Джон Пристли – Тридцать первое июня (страница 24)

Главный герольд, неправильно истолковав нетерпеливый взгляд короля, начал:

- Слушайте! Слушайте! Слушайте! Его королевское величество Мелиот, король Перадора, повелитель Бергамора, Марралора и Парлота...

- Нет! Нет! Нет! - взревел король. - Погодите начинать! Где наша дочь? Где эта несносная девчонка? Эй, кто-нибудь, ведите ее сюда. И если она еще не закончила свои туалет - все равно ведите! Мы больше не можем ждать.

Сэм уже давно не находил себе места, а тут он заметил. что среди фрейлин, которые, подобрав юбки, со всех ног побежали разыскивать Мелисенту, Нинет не было. Не было видно и Мальгрима.

А вдруг они замыслили что-нибудь недоброе? Марлаграм конечно, знает, в чем дело, но и его тоже нет.

- Несите факелы, - приказал король. Было уже поздно и за окнами почти стемнело.

Фрейлины прибежали назад, размахивая руками и визжа:

- Ваше величество, ваше величество, принцессы Мелисенты нигде нет! Она исчезла!

- Исчезла? Вздор! Обыщите замок. Обшарьте все. - Король Мелиот повернулся к своим советникам. - До чего ж хотела выйти замуж за этого типа, а теперь, когда мы дали свое согласие, исчезла перед самым сговором. Ну, вылитая мать!

- Государь, - внушительно начал главный советник, - я всегда считал, что женщины...

- И мы тоже, и мы тоже! - прервал его король. - Но найдите ее, найдите, обшарьте весь замок. А где волшебник? Если не можете найти нашу дочь, найдите хоть кого-нибудь из волшебников.

Сэм подошел к Планкету и Энн Датон-Свифт.

- Вы не видели старого Марлаграма? Нет? Ну, тогда все мы погорели, можете мне поверить. Десять против одного, что Мальгрим и Нинет снова что-то затеяли. Марлаграм! - крикнул он. - Где вы? Что с Мелисентой? Как мне ее найти?

- Ступай в темницу, в самый дальний угол.

Голос, тихий, но отчетливый, донесся словно издалека.

- Это вы, Марлаграм?

- Хи-хи-хи!

- Старик, ну ясно же, это он, - сказал Планкет. - Давай иди в темницу.

- Только смотри, Сэм, не испорть свой чудесный костюм, сказала Энн.

- Да пропади он пропадом! Мне нужен факел. Ну, до скорого.

С факелом в руке Сэм протолкался через толпу, бурлившую вокруг него, бегом спустился по длинной лестнице и, задыхаясь, влетел в темницу. Торопясь пробраться в дальний угол, он забыл, какой здесь скользкий пол, шлепнулся на спину и, болтая ногами в воздухе, заскользил куда-то вниз. С ревом налетел ветер. Вокруг были огни, шум, толпы людей. Он с трудом поднялся на ноги в своем родимом мире - лучшем из миров, с позволения сказать. Встать ему помогли две девушки.

- Вот, Эдна, та самая расцветка, о которой я тебе говорила, - сказала одна из них. - Зеленая. Правда, миленькая?

- Где я? - спросил Сэм, - Что здесь происходит?

- Бросьте, кого вы хотите одурачить? Да еще в этом костюме!

- Он, наверно, из павильона консервированного горошка, сказала Эдна. - Такой павильон в виде средневекового замка, помнишь?

- Послушайте, никого я не хочу одурачить. Наверно, когда я упал, у меня отшибло память. Где я и что тут такое? Похоже на "Олимпию"/Выставочный зал в Лондоне./.

- Непременно наберу себе такой материи, - сказала Эдна. - Так вот, если вы действительно все позабыли, это выставка консервированных и свежезамороженных продуктов тысяча девятьсот шестьдесят первого года.

- Большое спасибо, - сказал Сэм, - А теперь мне нужно разыскать одну мою знакомую. Раз я здесь, значит, и она должна быть где-то поблизости. Привет!

К его облегчению, костюм его не привлекал особого внимания, если не считать улыбок нескольких девушек и кривых усмешек мужчин. Он задержался у палатки, где пухлая женщина демонстрировала моментальное приготовление сбитой яичницы по методу миссис Милкин. Как только она, перевернув сковороду, выложила дымящуюся яичницу на тарелку, шестеро зрителей, собравшихся у палатки, начали расходиться. Пухлая женщина неприязненно поглядела им вслед.

- Не знаю, как вам здесь понравилось, - сказала она Сэму, принимая его за одного из своих, - а только, по мне, они хуже дохлых кошек. Все говорили: "Вот погодите, приедем в Лондон". Ну, вот мы и в Лондоне, верно? Нет уж, лучше Манчестер и Бирмингем. Заелись они здесь, вот что. Не хотите ли закусить, дружок?

- С удовольствием, - сказал Сэм. - Я голоден.

- Тогда сделайте одолжение, съешьте вот это. Каждую минуту может подойти наш коммерческий директор, так пусть думает, будто кто-то пробовал яичницу.

Сэм взял вилку, а женщина тем временем круто посолила и поперчила свою стряпню. Когда она протянула ему тарелку, на лице у него, должно быть, отразилось сомнение.

- Берите, яичница не так уж плоха. Правда, жидковата и малость припахивает, но у нас бывало и похуже. Если хотите запить, у меня под прилавком есть бутылка пива, только пейте быстро.

- А кто эта миссис Милкин?

- У нее фабрика яичного порошка в Нью-Джерси, дружок. Да еще вторая такая же строится в Портленде, штат Орегон. Сейчас достану пиво.

- Я ищу свою девушку, - сказал Сэм, расправившись с яичницей и быстро проглотив пиво. - Ее зовут Мелисента, Она блондинка, не крашеная, а настоящая и потрясающе красивая...

- Вот здорово!

- Она должна быть в средневековом костюме, как и я. Вы ее не видели?

- Сегодня за весь вечер я не видела ни одного симпатичного человека, дружок. - И она обратилась к женщине, которая в палатке напротив рекламировала консервированный омлет. - Что это с ними сегодня? Куда они все тащатся? Ах да, на конкурс тортов из полуфабрикатов. - Она повернулась к Сэму. - Вы бы лучше поискали ее на конкурсе тортов, дружок. Она, верно, где-нибудь там.

За павильонами у помоста с занавесом и двумя громкоговорителями по бокам толпился народ. Стоя поодаль, у самых павильонов, Сэм мог лишь смутно разглядеть четырех девушек на помосте, должно быть участниц конкурса; против них сидели в непринужденных позах еще человек пять-шесть, вероятно жюри. Телевизионные камеры поворачивались во все стороны; из громкоговорителей сыпались милые шуточки, вроде сообщения о том, что наступил Судный день; то и дело раздавались дурацкие аплодисменты, без которых не обходится ни одно подобное зрелище. Голос распорядителя показался Сэму знакомым. Нет, это просто невероятно! Но сомневаться не приходилось - это был... Мальгрим.

- А теперь леди Нинет объявит решение жюри, - говорил он. - Леди Нинет, прошу вас.

И, конечно, снова аплодисменты,

Нинет словно всю жизнь только этим и занималась. Она держалась и говорила именно так, как требуется.

- Дорогие друзья, наше авторитетное жюри поручило мне огласить свое решение. Мы все до глубины души восхищены новым небывалым подъемом нашего кондитерского искусства и рады сообщить вам, что первая премия единогласно присуждена Мелисенте Перадор!

Снова аплодисменты.

- Благодарю вас, леди Нинет! - сказал Мальгрим. - Итак, по единогласному решению жюри, Мелисента Перадор объявляется Королевой Ореховых Тортов тысяча девятьсот шестьдесят первого года!

Приветственные крики, аплодисменты, свистки и рев фанфар, который изобразили три гвардейских трубача. Остолбеневший Сэм увидел, как Мелисенту, которая двигалась словно во сне, подтолкнули к микрофону.

- Поздравляем вас, Мелисента. Вы - Королева Ореховых Тортов тысяча девятьсот шестьдесят первого года, А теперь скажите, чего бы вы хотели.

- Вы знаете, что я хочу, - сказала Мелисента. - Я хочу к Сэму.

- Я здесь! - крикнул Сэм и рванулся вперед. Но тут по воле злой судьбы дорогу ему преградил павильон замороженных рыбных филе Ферпосона.

- Эй, куда тебя несет? - крикнул выскочивший из-за прилавка здоровенный грубый субъект, вероятно рыбак с траулера. - Погляди лучше, какие филе.

- Пустите! - Сэм оттолкнул его. И тут они сцепились. Палатка качалась, куски замороженного филе градом сыпались Сэму на голову. Сэм уже подумывал о том, что неплохо бы врезать этому наглецу хороший хук левой, как вдруг сзади его схватили за руки, кто-то огрел его по голове, и он потерял сознание.

- А теперь, когда вам стало лучше, - говорил полицейский инспектор, - попробуем начать сначала. Только, пожалуйста, без глупостей насчет всяких принцесс и драконов. Ваша фамилия?

- Альгрим, - сказал Сэм. На столе перед ним стояла чашка чаю. Видимо, в этот час в полицейском участке разносили чай перед каждым полисменом тоже стояла чашка, - М. Альгрим.

Он отхлебнул от чашки.

- Пожалуйста, полностью. Что означает М.?

- Морис.

- Так. Морис Альгрим. Адрес?

- Северо-Запад, 9, Мелиот-террас, 10, - ответил Сэм без запинки.

- Где работаете?

- Я наладчик электронных вычислительных машин. Это очень ответственная работа. Машины иногда делают грубые ошибки, даже если хорошо налажены, а если не налажены, то они вытворяют бог знает что.

- Так же как и вы, мистер Альгрим, - сурово сказал инспектор. У него было длинное худое лицо, а глаза сидели так близко к носу, что он походил на огромное насекомое или на существо с другой планеты. - А еще такой солидный человек. Что вы делали в этом костюме на выставке и зачем затеяли скандал?

- Это долгая история, - сказал Сэм, лихорадочно придумывая, что бы такое сказать, - боюсь, вам будет неинтересно.

- Ничего, когда надоест, я сам скажу.