу.

— Жаль, что ваши огненные трубки не достанут его, — заметила Ларисса. — Держу пари, один из лучников Гейла мог бы снять его прямо отсюда.

— А какой смысл? — сказал он. — Мы же хотим, чтобы они поняли — мы здесь.

— Да, — ответила она. — Но это было бы забавно.

Он с сомнением взглянул на нее и пошел отдавать приказы. Она наблюдала, как люди сходили на берег в определенном порядке. Они промаршировали сквозь городок, перепуганные жители которого смотрели на них со страхом и изумлением. Лериса и ее охрана шли следом. По другую сторону городка на открытом, подросшем травой поле солдаты выстраивались в шеренги, быстро перебегая на места, указанные офицером. Лериса с интересом наблюдала за этим странным представлением. Армия Гассема знала толк в шеренгах и боевом порядке, и не раз сражалась с противником, применявшим различную тактику боевых порядков, но никогда им не встречался враг, натасканный с такой механической точностью. Даже невванцы не дотягивали до их уровня.

— Если вы не против, — сказал Мертвая Луна, — похоже, враг обеспечил нас превосходной наблюдательной площадкой, откуда мы сможем следить за происходящим.

На краю городка стояла расшатанная деревянная башенка высотой около сорока футов. Лериса догадалась, что в былые времена здесь находился пожарный дозор. Она вскарабкалась по длинной лестнице с легкостью древесных людей и ждала наверху, с удовольствием глядя, как Мертвая Луна и его помощники пыхтели следом. На площадке с крытым соломой навесом могло поместиться до восьми наблюдателей. Лериса оперлась о перила и стала разглядывать войска, разминавшиеся перед сражением.

— Похоже, они неплохо подготовились, — прокомментировал Мертвая Луна.

— Поверю вам на слово, мой господин, — отозвался один из помощников, толстяк, которому подъем дался тяжелее всех.

Лериса с недоумением выслушала это откровенное признание в собственном невежестве. Потом до нее дошло, что ни Мертвая Луна, ни его высокопоставленные помощники совершенно не тщатся быть великими полководцами. Они не надели униформу, оружие или доспехи, и командование боем доверили полевым офицером.

Опять эти мецпанцы со своей исключительностью. В других странах даже короли, которым не разрешалось участвовать в сражениях, садились верхом на своих кабо и надевали доспехи, чтобы «возглавлять» своих солдат с безопасного расстояния. Высшая знать увеличивала свое богатство за счет доходов с земли, но при этом утверждала, что они непревзойденные полководцы и поэтому имеют право властвовать над другими. Лериса знала, что претензии эти редко бывали обоснованными, но претендовали они всегда.

Мецпанцы, похоже, безо всякого пиетета относились к военному превосходству, оставляя его профессионалам.

Их лидерство было строго гражданским. С ее точки зрения, это презренный подход, но она подозревала, что это как-то влияет на их успехи: они не проигрывали сражений из-за стоящих во главе армии родовитых фигляров, на самом деле бывших просто самодовольными землевладельцами. А битвы — дело профессиональных военных. Давным-давно Гассем решил, что шессины могут быть только воинами, и больше никем. В Мецпе придерживаются той же системы — каждый делает свое дело.

— Как вы выбираете офицеров? — спросила Лериса.

— Большая их часть из землевладельцев, — сказал Мертвая Луна, — в основном младшие сыновья, которые не наследуют землю. Мы создали военные школы, где обучают офицеров, и каждый может подать туда заявление. Если желающие сдают определенные экзамены, их зачисляют. Тот, кто хорошо учится, становится после окончания младшим офицером на действительной службе. А дальнейшее продвижение зависит только от них самих, неважно, на войне или в мирное время.

Именно этого и следовало ожидать от скучных, методичных людей, но Лериса не могла не оценить действенность такой системы. Пусть им недоставало воинского духа, но способности имелись, и их применяли в действии.

Не прошло и часа, как появилась тезанская армия. Воины в доспехах и со щитами собирались у горного хребта в полумиле от мецпанцев.

— О, — сказал Мертвая луна, — как раз вовремя.

Громкий боевой речитатив доносился до них от хребта, все больше и больше воинов присоединялось к тем, кого уже было видно. Сразу перед башней стояли в состоянии боевой готовности мецпанские солдаты, явно не обеспокоенные тем, что тезанские воины превосходили их численностью по меньшей мере в три раза.