Джон Пол – Часы Лунного Судьи (страница 2)
Мила подняла голову. Артёма не было на уроках. Не было в коридорах. Она не видела его с вечера вчерашнего дня.
– Я… – произнесла она. – Я вчера с ним гуляла.
– Где именно?
– У старой лаборатории. Мы просто смотрели… он показывал.
Мужчина в форме кивнул.
– И больше ты его не видела?
– Нет.
Он записал что-то в блокнот.
– Если что-то вспомнишь – сразу скажи.
Он ушёл, и в классе наступила тишина. Мила чувствовала, как внутри всё переворачивается. Исчез? Просто так? Он же был с ней. Говорил. Шутил. Он не мог просто исчезнуть.
После школы она побежала к лаборатории. Через забор, по заросшей тропинке, к металлической двери. Внутри – тишина. Тот самый зал. Часы стояли на прежнем месте.
Она подошла ближе. Стрелки не двигались.
Но на полу рядом лежала детская перчатка. Ткань сжата, будто её кто-то выронил.
Она присела, подняла её, и в этот момент в тишине раздался щелчок. Внутри часов будто прокрутилась шестерёнка.
Мила вскочила.
– Артём?.. – прошептала она.
Ответа не было. Только снова –
Вечером она сидела у окна. Родители спорили внизу о том, кто должен подавать заявку в какой-то отдел. Её никто не трогал. А она не могла ни есть, ни читать.
Внутри – тревога. Будто что-то началось. Что-то важное.
Она развернула перчатку. Внутри, на подкладке, было нацарапано ручкой: "Не трогай стрелки."
1.3 – Пропажа Артёма
В школе говорили тихо, будто боялись, что стены подслушают.
– Его не нашли, – шепнула одноклассница с косичками. – Ни в городе, ни в лесу.
– Может, сбежал? – предположил кто-то.
– Нет, – покачала головой другая девочка. – Он бы записку оставил. Он всегда писал, даже если опаздывал.
Мила молчала. Она слышала всё, но не вмешивалась. Внутри у неё стучало: "это из-за меня". Ведь именно она пошла с ним к часам. Именно она слышала щелчок. Именно она нашла перчатку.
На перемене к ней подошёл Даниил – высокий, носатый, немного старше.
– Ты ведь с ним дружила, да?
Мила не ответила.
– Смотри, – он наклонился ближе, – если его не найдут, за тобой тоже придут. Тут так. Одного не стало – значит, кто-то что-то знает. А если знает – не должен говорить.
Он ушёл, а Мила осталась с ледяным комком в животе.
После школы она снова пошла к лаборатории. На этот раз – одна. Серое небо затягивалось облаками, начинался мелкий дождь. Местные обходили здание стороной. Даже кошки здесь не бегали.
Внутри всё казалось таким же, но ощущение изменилось. В воздухе витал холод, а в коридорах – тишина, слишком плотная, чтобы быть настоящей.
Она зашла в зал с часами. Прибор стоял, как и прежде, но теперь казался другим. Более живым. Внутри, под стеклом, была едва заметная трещина – как будто кто-то пытался открыть его.
Мила подошла. Постояла. Потом, почти не дыша, дотронулась до стекла.
Стрелка дрогнула. Сначала минутная. Затем часовая. Но двигались они… назад.
На секунду зал окутался мягким светом. И – всё. Исчез.
Мила очнулась на полу. Вокруг – тот же зал, но чуть изменённый. Пол чище, окна не разбиты. На стенах – таблички с названиями приборов, как в настоящей лаборатории. Сквозь щель в двери доносились шаги.
– Кто здесь?
Она замерла.
Шаги приближались.
– Посторонние не допускаются!
Дверь открылась. На пороге стоял человек в белом халате. Его лицо было знакомым, но она не могла понять, откуда.
– Ты как сюда попала? – он подошёл ближе.
Мила не знала, что сказать.
– Здесь опасно, девочка. Здесь… – он замолчал, вглядываясь в неё. – Подожди. Как тебя зовут?
– Мила.
Он побледнел.
– Ты не можешь быть здесь. Тебе рано. Это ошибка.
– Где я? – выдохнула она.
Он посмотрел на часы.
– Где? – повторила она.
– В прошлом…
В следующий миг всё исчезло.
Она снова стояла у прибора. Всё было как прежде – пыль, осколки, тишина. Только на полу теперь лежал лист бумаги. Чистый, свернутый вчетверо.
Мила подняла его. Развернула. Почерк был неразборчив, будто писали в спешке:
"Я видел её. Она вернулась. Назад нельзя. Ищи стеклянную дверь. – А."
"А." – Артём.
Она прижала бумагу к груди. Значит, он тоже был здесь. Значит, не исчез. Просто ушёл… туда.
Дома она долго смотрела в зеркало. Лицо было то же. Но взгляд – другой. Не детский. Будто она шагнула на ступень выше.
Ночью ей приснился тот человек в белом. Он говорил ей:
Она проснулась – и с мыслью, что завтра всё изменится.
1.4 – Тайна на чердаке